Кольцо Стрельца - Джулиан Мэй

– Это ты называешь доказательствами? Они и ослиной мочи не стоят!

– Хорошо, я найду другие. Которые даже тупицы из Совета не смогут проигнорировать. Не думай, что я не работал в этом направлении! А теперь, когда процесс «Галы» закончился, могу себе позволить вплотную заняться халуками.

Симон повернулся ко мне спиной и устремился к бару. Открыв новую бутылку бурбона, наполнил свой бокал – на этот раз и не подумав добавить воды. Потом двинулся к французским дверям.

– Давай выйдем ненадолго. Мне нужен свежий воздух, а тебе будет не вредно остыть.

Я неохотно поплелся за ним, захватив с собой пиво. Плиты патио были очень холодны, с запада дул резкий ветер. Газовые фонарики предусмотрительно зажглись, едва наступила темнота, и их мягкий свет озарял орошаемую лужайку, сады вокруг и дороги, ведущие к остальным строениям. Главный особняк стоял на холме, отсюда открывался роскошный вид на горы, со всех сторон окружающие ранчо. Сейчас, в безлунную ночь, небеса сияли бесчисленными звездами. Широкой полосой мерцал Млечный Путь. Шпора Персея на окраине галактики, в 14 тысячах световых лет от Солнечной системы, виднелась на севере, если хорошо приглядеться. Но крохотная Гроздь халуков, расположенная еще на 17 тысяч световых лет дальше от самого края Шпоры, скрывалась в облаках космической пыли. Никто и не знал о ее существовании, покуда человеческие исследователи не пробрались за Черную Пропасть.

Мой отец испустил вздох – слишком короткий, чтобы быть полностью показным.

– Черт, какое же небо красивое. Никогда не устаю смотреть на звезды в горах.

– А я устаю, – ровно отозвался я, – когда приходится стоять босиком на холодном камне.

Он невесело усмехнулся. Повисло долгое молчание, за время которого Симон немало понизил уровень убойного пойла в бокале, а я допил свое пиво. Голос его был слегка хриплым, когда он сказал:

– Аса, ты в самом деле так сильно меня ненавидишь? Так, что готов оставить «Оплот» в минуту нужды, только чтобы сравнять счеты со своим стариком?

– Я не ненавижу тебя, Симон. Просто у нас с тобой разные приоритеты. И так всегда было. Когда-то давно ты пытался навязать мне свои. Когда я взбунтовался, ты махнул на меня рукой… пока тебе отчаянно не понадобилась моя помощь.

– И то правда. Ты повел себя как герой – и даже не один раз. Я тебе обязан жизнью.

– Тогда оставь все, как есть. – Я не мог до конца изгнать горечь из своего голоса. – Это неправда, что «Оплот» во мне нуждается. Ева проделала огромную работу в качестве исполнительного директора за последние три года. Она заново сформировала правление и достигла полного согласия с финансистами «Макродура». Нет причин думать, что она со своей командой не сможет провести слияние с «Галой». Конечно, если ты продолжишь свою деятельность председателя и будешь делиться с ней опытом. В «Галафарме» как таковой, в ее структуре нет ничего особенно скверного, что пришлось бы менять. Ты это прекрасно знаешь. Алистер Драммонд страдал манией величия и был подлецом, но это не мешало ему быть гениальным бизнесменом. И он был совершенно прав, считая, что слияние «Оплота» и «Галафармы» крайне выгодно. Все, что придется сделать Еве, – это выбрать из зерен несколько плевел и интегрировать правление «Галы» в правление «Оплота».

– Все у тебя так просто на словах – на деле оно куда труднее. Твоя сестра – выдающийся исполнительный директор, и за краткое время она далеко продвинулась. Но по меркам концернов она – начинающий, она еще не привыкла плавать в глубокой воде, наравне с огромными акулами. Она хочет видеть тебя в «Оплоте» не меньше, чем я.

– Сомневаюсь.

Симон взглянул на меня с выражением, долженствующим изображать мягкий укор.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты же читал мое интервью этому Сенсенбреннеру. Думаю, Ева его уже тоже прочла. Думаешь, я просто дразнил парня, когда говорил про реверсионистские принципы – что если я займу место в правлении «Оплота», принесу их с собой?

Симон не ответил.

– Пойдем внутрь, – сказал я. – У меня ноги мерзнут – что для тебя, черт побери, не новость, – и я еще не ужинал. Звездные дали не вдохновляют меня так, как им положено.

Он пошел следом и затворил за собой французскую дверь.

– Я бы и сам не отказался перекусить. Сейчас скажу Розалии.

– Мне, пожалуйста, чилийский конкарн и большой салат. Она знает какой.

– А я бы удовлетворился креветками и овечьим сыром из Навахо, да немного сальсы.

Симон связался с кухаркой через старомодную систему двусторонней связи. Домашняя робототехника всегда считалась табу в предыдущем главном особняке Небесного ранчо, потому что моя покойная мать, Катя, считала, что роботы лишают людей работы и все больше вторгаются в частную жизнь. Когда Симон восстанавливал особняк после взрыва, он сохранил все его прежние особенности.

Я стоял у очага и грел ноги, отказавшись от предложенного Симоном виски и предпочтя еще одну банку пива. Потом мы уселись по обе стороны стола, друг напротив друга, в ожидании ужина.

– Значит, ты и впрямь имел это в виду, – испытующе сказал Симон. – Ты угрожал разрушить всю межпланетную политику «Оплота», став его председателем?

– Почему же разрушить? Я бы сказал, внести необходимые поправки. Например, жители преиндустриальных планет, подвергнутых людской колонизации, должны иметь право на работу в большем количестве сфер. Они заслуживают уважительного обращения. Плюс к тому – ввести бесплатное образование для аборигенов отсталых миров, субсидируемое колонистами. Этого требует элементарная справедливость – и так считаю не я один.

– Проклятие, Аса, это же просто непрактично! Требуется не один год, чтобы новая открытая планета начала приносить прибыль. А как насчет наших партнеров из «Макродура»? Думаешь, они просто отойдут в сторонку и позволят тебе выпотрошить их кошельки на свои безумные проекты? И что будет, если аборигены наших новых, экс-галафармовских планет в Рукаве Ориона захотят всех тех же преимуществ, что в мирах Персея?

– Тогда они их получат. В разумном количестве и скорее всего не сразу. Сначала – образование, потом – партнерство.

– Не получится! Когда межпланетная коммерция только начинала развиваться, некоторые слабоумные мечтатели пробовали организовать человеческо-инопланетянские кооперативы и тому подобное дерьмо. Аборигены немедленно набрались наглости и попытались оттяпать от общего пирога все больший и больший кусок. Людям-благотворителям пришлось разбираться с кучей забастовок. Преиндустриальные ублюдки не заслуживают человеческого обращения! У них и разума-то нет как такового. Некоторые так и застряли в общинном или феодальном строе и полагаются только на железные кулаки. У других имеются идиотские обычаи, мешающие какой бы то ни было дисциплине. И большинство вообще не понимает, что такое свободное предпринимательство!