Говорящий свёрток – история продолжается - Дмитрий Михайлович Чудаков

дождь, ведь теперь он шел исключительно над верхушками башен замка, едва выступающими из воды. И все же спать под открытым небом было непривычно и неуютно, и жители волшебной страны, каждый на свой манер, принялись обустраивать свои новые жилища.

Грифонам, к их расстройству, пришлось отказаться от использования тяжелых каменных конструкций, но они оказались большими мастерами и деревянного строительства, и уже через несколько часов на плоту стали вырастать их искусно собранные, крепкие и легкие домики. Однако было очевидно, что полноценное строительство, по сути, нового города на плоту займет гораздо больше времени, чем теперь у них теперь оставалось.

Вода продолжала прибывать, и, волей-неволей, теснящимся на вершине холма обитателям приходилось потихоньку перебираться на многоплот. По указанию Ха-Ха, работы на плоту были остановлены, и жители сосредоточились на заготовке и погрузке строительного материала — бревен, лунного желе, мотков паутины, пробок, бутылок, и всякого прочего.

Вскоре, удивленно мотавшие головой лунные тельцы, подгоняемые горностаями, жабы, под предводительством Этельреда, несущие Великие книги, а за ними и горностаи, грифоны, пауки, огнёвки, дракончики, и наконец, сам волшебник Ха-Ха, подхватив последние пожитки (не забыв конечно и про батут), перешли на борт многоплота — их новый дом, и новую сушу.

Дощипав, сколько успели на прощание, сочной травы, спокон веку растущей на лунном холме, один за другим покидали исчезающий на глазах клочок суши единороги, гулко отстукивая копытами по необъятной палубе. В тот момент, когда прибывающая вода окончательно закрыла вершину холма, Король Единорогов последним вступил на борт плавучего города. Чуть замочив задние копыта, он прыгнул, его перламутровый рог ярко блеснул в солнечных лучах, и волшебная страна, казалось, навсегда скрылась под пучиной бесконечно прибывающей воды.

Глава 10.

Так да раз-так.

Итак, друзья, коль скоро жители волшебной стороны на время оказались в относительной безопасности, перенесемся теперь обратно, в селение Диакофта, и посмотрим, как идут дела у команды Попугая и инженеров. Как вы помните…

Иайоргос и Попугай той же ночью отправились на поиски Пенелопы. Попугай, окрыленный ожиданием скорой встречи с ней, упражнялся в словесности, и тихонько напевал самые неожиданные песни. Его безупречная память помогла Иайоргосу отыскать дорогу даже в темноте, и ещё в предрассветный час они уже подошли к уютному, встроенному в склон горы домику, буквально нависавшему над самым синим морем, в котором проживали Пенелопа и её отец.

Попугай поднялся на высоту второго этажа, опустился на подоконник распахнутого окна, заглянул в комнату, и тихонько постучал клювом по ставне. Потом ещё раз, и ещё, и ещё… Наконец, в углу комнаты послышалось какое-то шевеление, на мгновение показались в лунном луче и тут же исчезли рыжие кудри, и снова наступила тишина. Попугай прислушался. Пенелопа снова мирно засопела.

— Кхе-кхем! — тихонько, но настойчиво прокашлялся он. — Пенелопа, просыпайся! — проскрипел он громким шёпотом.

— Пня-мня…, — не просыпаясь, проныла Пенелопа. — сбоку ящичек, деревящичек… — Пенелопа перевернулась на другой бок, и минуту спустя снова послышалось сонное сопение.

— Пенелопа, проснись! — чуть погромче заскрипел Попугай. — Мифландия! Наводнение!

— Там… — откликнулась все ещё спящая Пенелопа, — положите… на комод, — и снова засопела.

Попугай задумался. Понятное дело, он не хотел поднимать шум на весь дом. Ещё не хватало разбудить дядю Генри. Однако же, Пенелопу необходимо было поскорее растолкать. Во-первых, их уже ждали, неподалеку от паровозихи, остальные члены экспедиции. Во-вторых, ей, конечно, нужно было выбраться из дому пораньше, пока взрослые ещё спали. Попугай перелетел на спинку кровати, и позвал ещё:

— Пенелопа! Полундра! Карамба! Катастрофа! Драматургия! Землетрясение! — бешеным шепотом выкрикивал Попугай, надеясь затронуть какую-нибудь яркую и пугающую тему, которая заставила бы Пенелопу проснуться.

Но нет, Пенелопа не просыпалась, отвечая на все его старания только посапываниями, бессвязными звуками, и, в лучшем случае, ленивыми подергиваниями.

— Хм, — задумчиво нахмурился Попугай, — Двойка, в четверти!

Пенелопа в ужасе открыла глаза. Однако, на неё смотрела не строгая преподаватель математики, а её старый знакомый Попугай. Протирая глаза, и окончательно просыпаясь, она радостно протянула к нему руки.

— Попугай! Как же я рада тебя снова видеть! Ты представляешь — мне сейчас приснилась математичка! Брр… в первый раз со мной такое, кошмар.

— Эмм, — усмехнулся Попугай, — ну и крепко же ты спишь, скажу я тебе. Спасибо твоей математичке, а то бы я, кажется, будил тебя до вечера.

— Что-то случилось? — окончательно проснувшись, Пенелопа начала догадываться, что говорящие волшебные Попугаи не появляются на твоей кровати посреди ночи просто так, без веской на то причины, — Снова василиски?

— Кхем, нет, на этот раз проблема, пожалуй, посерьезнее. Большая беда в Мифландии, нужна твоя помощь.

— А ребята? — воскликнула Пенелопа. Во-первых, она уже успела по ним соскучиться. Во-вторых, ей совершенно не хотелось бы сейчас оказаться без Саймона и Питера, один на один с проблемой Мифландии, которая была оказывается «посерьезнее» василисков.

— За ними уже отправился Станополус, — отмахнулся крылом Попугай, — собирайся скорее, Иайоргос ждет внизу.

— Станополус? Иайоргос? Кто это?

— Инженеры, я всё расскажу по пути, собирайся же, — нетерпеливо проскрипел Попугай.

В других обстоятельствах, Пенелопа, пожалуй, взбесилась бы от такого обращения. Представьте себе, вас поднимают до рассвета, на самом интересном месте, когда вам как раз снится математичка, играющая роль пирата на школьной постановке во время землетрясения. Вы только продрали глаза, вы не причесаны, не завтракали, не умывались, и главное — толком ещё не поспали. А вам ничего не объясняют, и требуют немедленно собраться и куда-то бежать, кого-то спасать, без Питера, без Саймона, да ещё и с какими-то незнакомыми инженерами.

Однако же, Пенелопа понимала, что дело серьезное. Кроме того, предыдущие приключения, в которых Пенелопе приходилось удирать от огнедышащего василиска с единорожком на руках, выводить на чистую воду профессионального шпиона, побывать в плену у оборотней… словом, это была уже не совсем та Пенелопа, которая ещё казалось бы совсем недавно, вместе с Питером с Саймоном, обнаружила на берегу моря Говорящий сверток.

Пенелопа быстро и тихо собрала все необходимое в свой походный рюкзак: спальник, легкая трехместная палатка, складной коврик, миниатюрный набор канов с чайничком, кружка, ложка, газовая горелка, теплые носки… Так скоро, что Попугай даже не успел как следует удивиться, Пенелопа уже была готова к выходу, одетая в легкие походные штаны, майку, непромокаемую курточку и лихо, набекрень натянутую бейсболку. Папе она оставила короткую записку: «Уехала к подруге Рокотелле в Арнеа, сходим с друзьями в небольшой поход, не переживай, целую, дочка».

Чтобы не будить отца, Пенелопа спустилась через окно, по имевшейся у неё на такой случай раскатной веревочной лестнице. Иайоргос тихонько присвистнул:

— Хорошенькие дела! — прошептал он басовитым шепотом. — В наше время