Женить Соболя (СИ) - Ланд Катрина

Яркое солнце освещало верхушки деревьев, разными цветами весенней поры. Гладь озера переливалась, словно россыпь бриллиантов, а из леса доносилось пение птиц.

— Красиво как.

Яна уже успокоилась и шла за мной, оглядываясь по сторонам. Водителя я решил, отпустит до вечера.

— Яна, проходите…

— Ой, как уютно здесь.

Она медленно ступала по деревянному полу в сторону массивного камина, сделанного одним из лучших дизанейров.

— А вы говорили, что у меня вкус хороший, у вас он вообще отменный.

— Да, я купил этот дом два года назад. Если говорить по правде, я сразу влюбился в это место. Но интерьер пришлось немного переделать.

Зачем я это все ей рассказываю? Распинаюсь перед этой особой, так сейчас сделаю барбекю, пройдемся и домой. В следующий раз буду думать, перед тем, как делать? Она одновременно нервировала и бесила меня, а с другой стороны я хотел узнавать ее еще больше и больше. Сумасшествие.

— Артем, а это ваша библиотека?

Она указала рукой на два шкафа, заставленных книгами.

— Можно и так сказать.

Яна наклонила голову и стала изучать название книг, стоящих на полке. Я подошел, сзади возвышаясь над ней, пока она резко не попятилась назад и не уперлась в мою грудь.

— Простите, я не заметила, как вы подошли.

Смотрела она на меня не отрываясь, а я, как юнец, стоял и изучал ее лицо. Впитывал в себя каждый миллиметр, пока не остановился на губах. Она тоже не сводила глаз, пытаясь пятиться назад. Я не знаю, что мной двигало, я одним движением схватил ее и притянул к себе. Отчего она ойкнула и попыталась вырваться. А я лишь склонился и накинулся на ее губы, с силой удерживая ее, пока не почувствовал обжигающую боль на щеке, которая отрезвила меня. Я медленно провел рукой по болезненному месту и…

— Ты зачем меня поцарапала? Ты ничтожество…

Заорал я, наблюдая, как она отступает назад, а в глазах стоят слезы. На моих пальцах были следы крови от глубокой царапины.

— Что вы себе позволяете?

Шептала она, сжимая кулачки.

— Пошла вон… Считай, ты провалила пари. Больше никаких свиданий. Я раздавлю тебя и твою контору.

В моей руке появился пульт от ворот, и я нажал кнопку.

— Вон отсюда.

Крикнул я, наблюдая, как она выскакивает из дома и бежит в сторону ворот.

Яна.

Я бежала, не видя куда. Сердце выпрыгивало из груди, а слезы застилали глаза, стекая по щекам и оставляя после себя мокрые дорожки. Вот мерзавец. Я остановилась, давая себе минутный перерыв, чтобы перевести сбившееся дыхание. А я, о чем думала? Нужно было вообще не соглашаться на эту встречу, подарила подарок и ушла. А сейчас, бреду по дороге мимо леса, в сторону хоть какой-то остановки, которую не было видно даже на горизонте. Что им двигало, неизвестно. Накинулся в поцелуе, а потом получив отпор, стал оскорблять. Вот и вся сущность Соболева. Он не приемлет отказов, последнее слово и действие должно быть за ним.

Я застегнула молнию на куртке под самое горло и поплелась дальше. Ветер растрепал мои волосы, но я шла не замечая ничего. Неприятный осадок душил меня, но больше всего, я переживала за работу. В голове сразу прозвучала фраза, что он раздавит меня и нашу брачную конторку. Вот и добегалась. Я надеюсь, это угроза останется угрозой и он, как мужчина взрослый, умный и властный не пойдет на поводу у своих эмоций и нервов. Иначе мне не поздоровиться от Альбины Николаевны.

Домой я добралась через четыре часа, проклиная все на свете, а особенно лесника. Ноги были стерты в кровь, а старые кроссовки можно было выкинуть в урну. Если в начале моего пути я была расстроена и плакала, то ближе к середине и концу, я была готова разнести лесника в пух и прах. Пусть знает, как обзывать и угрожать. Но вся эта смелость сменялась одним вопросом, который не давал мне покоя. Зачем он меня поцеловал? Хотя я на него вряд ли получу ответ. Так и прошли мои выходные в душевных терзаниях и метаниях.

— Яна, что значит, Соболев уже не нуждается в наших услугах?

Альбина Николаевна выхаживала на шпильках по кабинету, попивая кофе. Да, я решила опустить тот момент, после чего он отказался быть клиентом нашего брачного агентства. Незачем им знать такие подробности.

— Все верно. Причину не знаю.

— Жаль, очень жаль. Я даже могу сказать, что расстроена.

Знала бы она, как я была расстроена, пока плелась домой вся в слезах.

— Так получилось.

— Это непрофессионально. Ты в первую очередь должна быть психологом. А ты?

Я лишь молчала и смотрела в пол. Пока в дверь не постучались. Маша заглянула в кабинет, а потом без слов зашла, плотно закрыв за собой дверь.

— Альбина Николаевна, приехал Артем Соболев и хочет с вами переговорить.

Мое сердце выпрыгнуло сразу, а в ушах появился гул. Щеки вспыхнули румянцем, а потом меня резко бросило в холод. Что ему еще нужно? Руки начали трястись, и ком встал в горле, не давая сделать вдох.

— Соболев? А вот это уже интересней.

— Яна, выйди, мы потом поговорим. Маша, приглашай.

Скомандовала она и быстро уселась в свое комфортабельное кресло. Я опустила голову, как страус в песок, и медленными шагами вышла из кабинета. Как же не хотела с ним встречаться. Но выхода не было. Темные глаза, цвета шоколада, сразу уставились на меня, вспыхивая яростным огнем. Черные брови были сведены в одну линию, а на щеке красовалась глубокая царапина от моих ногтей. Он смотрел на меня, как бык на красную тряпку, и в его глазах читалось сплошное презрение. Как будто я этому леснику испортила жизнь. В горле сразу пересохло и безумно захотелось пить, а еще захотелось куда-то спрятаться и не вылезать.

— Добрый день.

Поздоровалась я из вежливости и постаралась пройти на свое место, но этот наглец стоял не двигаясь, словно выросшая стена. А я потупив взгляд в пол, пыталась пройти. Со мной соответственно никто не поздоровался, а я лишь услышала тяжелое размеренное дыхание.

— Артем, вы можете пройти.

Голос Маши разрядил нашу накаленную атмосферу, и лесник без слов прошел в кабинет Альбины Николаевны. Он точно по мою душу. И судя по всему фраза, сказанная при нашей последней встрече, не была пустой угрозой. Сердце снова сделало кульбит и выпрыгнуло из груди.

— Яна, ты чего такая бледная?

Маша всматривалась в мое лицо, а потом протянула стакан с водой.

— Чего это он пришел? Что-то не понравилось в нашей работе?

Я лишь пожимала плечами, пытаясь прислушиваться к звукам за дверью, но все было тихо. Они что там, шепотом переговариваются.

— Что-то он без настроения.

Подытожил Олег Андреевич и стал весьма быстро набирать текст на клавиатуре. А мне было не до работы.

Дверь резко отворилась и начальница, словно ведьма на метле, вылетела из кабинета, прибивая меня к месту яростным взглядом. За ней спокойно вышел Соболев и, не прощаясь с нами со всеми, вышел из нашего скромного офиса.

— Яна, зайди.

Голос Альбины Николаевны звучал с нотками металла. А я на ватных ногах встала и поплелась в кабинет.

— Яна, мне пришлось принять непростое решение.

О чем это она? Я присела на стул и внимательно посмотрела на начальницу.

— Ты мне создала кучу проблем, точнее твоя работа с Соболевым.

— Каких проблем?

— А таких. Он угрожал мне закрыть мое агентство и все из-за тебя, милочка. И поверь, такие люди, как он, не шутят.

— Я думала, у Соболева есть более важные дела, как заниматься закрытием брачного агентства.

— Не паясничай.

Вдруг сорвалась она и закричала в мой адрес. А это уже что-то новое.

— Он взбешен. Поэтому мне пришлось его упрашивать, чтобы оставил мой бизнес на плаву, но при одном условии.

Ну, почему мы ему, как кость в горле, точнее не мы, а я.

— При каком?

— Ты здесь больше не будешь работать…

Повисла пауза, а мне не хватало воздуха.

— Вы меня увольняете из-за этого сумасшедшего?

— Я еще раз повторяю, это решение не далось мне просто так.

— А мне кажется, далось Альбина Николаевна.