Дом ведьмы. Большая уборка - Вера Волховец

— Госпожа Софик, леди Марьяна прибыла из другого мира, — подал голос Триш, — и леди Матильда назначила её магической наследницей дома.

— Я разговариваю с ведьмой, господин Сар'артриш, — холодно буркнула мадама.

Так, Триш её знает, она знает Триша. Это уже зацепка. А еще — на золотом значке на груди я разбираю «Ст. инсп-р маг.надз. С.Елагина». Так это родственнички бывшей хозяйки дома? Те самые, что подтянулись в город, когда старшей ведьме даровали титул и положение, но перед проклятием вампиров спасовали и разгребать волшебный дом отказались?

Отчасти мне понятно её возмущение в этом случае. Но какого черта она катит на меня бочку? «По какому праву колдуете»…

— Немыслимо, — инспекторша еще раз окинула меня взглядом и презрительно скривила губы, — вот это? Без образования? Без происхождения? Не пойми из какого помойного мира откопанное? И леди? Возмутительно!

— Хотите на мое место? — любезно осведомилась я. — Отличный вариант, шикарное место, полная трудовая занятость на рабочий день обеспечена, зарплату выдают хламом, один недостаток — больничный по проклятию не полагается. Неуважительная, говорят, причина, чтоб не работать!

Лицо у Софик Елагиной вытянулось так, будто я лично наложила ей в тарелку сушеных тараканов и предложила откушать. Не надо? А чего тогда возбухаем?

Как собака на сене, ей богу.

— Вы колдовали на территории пресветлого столичного Завихграда, не имея на то разрешения надзорных органов, — пафосно и обвиняюще заявила инспекторша, — возможно, вы не знали, но весь город накрыт сканирующим куполом, и любое незаконное колдовство распознается мгновенно.

Да уж я заметила, что вы не задержались, господа.

— Всего лишь сделала себе элементаля, — буднично пожала плечами я, делая вид, что это для меня раз плюнуть и вообще, маникюр сложнее сделать, — мусор мне будет выносить. Это настолько страшное преступление?

Судя по выражению лица госпожи Елагиной — да. За такое надо бы сжечь прямо сейчас, и Софик уже готова принести хворост к столбу, к которому меня привяжут.

Любоваться на испекторшу у меня напрочь отпало всякое желание. Вобла как вобла, ничего особенного, нужно быстренько уладить это дело и спровадить её вон. У меня еще кухня не освобождена, а дело уже к обеду клонится. Этак я до вечера вообще ничего не успею, а спать где?

Я случайно глянула на парня, который по идее — если судить по планшетке с пришпиленной к ней белым листом, и какой-то старомодной, но все-таки узнаваемой ручке, должен был вести протокол нарушения. Только он это не делал. Он таращился мне за плечо. И с каждой секундой его глаза становились все больше и больше.

Я оказалась в ситуации, когда чуешь запах дыма, и понимаешь: кроме твоего хвоста гореть нечему, но до него еще не дошло…

Я резко крутанулась на пятках и охнула.

Я ведь не закончила цикл ритуала!

Элементаль, оставленный без присмотра, продолжал расти. И делал он это довольно резво, уже мог потянувшись достать до крыши двухэтажного особняка ди Бухе.

С балкона соседнего замка с такой же опешившей рожей и встопорщенными ушами таращился анимаг-расхлебай и просто любитель подглядывать — мой сосед Кравиц, собственной персоной.

И пока я отвлеклась на него, мой элементаль макушкой дорос до линии крыши…

— Аментис! Аментис, раскудрыть тебя… — Ой, не зря бабуля говорила мне, что у меня сильный голос. Да-да, сильный, а не красивый и вот это все. Пение никогда не было моей сильной стороной, нигде, кроме караоке. На Фабрику Звезд меня б не взяли.

От моего вопля с осунувшихся деревьев в моем саду поднялась целая стая ворон, решивших, что они, пожалуй, поищут себе более спокойное место для жилья,

Элементаль вздрогнул, будто услышал мой рык и ужаснулся, что ему вот с этим еще работать, но расти перестал.

Черт! И что мне теперь с этой бандурой делать? Ди Венцеров пугать?

— Вы закончили, леди Марьяна? — по одному только елейному голосочку Софик Елагиной я поняла — мой концерт мне обязательно зачтется. — А теперь давайте обсудим полагающийся вам штраф, если вы не возражаете.

— А выбор у меня есть? — кисло поинтересовалась я, хотя уже догадывалась о правильном варианте ответа.

Выбор у меня на самом деле нашелся. Волшебный такой!

Три злотых штрафа в пользу короны или три недели исправительных работ не меньше чем по восемь часов в сутки.

С одной стороны — денег у меня не было. С другой стороны — три недели исправительных работ — это ровно три четверти отведенного мне проклятием срока. За неделю я точно не успею найти то кольцо.

И я еще не знаю, будет ли оно протекать бессимптомно или меня начнет быстрее одолевать усталость.

— А как быстро должен быть оплачен штраф? — практично поинтересовалась я. Кажется, это было жесткое палево насчет моего финансового состояния, и у Софик торжествующе вспыхнули глаза, но…

— В течении одной десятины дней, леди ди Бухе, — практично подал голос парнишка-младший инспектор, лишний раз подтвердив мне, что магическое назначение меня наследницей считается официальным.

От чего конкретно пошла красными пятнами мадам старший инспектор, так и осталось для меня загадкой. Может, магическая хворь какая разбила?

— Ну, тогда я выбираю штраф, конечно, — я практично рассудила, что десять дней — это приличный срок, и можно попытаться что-то придумать.

Вопрос с работой и на что мне тут предстояло жить — нужно было разрешить в принципе, хотя трех злотых мне было заранее жалко.

— Отсрочка в оплате штрафа всем иномирцам предоставляется только при наличии магического поручителя из числа достойных доверия граждан Завихграда, — что-то было в голосе Софик Елагиной такое садистское, что мне очень сложно было продолжать удерживать вежливую улыбку на лице. Эта мадам очень нарывалась на то, чтобы при встрече с ней я в дальнейшем демонстративно переходила на другую сторону улицы.

Вот только судя по сочувственному лицу парня «на побегушках» — госпожа Елагина вспомнила все верно. Черт, неужели все-таки исправительные работы?

— Я выступлю поручителем магессы ди Бухе, — совершенно неожиданно раздался за плечом голос… моего соседа-анимага.

Пришлось обернуться, чтобы убедиться, что мои уши меня не обманули.

Сосед уже, неведомым образом как, переселился с балкона на разделяющий наши с ним участки сложенный из булыжников забор и сидел на нем, болтая ногами в блестящих ботинках с серебряными пряжками.

А вблизи-то анимаг оказался тот еще хлыщ. Под синим сюртуком сверкал серебряными пуговицами черный атласный