Млечные - Дмитрий Павлович Орлов

дальностью стрельбы, которой обладали полноценные снайперские винтовки «млечных», но на коротких дистанциях она отличалась чудовищной пробивной мощью. А ещё «Оса» имела повышенную скорострельность благодаря усовершенствованному механизму подачи патронов. Это оружие разрабатывалось именно под броню оперативников, ведь скорострельность имела смысл только при точной стрельбе.

Основные задачи подразделение «Сибирь» выполняло на территории секретных объектов и по большей части в закрытых помещениях. На открытых пространствах доминировали млечные в броне «Буран» и вот у них имелся гораздо больший выбор в вооружении и в способе его применения. На случай ближнего боя оперативник располагал двумя ножами, закреплёнными на предплечьях брони.

Холодное оружие тоже отличалось от стандартного армейского. Оно имело лезвие повышенной прочности и при достаточно большом усилии могло пробить даже сочленение экзоскелета. Вооружившись, оперативники спустились на посадочную палубу грузового отсека, где их ожидал челнок. Влад, честно говоря, немного удивился, увидев Юсупову в полевой броне. Удивление оказалось настолько очевидным, что начальница научного сектора решила объяснить им своё присутствие.

— Образец, который мы должны доставить, слишком важен, что бы его транспортировку доверять кому-то другому. Да и я уверена, что новая броня класса «Протон» разработанная для научных работников вполне сможет меня защитить от любой агрессивной среды.

Ответ начальника полностью удовлетворил Снегова, а Котова незаметно толкнула его локтём, чтобы он держал свои эмоции при себе или закрывал забрало шлема. Пока в челнок грузилась капсула четвёртого уровня защиты, на палубе появился паладин. В отличие от «Бурана» броня «Орф» не имела пулемёта. Считалось, что в ограниченных помещениях применение пулемётов не так эффективно. Слишком большой расход боекомплекта, а он в ситуациях, в которых действует подразделение «Сибирь» играет не маловажную роль.

Зачастую пополнить боекомплект нет никакой возможности. Да и пробивная сила пулемёта не так высока, как например, у скорострельной пушки. Именно поэтому отряд «Паладин» был оснащён именно пушками. И разработанный специально для них патрон способен пробивать любую мобильную броню. Крупный калибр орудия гарантирует полный вывод из строя практически любого противника, даже если попадание будет в не жизненно-важную часть организма.

Помимо Юсуповой в челноке находилось ещё четыре научных сотрудника, которые и занимались обслуживанием капсулы. Насколько понимал Снегов, четвёртый уровень защиты гарантирует, что до помещённого в капсуле образца практически невозможно добраться. Даже пушка паладина не способна пробить её защиту. Отряд Пушкарёва не сильно ломал голову над позывными, и на броне паладина значилось «Пятый».

Челнок вылетел через открывающийся шлюз и мгновенно набрав скорость, устремился к астероиду «Л-304». Астероид действительно был огромных размеров похожий на карликовую планету, на которой отсутствовала атмосфера. Пилот аккуратно посадил челнок на площадку и сразу после этого началась выгрузка. Гравитации на астероиде не было, но для удобства от посадочной площадки к входному шлюзу была уложена гравитационная дорожка.

Благодаря этому выгрузка могла производиться стандартным способом без какого-либо дополнительного оборудования. Но даже на гравитационной дорожке нужно было двигаться осторожно. Ведь на ней гравитация не полноценная и прыгать на ней не рекомендуется. Зато даже тяжёлое оборудование может быть перенесено в лабораторный комплекс всего одним сотрудником. В этом плане гравитационные дорожки являлись практически незаменимым устройством на астероидах.

Операция по транспортировке должна была занять примерно пять часов. Такой длительный промежуток был обусловлен размером лабораторного комплекса и ценностью образца, который необходимо доставить на «Сатурн». Много времени, как им объяснила Юсупова, занимают проверка и соблюдение мер безопасности.

По мере их приближения к шлюзу над ним загорелись жёлтые маячки, и сканер приступил к проверке прибывших на астероид. Всё то время пока шло сканирование их под прицелом держали автоматические турели. Снегов не испытывал к направленным на них орудиям страха, но вот опасение всегда у него присутствовало.

Ходили слухи, что автоматические турели иногда могут получить сбой программы и расстрелять тех, кого система ошибочно определила в противники. И хотя подобные слухи ходили о множестве пострадавших от таких систем, но реального подтверждения им так и не было обнаружено. Человеческий мозг устроен таким образом, что даже в отсутствие каких-либо доказательств он всё равно начинает опасаться того, что ему внушили слухи. Поэтому Влад внутренне был напряжён и внимательно следил за турелями.

«Циркон» разумеется не выдержит прямого попадания, но он вполне способен помочь избежать этого самого попадания, если Влад вовремя уйдёт с линии огня. Тем временем сканер, сделав свою работу, подтвердил их статус и дверь шлюза начала подниматься, а турель спряталась в своём отсеке. Первыми в шлюз вошли оперативники, затем Юсупова и четыре её сотрудника отвечающие за капсулу, а замыкал их отряд паладин.

Лабораторный комплекс встретил их ярким освещением и довольно большим количеством сотрудников. Все были заняты своими делами и никто, по крайней мере, внешне не занимался бездельем. Их встретил начальник комплекса и в сопровождении помощника повёл команду Юсуповой в самый охраняемый в комплексе сектор. Именно там хранились наиболее ценные объекты экспериментов. Целый час занял только спуск в недра комплекса. Бронированные двери никогда не отличались скоростью открытия и закрытия и, большую часть времени съело именно открытие и закрытие подобной защиты.

Наконец спустя час блуждания по коридорам и лифтам им наконец-то удалось добраться до самой защищённой части лабораторного комплекса. Но вот в святая святых самого защищённого сектора в комплексе, никого кроме Юсуповой и её сотрудников не допустили. Оперативники и паладин остались снаружи, внимательно наблюдая за обстановкой. Спустя тридцать минут бронированная дверь поднялась и в коридор вышла Юсупова, а сзади шли четыре сотрудника сопровождавшие опечатанную капсулу.

— «Валькирия» приём, — произнёс Снегов, включив коммуникатор.

— «Валькирия» на связи, — ответил пилот челнока.

— Оперативник Манул, объект получен, выдвигаемся к дому.

— Вас понял, конец связи.

Влад едва успел сделать пару шагов, как свет в помещении погас, но буквально через минуту включилось аварийное освещение.

— Боевой режим активирован, — прогудел паладин, и скорострельная пушка по направляющим экзоскелета передвинулась со спины к рукам «Пятого».

— Манул, никто не должен приблизиться к капсуле, — приказала Юсупова и попыталась связаться с челноком, но связи не было.

Затем начало происходить необъяснимое, сотрудники лабораторного комплекса хватались себе за горло, словно им неожиданно нечем было дышать. В отличие от них группа Юсуповой находилась в бронированных костюмах перешедших в боевой режим. Поэтому никакого воздействия внешней среды на организм не могло произойти. А вот сотрудники комплекса подобной защитой не обладали, ведь внутренняя система разработана таким образом, чтобы исключить любое заражение помещений.

Но, похоже, где-то что-то пошло не так, и они начали валиться на пол под действием какого-то отравляющего вещества. Хотя встроенные в броню датчики никаких опасных веществ в воздухе не обнаружили.