Семь смертных грехов, или Психология порока для верующих и неверующих - Юрий Щербатых

Историк Костомаров так описывает привычки этого государя: «Приветливый и ласковый царь Алексей Михайлович дорожил величием своей царственной власти. Он тешился своими громкими титулами. Малейшее случайное несоблюдение правильности титулов считалось важным уголовным преступлением. Царь, как правило, являлся народу торжественно. Например, едет он в широких санях: двое бояр стоят с обеих сторон в этих санях, двое на запятках и сопровождает его отряд стрельцов. Перед царем метут по улице путь и разгоняют народ. Москвичи, встречаясь с едущим царем, должны падать ниц. Всадники должны слезать с коней и тоже должны падать ниц. Москвичи считали благоразумным лучше не встречаться с едущим царем».

Таким образом, стрежнем гордыни является ощущение своего превосходства по отношению к другим людям. С точки зрения христианских богословов, гордыня отличается от простой гордости тем, что обуянный гордыней грешник гордится своими качествами перед Богом, забывая, что получил их от него. При крайнем проявлении гордыни грешник, даже осознавая другие свои грехи, может судить себя сам, подобно Иуде Искариоту, и совершать грех самоубийства. Согласно ряду работ христианских теологов, именно гордыня окончательно определила место Иуды в аду, поскольку даже после своего предательства он мог бы покаяться перед Господом, но не сделал этого.

Еще одним основанием отнести гордыню к самому тяжкому из семи смертных грехов — это то, что именно этот грех привел к падению Люцифера, ставшего Сатаной. По этому поводу Епископ Александр (Милеант) писал в своих трудах: «О пагубности этой ужасной болезни свидетельствует сам родоначальник и “отец” ее — дьявол, который из светлого Денницы превратился в свирепого дракона (Быт. 3; 1; Апок. 12; 3–9). Сколько раз в истории человечества, он, в своей безумной борьбе с Богом, терпел поражения; сколько раз воплотившийся Сын Божий обнаруживал его бессилие (Мат. 12; 29, Мат. 8; 31). Даже в аду — его подземном царстве Сын Божий, сойдя туда, поразил гордого Сатану, связав его и отняв у него всякую власть над людьми (Апок. 20; 2–3). Ведь, как некогда мудрейший среди ангелов, он должен понять, что Бог всемогущ, а он — ничтожен; что своими злодеяниями он все глубже увлекает себя на дно геенны огненной. С другой стороны, видя милосердие Божие к даже самым великим грешникам, он еще может покаяться и примириться со своим Создателем. Но нет! — злобствует демон: “Унизить себя и признать себя побежденным — никогда! Пусть погибну я на веки вечные, но не уступлю! И хоть совсем мало мне осталось времени, а все же успею еще кое-кого погубить вместе с собой…” Такова “логика” этого гордеца среди гордецов: по всем меркам — небесным или земным — она безумна!» Другой специалист в области христианской этики, священник Александр Ельчанинов, цитируя «Слово на язычников» cв. Афанасия Великого, писал: «Там есть такое место: “Люди впали в самовожделение, предпочтя собственное созерцание божественному”. В этом кратком определении вскрыта самая сущность гордости: человек, для которого доселе центром и предметом вожделения был Бог, отвернулся от Него, впал в “самовожделение”, восхотел и возлюбил себя больше Бога, предпочел божественному созерцанию — созерцание самого себя. В нашей жизни это обращение к “самосозерцанию” и “самовожделению” сделалось нашей природой и проявляется хотя бы в виде могучего инстинкта самосохранения как в телесной, так и в душевной нашей жизни».

Следует отметить, что не только священники, но и некоторые светские деятели культуры резко осуждают гордость и гордыню, считая их источниками всех грехов человечества. Вот, например, что писал в своем эссе «О гордыне» английский писатель Гильберт Честертон: «Должно быть, меня не поймут; но я бы, прежде всего, сказал бы моим слушателям, чтобы они не наслаждались собой. Я посоветовал бы им наслаждаться театром или танцами, устрицами и шампанским, гонками, коктейлями, джазом, ночными клубами, если им не дано наслаждаться чем-нибудь получше. Пусть наслаждаются многоженством и кражей, любыми гнусностями — чем угодно, только не собой».

Интересно, что гордыня считалась грехом за тысячи лет до христианства. У древних греков была Немезида — богиня мести и правосудия, каравшая за нарушение законов и чрезмерную гордыню. Обычно ее изображали грустной и задумчивой. Ибо вершить правосудие — не очень веселое занятие, а дел у Немезиды всегда было достаточно. Ее атрибутами были весы, уздечка, меч (или плеть), крылья и колесница, запряженная драконами. Весы были символами равновесия и контроля, меч и плеть — наказания, а крылья и колесница — быстроты и неотвратимости.

Гордость — особый грех. Френсис Бэкон отмечал, что «все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними». Он имел в виду, что иногда гордость является просто продолжением достоинств человека. Например, если человек создал действительно нечто выдающееся — написал поэму, излечил тяжело больного человека, изобрел какое-то техническое устройство, заработал много денег (особенно честным путем) и т. д. — он начинает гордиться делами своего ума и рук. Но с точки зрения религиозной морали — такой человек все равно грешен, равно как и тот, кто гордится впустую. Тот же Френсис Бэкон писал: «Гордость лишена лучшего качества пороков — она не способна скрываться», подразумевая, что если человек заражен грехом гордыни, то это видно издалека, так как можно тайком предаваться похоти, можно предаваться обжорству по ночам, можно скрывать уныние за показной бодростью, но гордыня слишком явно проявляется в высокомерной позе и словах. Бывает и по-другому. Некоторые ханжи и святоши всем своим видом демонстрируют смирение и покорность, в то время как в душе их пылает огонь гордыни и они полны самолюбованием собственной праведности. Именно про таких людей Роберт Бартон сказал: «Гордящиеся своим смирением горды тем, что они не горды».

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших — чтобы вовсе о себе не говорить.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.

Нет такого осла, который, созерцая себя в реке, не смотрел бы на себя с удовольствием и не находил бы у себя черт коня.

Гордость как бы прибавляет людям росту, тщеславие лишь раздувает их.

Нужно отметить, что само слово «гордыня» в настоящее время в повседневной жизни употребляется редко. Вместо него используются другие термины, близкие по смыслу или несколько отличающиеся оттенками — гордость, амбициозность, высокомерие, тщеславие, заносчивость, самолюбие и пр. Христианские проповедники зачастую сваливают все эти личностные качества, что называется, «в одну кучу», что не совсем правильно с точки зрения психологии. Например, епископ Александр (Милеант) в статье «Нищета, которая обогащает» писал: «К свойствам гордыни относятся такие качества: высокого мнения о себе, тщеславный, лицемерный, упрямый, капризный, мнительный, неуправимый, беспокойный, щепетильный по отношению к себе, придирчивый, суетный, самовлюбленный эгоист, обидчивый, дерзкий, сумасбродный барчук, вспыльчивый, склонный критиковать и осуждать, властолюбивый, надменный, завистливый, непримиримый, злопамятный, жестокий, быстрый на оскорбления, язвительный, патологически активный, бунтарь против всякого авторитета, носитель революционного, нигилистического духа и т. д.».

Как вы можете видеть, получается нагромождение терминов и понятий, в котором трудно разобраться. Поэтому, чтобы внести ясность в дальнейшее повествование о пороках человечества, давайте сначала определимся с терминами, так как они отражают разные составные части «греха гордыни», а некоторые из этих слов вообще имеют очень отдаленное отношение к греху.

Итак, первая группа качеств личности отражает жажду власти и открытое презрение к людям, занимающим более низкое социальное положение. Это высокомерие, заносчивость, кичливость, спесь, надменность и чванство, а также самомнение и самолюбие.

Вторая группа личностных качеств показывает стремление человека достичь большего, чем у него есть. Это амбициозность и честолюбие.

Третья группа личностных качеств — отражение эгоизма в сочетании с невоспитанностью. Данные качества демонстрируют готовность человека идти напролом ради собственных интересов. Это хамство, наглость, эгоизм, нахальство, бесцеремонность, дерзость, беззастенчивость, бесстыдность.

Четвертая группа отражает жажду славы, причем далеко не всегда обоснованную. Главное качество здесь — тщеславие. Кроме того, в эту группу входят хвастовство и самонадеянность.