Измена. Его правда (СИ) - Тверская Вика

Я вообще была удивлена, что старый уродливый хрыч надеялся на высокие чувства с моей стороны. А оказывается, я задела его до глубины его огромного пуза.

Зато после моего признания в том, что я действительно хотела лишь получить шанс уехать за границу, дело с разводом пошло быстрее.

Моей главной целью по возвращении в Россию было найти мужика. А пока он «находился», планировала устроиться в компанию, которая сотрудничает с иностранцами.

Я обязательно свалю из этой страны. Ну а если оставаться, то исключительно на премиум-условиях.

Мне повезло – почти сразу я увидела среди вакансий жемчужину. Яра помню по давней дружбе с Мариной, его женой.

Дальнейшее было делом техники. Расчехлила записную книжку, наплела, что соскучилась и поныла, как же сложно сейчас найти работу.

Яр пока отчаянно сопротивляется, но я же вижу, как он жадно заглядывает в мое декольте. Уверена, мысленно он уже отымел меня во всех позах и на всех доступных поверхностях.

Этот горячий пирожочек уже скоро окажется в моей печи. Еще несколько намеков, и Марина будет собирать чемоданы, чтобы освободить для нас свою шикарную квартиру с дизайнерским интерьером.

У фирмы Яра огромный потенциал, а у меня в планах как минимум парочка коммерческих помещений, машина и еще одно жилье в собственности.

Еще чуть-чуть, и он будет умолять расстегнуть последнюю пуговку на моей прозрачной рубашке. Или сам сорвет ее с меня.

Я подожду.

Глава 20. День рождения

Марина

Как же я ненавижу, когда Яр приходит домой пьяным… Долго возится в коридоре, бормочет какую-то чушь на рабочие темы, может завалиться спать прямо в одежде.

И слова ему в этот момент не скажи. Начнет буянить, спорить и доказывать, что он прав. Может придраться на пустом месте или вспомнить давний скандал.

Поэтому я осторожно помогаю ему раздеться, пришептывая “тихо, тсссс”, и провожаю в кровать. Пусть проспится, а разговаривать мы будем утром.

Сама ложусь в гостиной на диване. Пьяный Яр и во сне остается буйным. Как-то раз повернулся так резко, что я неделю ходила с синяком на плече - попал локтем. Хорошо, что это было зимой, и его можно было прикрыть одеждой.

Утром встает как ни в чем ни бывало. Хотя как утром… На часах уже полдень, и мы с Анютой собираемся готовить обед.

Откладываю выяснение отношений на время дочкиного сна. Но Яр к тому времени снова засыпает. После пьянки он может проваляться весь день.

- И что это вчера было? - спрашиваю его уже поздним вечером, когда он окончательно проснулся и пришел ужинать.

- Эдик отель открывал, - отвечает спокойно, хотя ясно же, что мой тон буквально кричит, что я недовольна.

- Я в курсе! - держи-ка, дорогой, ледяной ушат, может, теперь понятнее станет мой настрой. - Ты хоть что-то помнишь после вчерашнего?

- Конечно, помню, что ты прицепилась?

- Ты как вообще в таком состоянии добрался? Машина во дворе.

- Доехал.

- Пьяным садился за руль?

- Ты достала уже своими придирками, - взрывается. - Может, отстанешь уже?

А вот это уже что-то новенькое. Даже в ссоре он редко переходит на грубости.

От неожиданности на глазах наворачиваются слезы. А, может, это от дикой усталости. Когда у меня был спокойный выходной? Так с ходу и не вспомнишь.

Ухожу из кухни. Опять что ли в гостиной лечь спать? Не хочу его сейчас видеть.

Яр идет следом, обнимает и крепко прижимает к себе.

- Прости, ну прости, моя хорошая. Я просто устал…

К середине недели ссора почти забывается. В четверг у Яра день рождения, дуться на него уже не актуально, да и не ко времени. К тому же мне надо выяснить, как он как планирует отмечать.

“Никак”, - его стандартный ответ. Но что-то ведь надо придумать.

С трудом уговариваю его на кафе - собраться в субботу с друзьями узким кругом.

Из головы не выходят слова Лариски о подарке - что это должна быть не вещь, а эмоция. Что-то взрывное, необычное и незабываемое.

То, что он давно хотел получить…

Ярослав

Блин! Почему всё именно сегодня навалилось?

– Ярослав Андреевич…

– Ну что, Элла?! Попросил же не дёргать! Ты договорилась о созвоне с шейхом?

– Подтверждения пока нет.

– Вот козёл в простыне… Чего ты хотела, говори скорей.

– Мы там… Вы бы не могли к проектировщикам зайти на минуточку?

Твою же мать! Я поднимаюсь. Ненавижу дни рождения. Ты будто всем должен в этот день. Мне вот надо срочно экспертизу закончить, а кроме меня никто не может это сделать. И именно в день рождения. Клиент спал-спал и проснулся. Как всегда нужно, чтобы всё было готово вчера.

Я захожу в офис проектировщиков. Тут уже все.

– С днём рождения! С днём рождения! С днём…

– Happy birthday to you! – поют они хором.

Выдавливаю слезу умиления:

– Спасибо, друзья! Это так неожиданно! Как приятно, что вы не забываете. Ах, какой торт великолепный!

– Это Кира испекла!

– Ничего себе…

Ну, и всё в таком духе. Полчаса уходит на чествование меня. Шарики, весёлая музыка, типа «Кайфуем, сегодня мы с тобой кайфуем», оживлённые лица и игристые напитки. Всё, идите уже по домам, ладно? А то мне ещё до ночи здесь сидеть…

Счастливые сотрудники разбредаются, а я возвращаюсь к себе и снова погружаюсь в чертежи и таблицы с цифрами.

– Ярослав Андреевич…

– Ну что, Элла?! Просил же…

– Если я вам не нужна, можно я пойду тогда? – смущённо спрашивает она.

– Иди.

– До свидания.

– До свидания.

– С днём рождения вас…

– Уйдёшь ты уже наконец?

Хихикая, она убегает.

Минут пятнадцать меня никто не трогает, а потом звонит Марина. Блин. Её звонка я жду и не желаю одновременно. Придётся сказать, что я задерживаюсь. Она расстроится, дёрнется, я тоже дёрнусь… Всё как по сценарию. Будто мы обязаны выполнить программу, которая никому не нравится, но шансов обойти её нет…

– Привет, Маришек…

– Ярусь, привет. Ты когда? Я тебя жду и… У меня сюрприз… Анютка, кстати, у моих родителей.

– Малыш… – мне прямо физически тяжело её огорчать… – Малыш, давай перенесём сюрприз тоже на субботу.

В трубке повисает тишина.

– У нас же вечеринка будет, да?

Не люблю я дни рождения, не люблю. Пойдём в ресторан, все начнут говорить мне сладкие пошлости, а я буду улыбаться и благодарить. Ну, что поделать… Надо будет вытерпеть…

– Мариш, мне экспертизу надо срочно доделать, Бекешев нарисовался внезапно. Молчал-молчал и на тебе. А я не могу его бортануть, он тогда в «Скандинавское бюро» переметнётся. Так и заявил, скотина.

– Понятно… – отвечает она упавшим голосом.

– Ну, там контракт на семнадцать миллионов!

Блин! Ну, как всегда. Понятно и точка. Понятно всё с тобой. Ну, всё с тобой ясно. Ну, что делать, ясно-понятно… Сейчас скажет.

– Понятно всё с тобой, – вздыхает она.

– Мариш, ну правда, я сам не рад, но это же работа…

– Работа превыше всего, – соглашается она и снова вздыхает. – Ладно, не буду тебя отвлекать. Доделывай скорей.

Если честно, бесит. Нет, чтобы поддержать, посочувствовать, она только и делает, что клюёт. Я тут жилы тяну, ради семьи и… понятно всё с тобой… Когда у неё работа, все должны падать ниц и благоговеть, а когда у меня дело, которое нас кормит и создаёт задел на будущее, сразу типа, ну да, ну да, работа превыше всего. Вроде, как вечно я со своими отговорками.

Хотя, отговорки – это как раз про неё. То голова болит, то устала, то настроения нет. Секс раз в полтора месяца – это нормально? Я переворачиваю страницу и тупо смотрю на столбец цифр, не в состоянии сосредоточиться.

В кабинет заходит Кира. Я не поднимаю головы, но вижу боковым зрением.

– Именинник… – мягко говорит она. – Ты чего такой бука сегодня? Народ подумал, что ты недоволен поздравлением.

– Я доволен, – отвечаю, внося в таблицу параметры.

– А торт мой тебе понравился?

– Угу… Очень, – роняю рассеянно. – Вкусно.