Эсхатология, милленаризм, адвентизм: история и современность - А. Григоренко

Христианство еще решительнее порывает с мифологической эсхатологией, гораздо глубже проникая в сущность исторического времени прежде всего по той причине, что в Новом Завете Бог воплотился, обрел конкретно-индивидуальное, исторически обусловленное человеческое существование. Христианство, таким образом, выступает здесь как теология истории, ибо вмешательство Бога в Историю и в первую очередь воплощение Иисуса Христа в историческую, пережившую рождение и смерть, личность имеет транс-историческое значение и цель: спасение людей. Смысл христианской эсхатологии проявляется в движении от предыстории к собственно истории, точнее к ее финальной будущей цели – к Спасению. Как хорошо сказал по этому поводу М. Элиаде, христианство по существу отрицает саму возможность обратимости циклического времени, провозглашая одновременно его необратимость, ибо все, что происходит в новозаветной версии времени, есть ряд явлений уникальных, неповторимых: ведь Христос жил, был распят и воскрес один лишь раз.113

В христианской эсхатологии большую роль играют также мессианизм и милленаризм. Мессианистские верования и чаяния верующих связаны с образом Мессии. Происхождение последнего исследователи видят в еврейском Машиах, что означает «помазанник». Первоначально мессией называли всякого, помазанного освященным елеем, скажем первосвященника в Иерусалиме, или царя. Спустя время это понятие начали использовать применительно к образу «Божественного Спасителя», «посланца Бога». Мессианистские надежды на Мессию-Спасителя, который возглавит народ Божий, проходят по всему Ветхому Завету и наиболее полно находят свое выражение в Новом Завете. Согласно им Мессия должен явиться как избавитель рода человеческого. Первоначально он царь из дома Давидова, в котором воплощена древнееврейская надежда на то, что им действительно явится в лице Мессии подлинный царь-освободитель, который освободит и возвысит еврейское царство. В Новом Завете это уже Спаситель всего человечества, который находится на стороне всех страждущих и верующих в Его приход людей и в определенный момент истории вмешается в ее течение для наказания неверных и воздаяния праведным.

Милленаризм (от лат. Mille – тысяча), или хилиазм (от греч. Chilioi – тысяча) означает надежды и чаяния верующих, связанные со Вторым пришествием Спасителя и Его тысячелетним царством. Милленаризм (хилиазм) – это учение о грядущем тысячелетнем царстве Божьем и втором приходе Спасителя – Мессии. Свое начало милленаризм (хилиазм) получил еще в языческом мире.

О дохристианском происхождении милленаризма писал еще протестантский теолог И. Шнейдер в своей нашумевшей в Западной Европе в XIX в. книге «Хилиастическая доктрина»: «Идея, легшая в основу хилиазма, по своему началу и генезису намного древнее, чем само христианство. Она может быть уведена к тем отдаленным первобытным временам, которые знаменовали собой начало человеческой истории. С психологической неизбежностью она возникает в тот самый отрезок времени, когда дух человеческий стал ощущать и томиться всеми бедствиями и тяготами жизни, которые явились в свою очередь результатом его грехопадения первых людей. Одновременно идея эта связана с присущим роду человеческому стремлением ко всему возвышенному, духовному и светлому. Она далее открывается в воспоминаниях о потерянном райском блаженстве в связи с надеждами и ожиданиями будущего искупления и примирения с Богом, как оно и было первоначально предвосхищено самим Богом в протоевангелии, данном нашим прародителям в раю. Отсюда эти образы счастливого будущего играют крайне важную и существенную роль во всех формах человеческого духа. Будут ли эти формы иметь пантеистический, дуалистический или же теистический характер – конец истории всегда изображается в них гораздо выше и прекраснее, чем ее начало и историческое начало»114

Милленаристские ожидания Шнейдер, таким образом, толкует весьма широко, отождествляя их с представлениями о золотом веке человеческой истории. По его мнению, милленаристские представления проходят через всю человеческую историю: их не чужды творения языческих поэтов, философов, не говоря уже о произведениях древнееврейских пророков.

Наибольшее же свое выражение хилиазм (милленаризм) нашел в христианстве. «Христианство, — пишет М. Элиаде, — вторглось в историю, чтобы упразднить ее; величайшее чаяние христианина – это второе пришествие Христа, которое положит конец всякой истории».115 В период формирования раннего христианства милленаристские надежды и ожидания становятся важнейшей частью нового вероисповедания и в последующие времена проходят красной нитью через всю историю церкви, обнаруживая свое существование с особой силой в эпоху Реформации в Западной Европе в XVI столетии. Неоднократно между приверженцами милленаристских ожиданий скорого наступления земного тысячелетнего царства Христова и их противниками, отрицающими подобного рода ожидания как несогласные с духом и сутью христианского учения, разгорались ожесточенные споры. Эти споры нередко решались с помощью обращения противников милленаризма за поддержкой к силе и авторитету государства.

Периодически милленаризм утрачивал свой авторитет и значение, которым он пользовался среди верующих, как бы исчезая в небытие, отступая на периферию религиозной, социально-политической и культурной жизни общества. Однако, при наступлении более благоприятной социальной и духовной атмосферы, он словно птица Феникс возрождался с прежней, если не большей, силой и энергией, заново приобретал свой, казалось бы, утраченный навек авторитет и значение, заново привлекал к себе многочисленных и фанатичных адептов, с неуемной энергией пропагандировавших его доктрины. Милленаристские надежды и чаяния, охватившие христианские массы, разделялись также и многими отцами и «учителями» Церкви, полагавшими милленаризм и связанные с ним чувства и мысли вовсе не противоречащими общепринятому общему вероучению Церкви.

Милленаризм – одна из главных тем христианской литературы в течение многих столетий. Все эсхатологические концепции обычно по-своему относились к проблеме второго пришествия Мессии. В целом можно выделить три подхода к этой проблеме: премилленаризм, амилленаризм и постмилленаризм. Согласно первому Царство в будущем будет буквальным и земным и начнется с возвращения Христа. Амилленаризм утверждает, будто реального Царства никогда не будет. По утверждению представителей постмилленаризма, Христос возвратится после установления тысячелетнего Царства.

Позицию амилленаризма описал Энтони Хекем следующим образом: «Амилленаристы полагают, что тысячелетнее Царство, упомянутое в Отк.20:4-6, представляет собой царствование душ усопших верующих во Христе в раю в настоящий период времени. Они считают, что в настоящий период времени сатана связан на весь период времени между первым и вторым пришествием Христа, о чем сказано в первых трех стихах этой главы… Амилленаристы далее верят, что Божье Царство уже присутствует в этом мире, поскольку победивший Христос руководит Своим народом посредством Своего Слова и Духа, хотя они также смотрят в будущее, ожидая славного и совершенного Царства на новой земле в грядущей жизни… они считают, что царство зла будет продолжать свое существование параллельно с Божиим Царством до Конца мира… Так называемые «знамения времени» уже проявили себя в мире с момента времени первого пришествия Христа в мир, однако они еще более ярко засвидетельствуют будущее присутствие Спасителя непосредственно перед Его вторым пришествием. Вот почему амилленаристы ожидают того времени, когда Благая Весть будет провозглашена всем народам и окончательно завершится обращение Израиля перед возвращением Христа. Они одновременно предполагают более жестокие формы периода скорби и отступничества и появление антихриста перед вторым пришествием».116 Большинство современных христианских теологов и богословов склоняется к позиции амилленаризма. Эту позицию начал развивать еще св. Августин.

В начале нашей эры, однако, большинство христианских авторов, как мы увидим ниже, стояли на позициях исторического премилленаризма. Сегодня сторонников такой позиции не слишком много. Одним из наиболее плодовитых разработчиков этого направления в учении о втором пришествии является Джордж Элдон Лэдд. Он посвятил этой проблеме ряд своих работ: «Теология Нового Завета»117, «Исторический премилленаризм»118, «Разбитые надежды»119.

Кеннет Л. Джентри (младший), один из протестантских историков церкви наших дней основные положения исторического премилленаризма излагает в следующем виде: