Запретная пара - Витания

пор мы не будем предпринимать резких действий. Но если она начнёт угрожать стае, мы примем меры.

Старейшины неохотно кивнули, соглашаясь с ним. Но напряжение в зале стало почти ощутимым.

Ригор встал, его голос стал твёрже.

— Идите к стае и сохраняйте порядок. Мы не можем позволить этому конфликту перерасти в хаос. Но будьте готовы. Если ситуация ухудшится, нам придётся действовать быстро.

Старейшины начали расходиться, каждый погружённый в свои мысли. Галин ушёл первым, бросив сердитый взгляд на Ригора, но не сказав ни слова. Эрида задержалась, подойдя к Ригору.

— Ты понимаешь, что это может разрушить нас? — тихо спросила она.

Ригор взглянул на неё, его лицо было напряжённым.

— Я знаю, Эрида. Но мы уже стоим на грани. Теперь остаётся только решить, в какую сторону мы упадём.

Эрида кивнула, но её взгляд остался тревожным, когда она покинула зал.

Оставшись один, Ригор посмотрел на древние символы, вырезанные на стенах. Пророчество, которое они так долго считали мифом, вдруг оказалось реальностью. А вместе с ним и самая большая угроза их миру.

Ночь опустилась на деревню, но покоя не было ни в домах, ни в сердцах стаи. Слова старейшин распространились быстрее, чем они того ожидали. Шёпот начал перерастать в гул, а гул — в напряжённые обсуждения. Люди собирались в небольшие группы, их голоса становились громче, а взгляды — всё более настороженными.

Каэл стоял на краю деревни, наблюдая за происходящим. Его сердце сжималось, когда он слышал обрывки разговоров.

— Она человек. Почему мы должны терпеть это? — Каэл нарушил закон, и это ещё не конец. Если старейшины не примут меры, мы сами разберёмся. — А если это правда, если она из пророчества? Может, мы всё это время ошибались?

Эти голоса отражали весь спектр мнений, которые бушевали в стае. Кто-то был готов верить в возможность перемен, но большинство видело в Элис угрозу, которая могла разрушить их устоявшийся мир.

Каэл повернулся, когда рядом с ним появилась Элис. Её лицо было бледным, но взгляд оставался твёрдым.

— Я слышала их, — сказала она, её голос был тихим, но в нём звучала тревога. — Они ненавидят меня. Я… не знала, что всё зайдёт так далеко.

Каэл посмотрел на неё, его взгляд был полон боли, но и решимости.

— Ты не виновата, Элис, — сказал он, положив руку ей на плечо. — Это они боятся. Они видят угрозу в том, что не понимают. Но это не значит, что они правы.

Она подняла на него глаза, её лицо выражало сомнение.

— А если я действительно угроза? Если моё присутствие разрушит всё, что ты пытался защитить?

Каэл покачал головой, его челюсть напряглась.

— Ты не угроза. Ты надежда, Элис. Они просто не готовы это принять.

В это время с противоположного конца деревни раздался громкий крик. Галин собрал вокруг себя нескольких мужчин из стаи, их лица выражали гнев. Он поднял руку, призывая к молчанию.

— Сколько ещё мы будем терпеть это бездействие? — выкрикнул он, его голос был громким и резким. — Наш альфа предал нас! Человек находится здесь, среди нас, и это уже разрушает нашу стаю. Мы не можем ждать, пока пророчество уничтожит нас. Мы должны действовать!

Его слова вызвали волну поддержки. Несколько голосов выкрикнули одобрение, другие, более сдержанные, лишь настороженно молчали.

Каэл сжал кулаки, наблюдая за этим зрелищем. Элис шагнула ближе к нему, её голос дрожал.

— Они собираются напасть, — прошептала она.

— Не они решают, что будет со стаей, — ответил Каэл, его голос стал холодным, почти угрожающим. — И я не позволю им причинить тебе вред.

Он направился к собравшимся, оставляя Элис позади. Толпа затихла, когда он подошёл ближе. Его фигура, высокая и уверенная, бросала длинную тень в свете факелов.

— Хватит! — его голос разрезал воздух. — Вы идёте против всего, за что мы боролись веками. Вы хотите разорвать стаю на части из-за своего страха. Но я не позволю вам этого сделать.

Галин шагнул вперёд, его глаза горели гневом.

— Ты сам разрываешь стаю, Каэл. Ты выбрал человека вместо нас. Ты поставил её выше законов, выше нашей безопасности. И теперь мы платим за это!

— Я выбрал то, что правильно, — ответил Каэл, его голос был спокойным, но в нём звучала угроза. — Вы боитесь перемен, но, может быть, это не она угроза, а вы сами. Вы разрушите стаю своим гневом и нетерпимостью.

Слова Каэла вызвали новый всплеск обсуждений. Некоторые начали соглашаться с ним, другие кричали о предательстве.

Ригор и остальные старейшины появились из тени, их лица были напряжёнными. Ригор поднял руку, требуя тишины.

— Достаточно! — его голос эхом отозвался по деревне. — Каэл, твои действия и твои слова привели нас к этому. Ты посеял раздор в стае. Мы не можем это игнорировать.

Он посмотрел на всех собравшихся, его взгляд был тяжёлым.

— Стая стоит на грани раскола. И если мы не найдём выход, это может стать концом для всех нас.

Его слова были как предсказание, заставившее всех замолчать. Но тишина не принесла облегчения. Она только подчеркнула, насколько глубока трещина, раздирающая стаю.

Глава 11. Разрыв

Каэл стоял у кромки леса, смотря на деревню, где только что завершилось собрание старейшин. Его лицо было непроницаемым, но внутри него бушевала буря. Решение старейшин было окончательным и не подлежало обсуждению: он обязан прекратить любые контакты с Элис. Теперь это было не только требованием закона, но и единственным способом избежать полного раскола стаи.

Слова Ригора всё ещё эхом звучали в его голове.

— Ты должен сделать выбор, Каэл. Либо стая, либо она. Если ты продолжишь ставить её выше нас, мы лишим тебя права быть частью нашего мира.

Эти слова прозвучали как приговор. Каэл знал, что если он пойдёт против стаи, он потеряет всё: свою власть, своё место, свою семью. Но мысль о том, чтобы отвернуться от Элис, казалась ему невыносимой.

Он сжал кулаки, чувствуя, как холодная злость смешивается с отчаянием. Он был альфой, но сейчас чувствовал себя слабее, чем когда-либо.

Когда он вернулся в дом, где скрывал Элис, её глаза сразу встретились с его. Она сразу поняла, что что-то не так.

— Что случилось? — спросила она, осторожно подходя ближе.

Каэл отвёл взгляд, не в силах встретиться с её глазами.

— Мы больше не можем встречаться, Элис, — сказал он глухо, каждое слово давалось с трудом.

Её лицо побледнело, она замерла, словно не сразу осознала его слова.

— Что? Почему?

— Старейшины… Они вынудили меня сделать выбор. Если я продолжу быть с тобой, я потеряю всё. Свою