Рыбка моя - Куликова Галина Михайловна

Подозвала официантку и заказала себе чашку кофе и булочку с изюмом. Жору нужно было чем-то срочно заесть. Раскрасневшаяся официантка – ладная и веселая, возбужденная работой, поставила перед Лизой обливную фарфоровую чашку, до краев наполненную кофе со сливками, и блюдце с чудно пахнущей булочкой…

И в этот самый момент на плечо Лизы легла чья-то рука. Она вздрогнула, внезапно ощутив всем своим существом, что сейчас случится что-то плохое.

– Лиза, – сказал над ее головой знакомый спокойный голос.

Лиза на секунду закрыла глаза. Потом снова открыла их. Вряд ли сейчас ей удастся спрятаться от проблем таким детским способом – просто сделать вид, что проблем вовсе не существует.

– Как ты меня нашел? – спросила она, не оборачиваясь.

Булочка источала пряный аромат ванили и корицы, но Лиза уже точно знала, что не сможет проглотить ни кусочка.

– Интуитивно.

Руслан выглядел не расстроенным, а по-настоящему злым. Лиза отлично знала, что это самое мерзкое его состояние. Он схватил стул, на котором недавно сидел Жора и, резко развернув его в воздухе, поставил так, чтобы быть ближе к жене. Не снимая пальто, сел на краешек и наклонился вперед. Вокруг царило предпраздничное оживление. Люди перемещались по торговому центру, гомонили, ели мороженое, разговаривали по телефону, выбирали елочные украшения и докупали последние подарки. Им и в голову не приходило, что рядом, прямо тут, у них под носом, могут разыгрываться личные драмы.

– Чего ты хочешь? – Лиза смело посмотрела на мужа, но потом все-таки отвела глаза. Она терпеть не могла этот его надменный вид и злые губы, которые когда-то складывались нежно лишь для нее одной.

– Как чего я хочу?! Я хочу обсудить сложившуюся ситуацию. Во всем разобраться. И вернуть тебя домой, черт побери.

– Вряд ли у тебя получится. – Лиза говорила ровным голосом, пытаясь справиться с навалившейся тоской.

– Не будешь же ты шляться неизвестно где в Новый год?

– Шляются помоечные кошки, – привычно огрызнулась она.

– Ну, извини, извини, – раздраженно сказал Руслан. – Лиза, ты должна понять вот что, – он взял ее безвольно лежащую руку в свои ладони и легонько сжал. – Что бы ни происходило у меня с другими женщинами, это не имеет значения. Ты всегда оставалась для меня главным человеком на свете. У меня никогда не было намерения уйти от тебя. И никогда не будет.

– Зато такое намерение появилось у меня, – резко бросила Лиза.

– Отлично, – язвительно ответил Руслан и выронил ее руку. – Только что ты без меня будешь делать? Ты не любишь оставаться по ночам в пустой квартире. Заживешь на старости лет одна?

– Я не останусь одна. Есть люди, которым я интересна.

– Не выдумывай. Нет таких людей. Я знаю всех твоих подруг и друзей, я в курсе всех твоих дел, твоя жизнь для меня – открытая книга. Я – твое прошлое и будущее. Я единственный, кто в тебе заинтересован.

– Я хочу развода.

Лиза смотрела на Руслана и не чувствовала ни боли, ни горечи, одно только разочарование. Черт побери, теперь-то она на своей шкуре испытала то, о чем читала в книжках. Ставшая уже почти комической фраза «я отдала тебе лучшие годы своей жизни» просто вертелась у нее на языке. А ведь она могла бы давно уже бросить Руслана и влюбиться в кого-нибудь другого до дрожи в коленках!

– Ты находишься под влиянием эмоций, – сказал Руслан. – И я не могу тебя за это винить. Милая, – он понизил голос и наклонился еще ближе. Его лицо сделалось ласковым, глаза заискрились. – Я люблю тебя. Я не хочу тебя потерять. Ну, прости меня!

Это были не слова, а шелуха, праздничная обертка, под которой ничего не крылось, ровным счетом. Он не чувствовал раскаянья, только досаду на то, что его интрижка вскрылась так некстати.

– Руслан, ты мне давно изменяешь? – спросила Лиза с любопытством.

Ей действительно стало интересно, сколько лет он водит ее за нос.

– Ой, вот только не надо вставать в эту дурацкую позу! – тотчас взвился он. – Можно подумать, ты ни о чем не догадывалась.

– Я не догадывалась, – уверила его Лиза.

– Ты не догадывалась, когда я выходные за выходными проводил на выездных семинарах, а праздники – в командировках?

– Ты делал карьеру, – пожала она плечами. – Вполне мог отдавать ей всего себя.

– Вот ты сейчас просто прикидываешься. Ты воспринимала все совершенно спокойно. Я был уверен, что между нами существует негласная договоренность – не лезть в личную жизнь друг друга. Я же в твою не лез!

– Еще как лез, – неожиданно вскипела Лиза. – Ты запретил мне ходить на литературные курсы, потому что там, видишь ли, была пара-тройка мужиков, которые казались тебе достойными ревности. Ты постоянно склоняешь и унижаешь моих подруг! Ты все время учишь меня, как одеваться, как разговаривать с начальником и какие отношения установить с соседями по даче. Ты считаешь себя вправе управлять мной, тогда как сам крутишь романы направо и налево!

– Я тобой не управляю, дурочка, – сбавил обороты Руслан. – Я отвечаю за тебя. Ты попала мне в руки, когда тебе было пятнадцать лет. У тебя нет даже собственного прошлого! Ну, кроме золотого детства с мамой и папой, но это не в счет. Твое прошлое накрепко связано со мной, не забывай об этом. Вся твоя сознательная жизнь прошла у меня на глазах. И ты хочешь все это разрушить просто потому, что я приударил за смазливой сотрудницей? Да плевать мне на нее и на всех других баб вместе взятых! Я хочу, чтобы ты вернулась.

– Я не вернусь. – Лиза помотала головой из стороны в сторону, словно этот жест мог подтвердить серьезность ее намерений. – Руслан, я тебя не люблю.

– Да ладно тебе, – он не просто не хотел, он не мог ей поверить. – Хватит выдумывать всякую чушь. Ты романтическая натура, тебе нужен мужчина.

– А кто тебе сказал, что его у меня нет? – холодно бросила Лиза, раздосадованная словами мужа. – Как только Машка вышла замуж, я завела новые отношения. Перед дочерью у меня были моральные обязательства, а перед тобой нет.

– Ну что ты мелешь? – Руслан откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. На лице его появилась омерзительная усмешка, с которой он обычно распекал своих подчиненных. – Лиза, я знаю тебя как облупленную. Я бы раскусил тебя в тот же день. Кроме того, у тебя принципы.

– Руслан, ты слишком высокого мнения о своих достоинствах. Ты возвел себя на пьедестал и не желаешь с него слезать. У меня есть любимый мужчина. Это мой старый друг, о котором ты ничего не знаешь. И теперь, когда я уверилась, что ты давно меня предал, я твердо решила уйти к нему. Тебе придется с этим смириться.

– Да нет у тебя никого, – пренебрежительно бросил Руслан и придвинул к себе чашку кофе, до которой Лиза даже не дотронулась. – Я понимаю – уязвленное самолюбие и все такое… Но ты бы придумала что-нибудь более правдоподобное. Что ты решила уйти в монастырь, например. Или возглавить движение феминисток. Удалиться в деревню и писать там любовные романы… Ну, я уж не знаю.

Пока он говорил, Лиза неотрывно смотрела на него и чувствовала, как в ее груди разрастается ком. Он поднимался все выше и выше и должен был вот-вот пролиться слезами. Она сдавленно всхлипнула.

Руслан схватил булку, отломил от нее глянцевый край и отправил в рот. Отхлебнул половину чашки кофе, благо, кофе был остывший. Выхватил из подставки салфетку, вытер руки и бросил салфетку на стол. Руслан был доволен, что Лиза заплакала. Женские слезы – первый признак капитуляции.

Однако Лиза плакала не потому, что муж оказался таким подлым и мелким. Ей просто было жалко себя, те долгие годы рядом с ним, которые она до сих пор не хотела анализировать. Наверное, боялась понять, что жизнь проходит впустую. Впустую – значит, без любви, без азарта, без жажды перемен и без надежды на что-то прекрасное.

– Ну прекрати, прекрати плакать, – успокоительно пробормотал Руслан и выдернул для нее еще одну салфетку. – Вот, возьми, вытри глаза. Я понимаю, тебе хочется мне отомстить. Отплатить той же монетой. Ты поэтому придумываешь какого-то несуществующего мужика…