Мистер Данбартоншир - Олег Борисов

Поставив пустое ведро в центр стола, мудрый и все еще голодный колдун щелкнул пальцами и заглянул в жестяную посуду. В прозрачной воде плавала удивленная золотая рыбка, успевшая набрать вес за прошедшие дни.

– Говоришь, отличное предложение? Лучший отдых на море и прекрасные впечатления? Похоже, вы там окончательно выродились, залежалый товар подсовываете…

– А что, что такое? – засуетилась захваченная врасплох гостья. – Мы же договорились!

Достав тесак, старик положил его поверх разделочной доски и поставил сковороду на плиту.

– Второе, второе желание тебе уступлю! – забулькала перепуганная золотая рыбка, но хозяин избы лишь выудил из ведра болтливый ужин и взмахнул острым лезвием.

– Будет мне впредь наука: готовить надо в тишине! Чтобы не отвлекаться на разные глупости…

И мистер Данбартоншир достал из шкафчика пакет с мукой и бутылку с подсолнечным маслом. Разделанная рыба у него уже была…

Глава десятая, научно-популярная

Инопланетяне мистера Данбартоншира

Мистер Данбартоншир открыл калитку и шагнул во двор, с радостью вдыхая забытые за две недели запахи. Впервые за десять лет удалось вырваться по делам в Шварцвальд на юбилейный шабаш. И хотя молодежь почти не говорила на классической латыни да и истинные навыки чернокнижия порастеряла по большей части, в целом колдун отдохнул от души. Выпито и съедено было изрядно, удалось повидать многих старых друзей. Кое-кто даже не поленился подняться из могил ради дорогого гостя. И тряхнувший стариной верный потомок шотландских земель вернулся в отличном расположении духа домой, в свою крохотную деревню, затерявшуюся среди бескрайних сибирских просторов.

Скрипуче хлопнула за спиной закрывшаяся калитка, глухо звякнул баварским стеклом заплечный мешок, упавший на густую траву, и мистер Данбартоншир ошалело спросил у мужиков, лихо допивающих остатки браги из заветного бочонка:

– И как это понимать?

Односельчане с трудом признали хозяина дома в незнакомце, наряженном в парадный черный балахон, и радостно загомонили:

– О, Карлович вернулся! А мы тут это… сторожим! А то ведь они, проклятые, в доме не сидят, все по двору бродят…

– Кто?! – завопил дипломированный мастер черных дел, стремительно теряя остатки хорошего настроения. – Кто бродит, где бродит?!

– Твои родственники, – уверенно ответили мужики, тыкая заплетающимися руками в сторону железной клетки в человеческий рост.

Честно говоря, лет шестьсот тому назад эта клетка стояла в маленьком немецком городишке, где мистеру Данбартонширу довелось весело проводить время, гоняясь за инквизиторами. Доходило до того, что утром на казнь из клетки волокли уважаемого шотландца, а вечером туда же запирали его палачей. Когда Реформация покончила с истребителями ереси, старик забрал полюбившееся стальное жилище с собой, на добрую память. На старости лет за полированными прутьями отлично медитировалось или просто спалось на свежем воздухе.

Подойдя поближе, колдун заглянул внутрь, потом слепо нашарил конец скамьи и без сил опустился на твердое дерево:

– Это кто?

– Туристы, – наперебой стали рассказывать упившиеся до зеленых чертей соседи. – Они неделя как здесь болтаются. Все чего-то спрашивали, долгожителей искали. А из долгожителей у нас только ты, остальные больше ста и не живут…

Из-за решетки на мистера Данбартоншира смотрели огромные печальные глаза на плоских зеленых лицах.

– Но почему тут? Ведь гостиницу еще осенью достроили! – возмутился старик, вылив остатки браги в пустой стакан.

– Это батюшка настоял. Сказал, что нехристям лучше вместе быть, чтобы потом не пришлось заново отель освящать. Выходит, вы одной крови, вот к тебе и определили.

Занюхав рукавом брагу, колдун нашарил на столе миску с квашеной капустой и захрустел закуской. Крестьяне оценили литровую величину опустевшей кружки и одобрительно заулыбались: соседа любили и за умение изготовить отличный забористый продукт, и за умение его выпить в хорошей компании.

– Спрашиваешь, чего не в доме поселили? – Мужики перевели выразительные жесты старика и засуетились. На стол вывалили кучу малопонятных железок, коробок с кнопками и разрисованных записных книжек. – Мы попробовали их дома держать, так ведь они по всему двору разбредаются! Весь дом истыкали палками, дырок – как в решете! В огороде остатки зелени повывели, в банки к себе попрятали. А зомби твоего последнего на части разобрали! Еле отбились, хотели кого-нибудь из нас изловить и сравнить! Вот в клетку и запихали, отсюда они вылезти не могут, одно спасение…

– И что мне теперь с ними делать? – продышался чернокнижник.

– А кто же знает? – удивились соседи, осторожно собираясь домой. – Мы их тут уж почти неделю сторожим, утомились… Так что сам решай, куда ты их денешь… Но если твои сородичи чего учудят на деревне, ты извини, мы тебе порицание объявим. Сам понимаешь, дружба дружбой, но никто не хочет, чтобы и его на куски растащили…

Попрощавшись, мужики осторожно поднялись и двинулись со двора. Через полчаса самый утомленный сумел попасть в пляшущий перед глазами проем калитки и вывалился на улицу. Проводив его ошалелым взглядом, мистер Данбартоншир повернулся к клетке и недобро уставился на незваных зеленых гостей. Первое и последнее порицание селяне выносили ему по приезде в деревню, заставив с ними считаться и изрядно попортив задубевшую в путешествиях шкуру. После тех событий колдун обещал, что не будет больше сжигать все вокруг дотла. Раз о том давнем инциденте напомнили, значит, лупоглазые туристы не на шутку разозлили своими экспериментами всю округу. А с мужиков станется: нехристь зеленая, нехристь шотландская – какая разница. Вилы в бок – и в котельную. Чтобы легким дымком и золой на поля, в качестве удобрений. Пока обратно себя соберешь, сто потов сойдет…

– Зачем пожаловали? – перешел к сути дела хозяин дома.

– Мы в ответе за тех, кого приручили, – непонятно ответил самый худой инопланетянин, с морщинистым лбом и прозрачными на просвет руками. – Мы должны проконтролировать популяцию и уровень дрессированности.

– Что-что? – поперхнулся колдун. – Я вам что, собака? Или хомяк какой?

Над столом материализовалось крошечное облако, потом звонко хлопнуло, и сваленные в кучу железки с кнопками испарились, оставив после себя лишь грязные жирные пятна. Гости сменили цвет с зеленого на бурый в крапинку и поспешно сбились в угол, оставив остолбеневшего командира экспедиции в гордом одиночестве договариваться с ужасным аборигеном.

Добыв из клетки перепуганного дистрофика, мистер Данбартоншир усадил его перед собой, влил в него для стимуляции обменных процессов остатки браги и стал методично расспрашивать о причинах приезда. Поначалу чужак лишь пучил глаза и сипло икал, но, залив брагу пятью литрами застоявшейся воды из бочки для полива, пришел в себя и принялся рассказывать: