Дикая штучка - Фиона Худ-Стюарт

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

В ту ночь они спали обнаженными, крепко обнявшись, а проснувшись, сонно улыбнулись друг другу.

— Доброе утро, cara mia, — прошептал Риккардо, прижимая к себе жену. Он испытывал истинное наслаждение, ощущая прикосновение ее кожи.

— Доброе утро, — ответила Габриэла. Она положила голову ему на грудь и блаженно зажмурилась. Впервые она проснулась в мужских объятиях. В этом было что-то волшебное. Габриэле хотелось, чтобы это длилось вечно.

— У меня идея, — сказал Риккардо, облокотившись на подушки. — Почему бы нам не взять выходной и не покататься на яхте?

— Но я сказала графине, что поеду с ней после обеда в детский дом, — ответила Габриэла. Ее голова лежала на плече Риккардо. Она наслаждалась запахом его тела. Мятые простыни и легкая боль где-то внутри нее доказывали, что все случившееся ночью было не сном, а реальностью.

Риккардо поцеловал жену.

— Моя прекрасная Габриэла… Я сейчас позвоню Альфредо и отменю все свои дела. А потом мы позавтракаем — я страшно проголодался.

Риккардо привстал, но Габриэла потянула его назад. Ее пальцы медленно поглаживали его грудь, живот. Она начала целовать Риккардо, а ее руки спускались все ниже. Габриэла чувствовала нарастающее желание Риккардо и продолжала ласкать его. Она была еще такой неопытной, но женский инстинкт подсказывал ей, что надо делать. Изнемогая от желания, Риккардо прижал жену к себе. Он решил не тратить время на прелюдию, потому что чувствовал — Габриэла жаждет близости не меньше, чем он. Риккардо еще никогда не испытывал такого наслаждения, а Габриэла не могла понять, как она могла жить без этих божественных ощущений. Казалось, перед ней открылся новый мир. Риккардо просил ее провести с ним весь день. Как она могла отказать?

Они вместе приняли душ. На балконе их уже ждал завтрак.

— Все так нереально прекрасно, — сказала Габриэла, вдыхая свежий утренний воздух.

Риккардо подошел к жене и обнял ее за талию.

— Да, согласен. Садись, выпей апельсинового сока, съешь булочку. Ты, должно быть, очень голодна.

— Так же, как и ты, — рассмеялась Габриэла.

— Я заказал яхту на одиннадцать, — улыбнулся Риккардо и посмотрел на часы. — У нас есть полтора часа. Мне еще нужно заглянуть в офис.

— Понимаю. Я привыкла к тому, что ты очень трудолюбивый человек, а не правитель-тунеядец, который живет за счет своего народа.

— Ты так обо мне думала? — с любопытством спросил Риккардо. Габриэла пожала плечами.

Раздался телефонный звонок, и принц взял трубку.

— Да, Альфредо. Не сегодня.

Он отвечал, как всегда, отрывистыми короткими фразами. Взгляды супругов встретились. Вероятно, старый слуга перечислял список неотложных дел, потому что Риккардо выразительно хватался за голову и закатывал глаза.

— Я сделаю это завтра, Альфредо. Сегодня на меня не рассчитывай. Я проведу этот день с женой. Звони мне, только если будет что-то неотложное.

Эмброуз прогуливалась по террасе своей виллы, которую она получила после развода со вторым мужем. На ней было цветистое шелковое кимоно. В руке она держала стакан апельсинового сока. Эмброуз пристально всматривалась в даль. К гавани подплывала королевская яхта.

Риккардо решил отправиться в морское путешествие?

Дела шли не так, как она планировала. С самого первого дня, когда они только начали встречаться с Риккардо, Эмброуз знала — ее шансы стать женой принца очень невелики. Женщина, дважды побывавшая замужем, вряд ли является подходящей кандидатурой для матери наследников княжества. Кроме того, Эмброуз не хотела заводить детей. Рождение ребенка могло навредить ее безупречной фигуре. Известие о женитьбе принца прозвучало для нее как гром среди ясного неба. Эмброуз была разгневана, она чувствовала, что ею попользовались и выбросили. Она к этому не привыкла.

Недавно она в первый раз увидела жену Риккардо. Это был еще один удар по самолюбию амбициозной блондинки. Она видела фотографии Габриэлы в газетах, но не ожидала, что новоиспеченная принцесса окажется такой красивой, юной и уверенной в себе. Последнее беспокоило Эмброуз больше всего. Она думала, что невеста принца окажется простушкой, что она забеременеет от Риккардо, а, выполнив свой долг перед страной, принц вернется к своей прежней жизни, и их дни и ночи снова будут полны удовольствий. Время шло, но ничего подобного не происходило. Эмброуз начала беспокоиться. Друзья подшучивали над ней. Так не может продолжаться, думала блондинка, наблюдая, как яхта медленно входит в гавань.

Я должна выбрать: либо забыть о Риккардо и найти другого, либо бороться за него.

Эмброуз приняла решение — она решила узнать, куда направляется яхта и кто находится на ней. Женщина сняла трубку телефона. У нее были связи при дворе. Она оказала нужным людям кое-какие услуги, пришло время расплачиваться.

— Алло? Жан-Карло? Как ты, дорогой? — проворковала Эмброуз.

— Эмброуз, милая, — ответил высокий мужской голос, — как приятно тебя слышать! Что-то ты давно не делала у меня прическу.

— Я догадываюсь, чьими волосами ты занимаешься теперь.

— Да, ты права, дорогая. И у нее роскошные волосы, — сказал придворный парикмахер.

— Не сомневаюсь. Я хотела бы узнать, что делает в гавани королевская яхта и кто собирается на ней путешествовать.

— Подробностей не знаю, но слышал, — таинственным шепотом поведал Жан-Карло, — что сегодня Их Королевские Величества завтракали на балконе. Все было так трогательно… Думаю, ты понимаешь, о чем я.

— Понимаю, — процедила Эмброуз. — Продолжай.

— Секретарь говорил, что принц просил подготовить яхту к одиннадцати. Очевидно, супруги отправляются в романтическое путешествие, — Жан-Карло хмыкнул.

Эмброуз закрыла глаза, изо всех сил стараясь справиться с раздражением.

— Спасибо, милый, — сказала она. — Я скоро к тебе заеду. Мне нужно обновить стрижку и маникюр.

— Конечно, bella, в любое время. Если тебе еще что-то нужно узнать, — добавил Жан-Карло, — ты всегда можешь на меня рассчитывать.

— Конечно, могу, идиот, — пробормотала Эмброуз, положив трубку.

В одиннадцать. Значит, у меня остается только полчаса, чтобы придумать план действий.

Она быстро встала из-за стола и поспешила в спальню.

Такой шанс я не упущу. Я прижму Риккардо к стенке.

С момента своего прибытия в Мальдоравию Габриэла не чувствовала себя такой счастливой. В это утро дворец ей казался совсем другим: светлым, веселым. Даже слуги, обычно такие чопорные и холодные, словно стали приветливее. Габриэла направлялась в апартаменты графини, по пути желая всем доброго утра.