Пираты Марокко - Юрий Волошин

– Слева по борту парус! – крик марсового всполошил людей. Две большие шебеки, вспенивая волны двенадцатью парами весел каждая, неслись им наперерез с явным намерением захватить.

– Вот дьявол! – выругался Пьер. – Стало быть, не избежать столкновения.

– Может, попытаться уйти? – с надеждой в голосе спросил капитан.

– Не получится, Сарьет. Мои корабли слишком тяжело нагружены. Однако рано унывать, капитан. Их всего-то две шебеки, а у нас целых три судна, да к тому же уже обстрелянных. Будем биться, капитан.

Пьер внимательно присматривался к пиратам, оценивал их и прокручивал в голове возможные действия. Матросы уже знали, что стычки не миновать, и сноровисто делали свое дело. Грузовые суда подтягивались ближе и тоже готовились к бою. На Кипре Пьер усилил вооружение своих судов пушками и мушкетами, так что захватить их будет трудновато.

Корабли быстро сближались. Арабы, а их на обеих шебеках было приблизительно около полутора сотен, облепили снасти и фальшборты своих судов, кричали и скалили рожи в предвкушении добычи.

– Пушек у них, как всегда, маловато, – заметил Пьер, отрывая глаз от зрительной трубы.

– Гляди, Пьер, они хотят нас охватить с двух сторон, – сказал Фома, указывая на маневр пиратов.

– Пусть так и будет, Фома. Мы их с двух бортов одновременно шарахнем. Капитан, дай сигнал нашим кораблям бить картечью с близкого расстояния. И плотнее мушкетный огонь.

– Капитан, сигналят лечь в дрейф! – оповестил марсовый.

– Выполняй, капитан, – сказал Пьер.

– Как же так, мессир? – взволнованно спросил Сарьет.

– Пусть они делают свое дело, а мы будем делать свое. Ложись в дрейф.

Паруса быстро спустили, суда приостановили ход, а пираты уже были не далее как в двухстах саженях. Их крики уже доносились до матросов, которые залегли за укрепленным фальшбортом, приготовив мушкеты и арбалеты. Пушкари прятали тлеющие фитили, стараясь ввести пиратов в заблуждение.

Суда Пьера стояли почти неподвижно, сгрудившись очень близко одно к другому. Пьер сказал:

– Капитан, как только мы сделаем первый залп, гребцы должны тут же вывести шебеку вперед. Это даст возможность другим кораблям произвести свои залпы, что может довершить дело. Мы же бросимся из-за носа дальнего корабля на противника и ударим левым бортом по его корме. Уяснил маневр?

Когда до пиратов оставалось уже чуть меньше ста саженей, Пьер приказал дать залп. Шебека качнулась от отдачи, окуталась дымом, а гребцы уже налегли на весла. Мушкетная трескотня накрыла море. Матросы едва успевали прицеливаться. Пираты были явно обескуражены.

Алжирцы даже не успели сделать залп из пушек и теперь торопились наверстать упущенное, но их опередили залпы грузовых кораблей.

«Ивонна» вылетела под самой кормой второй пиратской шебеки, ее борт опять окутался дымом. Картечь врезалась в толпы арабов, кроша все на своем пути. Потом в ход пошли арбалеты. «Ивонна» шла по инерции – ее гребцы поспешно схватились за оружие.

– Бомбы швыряй! – кричал Пьер, видя, что суда сблизились уже достаточно.

Полетело несколько бомб, на баке пиратской шебеки вспыхнул пожар. Парус мгновенно воспламенился, и арабы стали прыгать в воду. Брошенные весла ломались со страшным треском.

– Пьер, – голос Фомы зазвучал тревожно, и Пьер оглянулся. – Гляди, там купцов одолевают!

Пираты с шедшего первым судна, не смущаясь большими потерями, уже лезли на абордаж одного из торговых кораблей. Там шла рукопашная. Пьер сразу понял, что немногочисленная команда французов не устоит под натиском озверевших арабов. Схватив рупор, он прокричал сквозь трескотню мушкетов:

– Спускай шлюпки! Бросайтесь на помощь! Спешите!

– Пьер, можно я со своими ребятами в одной шлюпке помогу им? – это Фома подскочил к Пьеру со своим предложением. – Вы тут и сами управитесь.

– Давай! Да быстрее, а то наши остолопы едва держатся. Сопли распустили, канальи!

В считанные минуты шлюпка была спущена, гребцы навалились на весла. Пролететь сто саженей не составило труда. Два десятка матросов мигом вскарабкались по трапам на палубу – и как раз вовремя.

Арабы уже оттеснили матросов к корме, но удар людей Фомы был столь неожиданным и мощным, что пираты тут же пустились наутек. Но Фома со своими ребятами рубили и кололи вовсю и на их плечах ворвались на пиратский корабль.

Два десятка уцелевших пока, уставших и панически настроенных арабов бились уже вяло и вскоре стали сдаваться. Некоторые прыгали в море и там тонули после пары минут отчаянной борьбы со стихией.

В это время Пьер не собирался идти на абордаж своего противника. Он расстреливал пиратов непрерывным огнем в упор из мушкетов и даже пистолетов. Те едва отвечали, несли большие потери.

– Мессир, они уходят! – прокричал капитан.

Пьер и сам видел, что сопротивление пиратов ослабло и паруса ставят едва держащиеся на ногах матросы. Однако недавний пожар не давал им никаких шансов на успех.

– Капитан, ставь паруса, не дадим им уйти. Добыча уже в наших руках! Догнать их и расстрелять! Или дай сигнал к сдаче. Сдавшихся пощадим. Они нам еще пригодятся.

Не прошло и десяти минут, как арабы побросали оружие и подняли руки вверх. Выстрелы затихли, слышались только возбужденные голоса победителей.

– Неужели мы отбились, мессир? – сияя восторженными глазами, спросил Сарьет, подходя тяжелой походкой к Пьеру.

– Не просто отбились, капитан, а победили, да еще и отличные призы захватили!

– Даже не верится, мессир! Но вы ранены?

– Чепуха! Щепкой прорвало кожу на плече. Заживет, как на собаке! Как с потерями?

– Еще не знаю, мессир, но думаю, что не очень много. Скоро подсчитаем. А пока займусь призами.

– Работай, капитан, а я немного займусь собой – надо перевязаться.

Уже на закате все было готово к продолжению пути. Палубы очищены, мертвецы брошены в море, раненые перевязаны, пленные закованы в цепи и затолканы в трюмы. Было освобождено три десятка гребцов-христиан, и среди них Пьер неожиданно обнаружил четверых русских.

– Откуда вы, ребята? – спросил он ошалевших от неожиданной свободы изнеможденных гребцов.

– А ты никак нашенский? Сам-то откуда тут оказался? Вроде пан, а?

– Я из Новгорода, а вы-то откуда будете?

– Да из разных мест, пан, – ответил невысокий плотный детина с косматой головой и бородой. – Я с Галичины, слыхал небось?

– Не приходилось. Я пацаном еще из Новгорода от царя Ивана утек. А остальные?

– Из Путивля, из Рязани, а этот из курских. Соловей!

– Не ожидал русаков встретить тут, – сказал Пьер. – Теперь будете до своих пробираться. Вот обрадуете родных-то!

– Легко сказать, пан! А на какие шиши нам добираться?