Небо в огне - Евгений Адеев

Велигой с усмешкой закинул самострел на плечо, кивнул «кречетам», чтобы возвращались на боевые посты, и повел ночных гостей вглубь палаты. На полпути тиверец поймал за рукав пробегающего гридня.

— Дуй к князю, — молвил он быстро и властно, — и доложи, что на почестен пир прибыли Ратибор Теплый Ветер и Волк.

Глава 5

Трое витязей под нестройный гул сотен глоток прошествовали в дальний темный угол палаты, уселись за одиноко притулившийся к стене столик, не пользовавшийся популярностью у пирующих ввиду удаленности от центра событий и потому почти всегда пустовавший. Подбежавшие отроки приволок здоровенного осетра в молоке, кувшин ромейского вина и бочонок пива. Велигой краем глаза приметил, как посланный им гридень взбежал к княжьему столу, поклонился Владимиру и вытянувшись по стойке «смирно» отчеканил то, что было велено передать. Князь кивнул, окинул палату быстрым взором, лишь на мгновение задержавшись на притулившихся в уголке витязях, отхлебнул из чаши и что-то сказал Добрыне. Тот пожал плечами, тоже отыскал глазами дальний столик и вновь уставился в тарелку. Муромец что-то оживленно втолковывал Поповичу, который меж тем наполнил полный кубок меда и недвусмысленно поднял чашу в сторону вновьприбывших. Ратибор кивнул, отсалютовав своим кубком, Волк приветливо махнул рукой.

— Что-то Муромец на тебя как-то сердито смотрит, — молвил Велигой черноглазому витязю. — Что ты там с ним не поделил?

— Да Ящер его знает, — пожал плечами Волк. — Я с ним не ссорился. Вроде бы. В конце концов, я ж не самоубийца…

— Да ладно, — отмахнулся от тиверца Ратибор. — Мало ли из-за чего старик расстроился. С ним это бывает, особенно когда переберет лишку…

Велигой хмыкнул, достал из-за голенища длинный кинжал и занялся расчленением осетра. Некоторое время ели в молчании, если не считать отчетливого хруста за ушами Ратибора, который налегал на съестное за целый полк, что быстро привело к безвременной кончине несчастного осетра, которого, впрочем, тут же сменил немаленький такой кабанчик.

— Между прочим, я ожидал увидеть вас раньше, — молвил Велигой, когда с предварительным насыщением было покончено. — Задержались, ребята.

— Мы не могли явиться раньше, — пробубнил Ратибор с набитым ртом. — Сам знаешь, сейчас время такое… Все по печкам разлеглись, ищи-свищи по всей Руси… Я Волка седмицу по Таврике с собаками разыскивал, хорошо Микула напомнил, где его можно поймать. Ты представляешь, нашел его в том домике на лиманах, ну, помнишь, я рассказывал, который мы за тридцать гривен для него в свое время сторговали. Умора, да и только! Обнаружился наш певец дожигающим последнюю свечку, — лень было смотаться до Корсуня! — в окружении груды пустых бутылок и разбросанных листков с какими-то его каракулями… Ну и, разумеется, с лютней в зубах. А вокруг хибары — горы битых упырей!

— Я те дам, каракули! — обиженно воскликнул Волк. — Между прочим, там было несколько неплохих вещиц, да только половину ты не разобравшись, отправил в печку на растопку. А упыри… тьфу, мерзость… ага, и Велигой со мной согласен… расплодились, Ящер их подери. Этой весной столько народу в лиманах утопло — жуть. Кое-кого я вытащил, да только разве за всеми углядишь… И чего их туда несет? Проведали, дурачье, что там в окрестностях соль дармовая — бери, да продавай, вот и перли, как гуси на водопой… А потом вот и живи — в одной руке меч, в другой лютня…

— Ладно, не кипятись, волчара, — ухмыльнулся Ратибор. — Тебя никто тогда не заставлял торговаться из-за этой халупы…

— Так ведь для хорошего человека старались! — фыркнул Волк, прицеливаясь глазом на кабаний бок.

Велигой слегка постучал кружкой по столу, и взгляды собеседников обратились к нему.

— Ладно, все это очень интересно, — молвил Волчий Дух с нажимом, — Да только тут у нас тоже такая коляда твориться, что упыри по сравнению с ней — так, мелкие пакостники.

— Мы уже кое-что слышали, — сказал Волк, внимательно глядя на тиверца. — Потому и въехали в город без особого шума, чтобы не привлекать лишних взглядов. Ты еще не разобрался, кто за всем этим стоит?

— Если бы… — Велигой сумрачно отмахнулся, пригубил пивка. — Я уверен пока что только в одном: за всеми нападениями стоит одно и то же лицо. И что бы там не говорили остальные, думаю, что тут дело посерьезнее, чем чьи-то личные счеты с князем.

— Думаешь, лапа тянется из Царьграда? — задумчиво молвил Ратибор.

— Почти наверняка.

— Но вряд ли они управляют всем этим оттуда, — покачал головой Волк. — Даже самый могучий колдун не сможет уследить за всем при помощи одной только волшбы. Значит…

— Значит, врага надо искать где-то здесь. — Велигой сделал большой глоток, отхватил от несчастного кабанчика большой ломоть.

— Думаешь, в Киеве? — с сомнением промолвил Ратибор.

— Опять же, почти наверняка.

— Хм-м-м-м-м… — стрелок в задумчивости оттяпывал от кабанчика кусок за куском и машинально отправлял в рот.

— Трудно подступиться, — сказал Волк медленно. — Мы не можем прямо вот так вот взять и вломиться на ромейский посольский двор да прихлопнуть посла, пока не раздобудем хоть каких доказательств, что это его рук дело…

— А он может быть и вообще тут ни при чем, — Ратибор напряженно думал, при этом кабанчик стремительно уменьшался.

— Ну, в это как раз я не шибко-то верю, — Велигой прикончил кружку и налил еще. — Все они как один — лазутчики. Я могу хватать их, когда они подбираются достаточно близко, но у меня просто нет возможности уследить за тем, что происходит на посольском дворе или где у них там логова, гнездышки, лежбища… тьфу. Постоянно приходится останавливать беду в самый последний момент, а делать это вечно — никаких сил не хватит.

— Был я тут не так давно в Царьграде, — кабанчик кончился, и Ратибору ничего не оставалось, кроме как поведать надуманное за время трапезы. — Странные они там какие-то стали… В начале осени разразилась жуткая гроза, так после нее ихние волхвы… то бишь маги на белый свет дни напролет не вылезают, а вокруг их башен аж воздух трещит. Не понравилось мне это тогда, ох не понравилось… З-з-з-зараза, да где ж этот отрок, я ж еще голодный…

— Лопнешь! — фыркнул Волк. — Ладно, это все хорошо… вернее, плохо, но Велигой, мы-то за каким лешим тебе понадобились?

— Ну я ж говорю, — досадливо сморщился тиверец, — мне не хватает глаз и ушей в городе. «Кречеты» слишком приметны, Ящер все это побери… У меня есть отдельный отряд, подобранный из младших Перуновых волхвов, они способны учуять любую волшбу и сражаться с колдунами, но на тайные дозоры у меня просто не хватает людей. Сам я постоянно торчу при князе, распугивая своей порезанной рожей честной народ… а княже мне за это давеча еще и по шее надавал, мол, корчу из себя чудо-юдо морское… а что мне еще прикажете делать? И как назло — стоит на миг отвлечься, как тут же что-то происходит. Сегодня утром на улице чуть парнишку малолетнего не пристрелил — его какие-то шалопаи нетесанные прямо перед княжьим конем сквозь оцепление пропихнули. В общем, еще полгода такой службы, и я сойду с ума к Ящеровой матери.