Жажда славы - Нэнси Грин

— Да, я уже ухожу. — Салли взяла шелковый халатик, висевший на спинке кровати, надела его и, запахнув, завязала поясок.

Ричард успел надеть джинсы и рубашку и уже застегивал пуговицы.

В этот момент раздался стук в дверь.

— Папа, ты дома?

Ричард вздохнул. Глазами велел Салли идти в ванную. Та, ни слова не говоря, скрылась в указанном направлении, плотно притворив за собой дверь.

— Да, — отозвался Ричард, отпирая замок.

Он мысленно поблагодарил любовницу за подобную предосторожность.

— Чем занимаешься? — Мэри виновато улыбнулась, входя в его спальню.

— Да вот думаю немного поработать. Потому что вечером надо будет съездить по делам в город. — Ричард старательно улыбнулся, чтобы Мэри ничего не заподозрила.

Каждый раз, когда он смотрел на дочь, его охватывало чувство вины. Если бы он только знал, к чему приведет его бездумное поведение, он ни за что не причинил бы столько боли жене и дочери.

Как же давно это было. Но до сих пор сердце его будто сжимают тиски, когда он видит обезображенное ожогами лицо Мэри. Никто из пластических хирургов не брался делать операцию, и Ричард буквально рыл носом землю, чтобы найти профессионала, способного вернуть его дочери былую красоту.

Из-за уродства у Мэри не было друзей. Она избегала сверстников, полагая, что ничего, кроме насмешек, от них не услышит. И Ричарду было тяжело наблюдать, как растет его ребенок, лишенный детства. По его же вине…

Он нанимал учителей, которые занимались с Мэри, после чего она сдавала экзамены, чтобы продолжать образование. Дочь ничем не показывала, что страдает от подобной жизни. Но Ричард знал — ничто на свете не искупит его вины перед ней. Ничто…

Видя, что Мэри вопросительно смотрит на него, Ричард отогнал невеселые мысли.

— А у тебя какие планы? — как можно непринужденнее поинтересовался он.

Мэри подошла к окну, пожала плечами.

— Салли обещала позаниматься со мной в час. Я приехала и нигде не могу ее найти.

Ричард чертыхнулся про себя. Ох уж эта Салли!

— Вполне вероятно, что она опять сидит где-нибудь в саду и разглядывает цветочки, — небрежно бросил он, внимательно следя за реакцией дочери.

Мэри обернулась к нему, ее лицо озарилось улыбкой.

— А ведь и правда. Я даже не подумала об этом. Спасибо, пап! Пойду поищу ее. Она, наверное, как всегда, потеряла счет времени, воссоединившись с природой.

Подойдя к Ричарду, Мэри чмокнула его в щеку. И он ощутил кожей неровности ее ожогов. Боль защемила сердце. Как же он мог?! Как он мог так проехаться по жизни дочери, которая, дожив до пятнадцати лет, даже не знает, что такое первый поцелуй?!

Он готов был убить себя. Но здравый смысл подсказывал, что в данной ситуации это не выход. И надо постараться во что бы то ни стало найти пластического хирурга для Мэри, чтобы она наконец смогла войти в окружающий ее мир без боязни быть осмеянной.

— Ну я пойду? — Мэри окинула его веселым взглядом.

За восемь лет она уже практически смирилась со своей внешностью. Она старалась не смотреть на себя в зеркало, чтобы лишний раз не расстраиваться. А работники на ферме относились к ее проблеме с пониманием и делали вид, будто Мэри — самая обыкновенная пятнадцатилетняя девушка…

Ричард бросил на дочь короткий взгляд.

— Конечно, — кивнул он. — И знаешь, если мы вдруг с тобой сегодня не увидимся… помни, что я люблю тебя. — Он обнял Мэри и привлек ее к себе.

— Пап, ты чего? Плохой сон видел?

— Нет, я не вижу снов, — напомнил он ей, отпуская. — Это… так просто… мысли вслух.

— Понятно. — Мэри задумчиво посмотрела на него.

Их взоры встретились.

Ричард едва заметно вздохнул. У его дочери был взгляд умудренной жизнью женщины. Казалось, что она все понимает и… прощает его… давно уже простила… А он, как несмышленый юнец, продолжает ковыряться в зарубцевавшейся ране.

— Все, забыли. Я ничего не говорил! — Он широко улыбнулся.

Лицо дочери посветлело.

— Вот так-то лучше! — весело воскликнула она, направляясь к двери.

Ричард проводил взглядом ее хрупкую девичью фигурку. Как ему хочется помочь ей! Как хочется, чтобы Мэри смогла жить нормальной полноценной жизнью!

Дверь за Мэри закрылась.

Выждав немного, Ричард подошел к ванной и выпустил Салли.

— Ты все слышала, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал он.

Салли кивнула, насмешливо глядя на него.

— Мне надо сдать рекорд на скорость? — осведомилась она.

— Придется, — пожал он плечами. — Могу напомнить, что ты сама пришла сюда, начисто забыв о договоренности с моей дочерью.

Салли драматически вздохнула.

— Что ж поделать, если, как только я думаю о тебе, мои мозги сразу же отключаются?

— Поторопись. — Ричард поморщился, показывая, что совершенно не в настроении слушать ее признания.

— Ладно. — Салли вздохнула, направляясь к двери. — Для тебя дочь всегда на первом месте, — заметила она, уже взявшись за ручку и обернувшись. — Скажи, будет ли когда-нибудь по-другому?

— Нет, — твердо ответил он.

Салли вышла.

Ричард застегнул две верхние пуговицы на рубашке, покосился на смятую кровать. Похоже, Мэри не заметила беспорядка. Ричард вздохнул с облегчением. На этот раз ему повезло. Но будет ли удача сопутствовать ему и впредь? Он не знал.

5

Терри стояла в замешательстве перед ворохом одежды, которую она вывалила на кровать, решая, что надеть.

За этим занятием и застала ее Дороти.

— В чем проблема? — весело поинтересовалась она, тряхнув белокурыми локонами.

— Да вот… — Терри развела руками. — Смотрю и думаю, что бы такое надеть, чтобы выглядеть не слишком чопорно, но и не настолько сексуально, чтобы меня сразу затащили в постель.

Дороти рассмеялась.

— Неужели все так серьезно?!

Терри улыбнулась.

— Наоборот. Все очень даже несерьезно, — призналась она. — У него есть девушка. И, похоже, близкая девушка. И я вообще не знаю, зачем он приглашает меня. Если только не хочет переманить в свой журнал.

— Так он владелец журнала?! — Глаза Дороти загорелись от этих слов.

Терри внимательно посмотрела на нее.

— Слушай, а мне ведь и в голову не пришло, что можно поговорить насчет тебя! — воскликнула она. — Это будет получше местной газеты, как мне кажется. И ты сможешь периодически работать дома. Ведь не всегда же придется выезжать в командировки.

Дороти покачала головой.

— Ай-ай-ай! — пожурила она подругу. — Хотела забыть про меня. Какая черная неблагодарность! — Она шутливо погрозила пальцем.