Последняя точка (СИ) - Марк Геннадьевич Кузьмин

Все орки его клана — фаталисты, что готовы умереть, но никто из них никогда сам смерти не искал, лишь принимали её спокойно и без проблем. А тут… просто взяли и самоубились об её отряд. Точные потери сейчас ещё трудно подсчитать, но сотен семь-восемь орков полегло точно. А их ведь и так не так много осталось…

Это было глупо и необдуманно.

Почему он это сделал и почему именно сейчас? Что изменилось?

Неожиданно они увидели летящее к ним заклятье послания. Все эльфы — маги и все владеют способом дистанционного общения или пересылания сведений.

— Командир! Это постовые из лагеря! На нас было совершено нападение. Раненных немного, но в основном пострадали дракондоры. Часть погибла, а остальные ранены, и еще не скоро сумеют взлететь. Мы укрепились, но враг больше не нападает. Ждем инструкций!

Их маленькая группа погрузилась в мрачную тишину.

— Теперь все стало ясно, — нарушил молчание Эйс. — Они отвлекли нас, пока основные силы ударили по нашим летающим животным. Они могли скрыться от нас, но не от них.

— Отнюдь, — не согласилась Верана. — В лесах они укрывались весьма удачно. Так что не в этом причина.

— А в том, что им нужно было выйти из леса, — сказал бледный эльф. — Только этим можно пояснить такой риск. Им, зачем-то понадобилось покинуть укрытие лесов и куда-то пойти по открытой местности. С воздуха они будут слишком заметны и потому решили, что нужно любой ценой избавиться от преследования, хотя бы ненадолго. И они этого добились.

— Карту! — велела командир и ей быстро предоставили её. — Они могли пойти к Черной горе.

— Вряд ли. За два с половиной года у них было уйма шансов на это, но они ни разу не пошли, — покачал головой Далерон. — Может, решили пересечь земли Штормвинда и добраться до Гурубаши?

— Там им не рады насколько я помню, — пожала плечами Верана.

— Портал, — изрек Эйс. — Это тоже направление.

— Там сейчас гарнизоны Альянса и наша крепость недалеко, а значит…

Однако их разговор был снова отложен новым сообщением, но уже не от других эльфов.

Сгусток энергии подлетел к Аллерии и стал ждать её приказа на активацию.

— Говори.

— Привет, Аллерия. Это Кадгар беспокоит тебя. Сейчас я нахожусь в крепости недалеко от Темного Портала и фиксирую что-то странное. Может это моя паранойя, но я предпочту перестраховаться и зову тебя с твоими ребятами на помощь. Буду рад, если вы просто будете рядом, на случай проблем. Могу ошибаться, но лучше все же перестраховаться. Туралиона я уже вызвал, и буду ждать вас. До встречи. Если не сможете, пришлите ответ…

Сообщение закончилось и эльфы переглянулись.

— Вот и ответ… Что-то грядет…

Глава 7. Крепость Стражей пустоты

— Ун’мара эн син! Гры’хара дер рош! Рум драга ла гош! — читали губы Нер’Зула заклятье, водя руками перед давно потухшей аркой портала.

Его тело двигалось в такт словам и ударам барабанов, когда он взывал к силе, что исходила из Черепа его давно мертвого ученика. Голова Гул’Дана парила перед своим учителем и горела огнем Скверны, который руками зачерпывал и направлял в арку портала.

«Какая… сладкая сила…»

Ему было противно признавать это, но ощущения от этой мощи в руках были просто поразительными. Эта мощь, что проходила по всему телу и извергалась из него, воплощая мысли в реальность.

«Как же давно это было…»

Он еще помнил прошлое, когда сила Стихий была в его руках.

Когда он мог попросить Землю помочь ему, когда он мог разжечь Огонь, призвать Воду или… снова оказаться в объятьях Ветра… Он помнил эти ощущения, помнил ту силу что проходила через него, а потому сейчас, в этот небольшой миг ритуала был на мгновения опьянен знакомыми ощущениями.

Он словно снова был любим духами и снова мог с ними говорить. Оно… как сладкий медовый напиток, охлажденный и поданный после долгого дня.

Закрыв глаза, он мог бы снова увидеть лицо своей дорогой жены, что улыбается ему, подносит глиняный кувшин и дает усталому мужчине освежиться, после тяжелого дня, а после зовет в его шатер, чтобы быть только вдвоем…

«Рулкан…» — произнес он в сердце её имя и слезы едва не выступили на его глазах.

Как же он скучал по ней…

Когда Кил’Джеден явился пред ним в облике его жены, то уставший от одиночества шаман не сумел перебороть свои чувства и поверил тем лживым словам. Он так любил свою жену, но не смог спасти ни её, ни ребенка, что она носила в своем чреве… Они оба умерли у него на руках из-за болезни, поразившей их. Это была одна из причин, почему тогда он поддался лжи демона и поверил, что это дренеи разнесли ту ужасную хворь, ведь Красная оспа (1) к тому времени уже бушевала среди их народа. И именно после того, как их попытка обвинить в этом орков не встретила понимания, болезнь перекинулась и на кланы. Сначала недуг появился у дренеев и те понимали, что это явно магическое явление и пытались кланы предупредить, но тогда их слова посчитали бессмысленными обвинениями, ведь среди орков не было магов… Его трижды проклятый ученик, слишком хорошо рассчитал свои ходы, прогрессируя в нескольких направлениях с каждым шагом. А когда зараза оказалась среди орков, все и поверили, кто именно решил им навредить.

Новая волна сладостной силы заставила шамана забыть обо всем и снова сконцентрироваться на ритуале.

Благодаря Черепу своего ученика он сумел настроиться нужную волну и наконец, пробить ткань мироздания.

Осознание того, что именно он сделал и как далек он раньше был даже от мыслей о таких свершениях, на миг вскружил ему голову. Он и не думал, что подобные вещи вообще возможны, но сейчас держал в руке нить, что связывает два мира… Он словно на миг воспарил над вселенной и заметил два шарика, которые называются «планеты» и своими руками связал их пространства в пускай не надежный, но узел.

Портал вспыхнул, но весьма тускло и блекло, что не удивительно, ведь связь сейчас поддерживается только с одной стороны и нужно больше сил и стабилизация с другого края.

— Готово! — произнес Нер’Зул.

Затем повернулся к Терону и Грому, что были готовы со своими отрядами.

— Отправляйтесь и сделайте все необходимое. Теперь все зависит от вас. Буду ждать.

— Да! — кивнули они и отправились прямиком в Темный Портал.

А сам Нер’Зул почувствовал всю ту мерзость и отвращение к себе, когда поток силы схлынул.

Сейчас он