Когда не везет, или Попаданка на выданье - Алёна Медведева

Да-а-а, тут предстояла большая психологическая работа. И я была намерена начать ее прямо здесь и сейчас. Меня переполняли идеи, как можно в положительную сторону изменить ситуацию с выбором этих «жертв», да и насчет Обряда кое-какие мысли появились. Хотя тут я решила события не форсировать, так как еще не разобралась в механизме его действия.

Улыбнувшись девушкам и подмигнув печальному и голодному Дирогу, я высказала беспокоящую меня мысль:

– Может быть, нам стоит искупаться, раз возможности помыться нет? Ну и постирать одежду. И стоит поискать на корабле, вдруг да найдется что-то пригодное для носки.

– Дина, воду для купания я обеспечу. Пустых бочек достаточно, и я могу немного опреснить морскую воду. Пить ее все же нельзя, но для купания и прочего вполне подойдет. – Нургх просто окрылил меня своими словами.

– Отлично, вот после еды и займемся этим. – Я взглянула на девушек.

Они потрясенно прислушиваясь к нашему с Нургхом непринужденному общению, но не прореагировали на мое предложение, боясь, кажется, даже дышать от страха. Ну что ж, нужна шоковая терапия – получите! И прежде чем присесть к импровизированному столу, я резко обернулась, притянула Нургха к себе и поцеловала. Он сначала опешил, но быстро сориентировался и с энтузиазмом ответил. Так, забыв о присутствующих, мы страстно целовались, пока со стороны Дирога не раздался разочарованный стон:

– Вот знал я, что это кончится плохо…

– Не завидуй, – вместе ответили мы, оторвавшись друг от друга. – Кстати, Дирог, если ты мне скажешь, что среди собранных тобою вещей есть и моя сумка, то… я и тебя поцелую, – добавила я.

Дорг немедленно подавился первым проглоченным куском.

– Дина, – сипло прошептал он, покосившись на шаенга, – все твои вещи Нургх велел собрать в первую очередь. И вообще, если хочешь, я твою сумку всегда носить буду, только не целуй меня.

Расхохотавшись, я решила больше его не дразнить и принялась за еду, кушать хотелось действительно сильно. Стало даже совестно: девушки вообще неизвестно когда ели в последний раз, а еще нас ждали. Я однозначно преисполнилась самых твердых намерений поспособствовать устройству их судеб.

Вымыться после всех этих перипетий с побегом и последующим пленением было истинным наслаждением. Нургх, как и обещал, организовал нам горячую воду, а в моем случае еще трепетно и ласково вымыл. И как я могла считать его чудовищем?

Нургх

Уже давно понял, что для моей Связанной возможность помыться с комфортом, кажется, искупала все мои ошибки. Вымылся и сам, очевидно, теперь это станет нормой для меня. Пора уже было вернуться к цивилизованному поведению.

Я вспомнил о конечной цели путешествия, и это внезапно вернуло меня к суровой реальности. Нас ожидала огромная и неразрешимая проблема – мое прошлое, от которого роковым образом зависело и наше будущее. Как разрешить ситуацию, я не знал, но, только вернувшись, я смогу понять, что делать дальше.

Время, проведенное на корабле, стало самым счастливым для меня. Воды стремительно несли судно вперед, все бури и шторма обходили стороной, не причиняя вреда. В нашей с Диной каюте царила любовь, узнавая друг друга, мы укрепляли нашу Связь. Для меня не было ценнее награды, чем ощущение Дининого счастья. Находясь ежедневно рядом, вскоре я стал чувствовать и перемену в эмоциях спасенных девушек. По отношению ко мне страха стало меньше, а порой проскальзывало любопытство и даже удивление.

Но мысли о будущем омрачали мою радость. Раз за разом прокручивая в уме события прошлого, я понимал, что должен рассказать обо всем Дине, подготовить ее к реакции моего народа. Но мне было страшно. Теперь я знал, что могу потерять, и перспектива разрушить то, что сейчас было между нами, ужасала меня. Я не желал вновь ощутить ее отвращение, боялся оттолкнуть навсегда. Но правда могла всплыть в любой момент. Так в итоге и произошло.

В тот вечер Дина расспрашивала девушек об обычаях и привычках их народа. Они долго обсуждали, как у доргов принято ухаживать, выбирать спутника жизни.

– Дина, а как ты можешь быть вместе с Проклятым Изгнанником? Тебе не страшно? – задала внезапно одна из них роковой для меня вопрос.

Дина тогда лишь улыбнулась и сказала, что все совсем не так, как кажется со стороны. Но позже, когда мы были одни, она вернулась к этой теме.

– Нургх, помнишь главаря шайки, похитившей меня? Он же тогда сразу узнал тебя.

– Шаенги редко бывают на территориях доргов, а я долго жил там и создал себе… определенную славу. К тому же у меня есть отличительная черта. – Внутренне я уже приготовился к самому худшему.

– И что это за черта?

– Мои глаза. Они абсолютно белые.

– А разве так не у всех шаенгов? – прошептала Дина, приникнув ко мне.

Я отчаянно прижал ее, вдыхая аромат волос, стремясь сохранить эти ощущения навсегда. Возможно, скоро у меня не будет ничего, кроме этих воспоминаний.

– Нет. Такие глаза могут быть только у изгнанного родом, – решил я признаться. – У шаенгов из разных родов разный цвет радужки. Моя раньше была светло-голубой.

Очевидно решив успокоить меня и снять напряжение, Дина с иронией заметила:

– Надо было всем изгнанникам собраться и объединиться в свой род – белоглазых!

Я замер, не зная, как объяснить страшную истину.

– Дина, – еле слышно прошептал я, – объединяться некому. За время существования нашей расы только единожды род проклял и изгнал своего сына.

Дина потрясенно замерла. Положив руки мне на грудь, над самым сердцем, она спросила:

– Но… за что?

Стыдясь смотреть ей в глаза, я медленно отступил, повернулся и подошел к двери. Уже взявшись за ручку, произнес:

– За убийство членов рода. Я убил родителей.

Ну вот и все. Все сказано. Я резко дернул дверь на себя и вышел из каюты.

Глава 10

Дина

Нургх стремительно покинул каюту, казалось, даже сбежал. Меня же будто парализовало. Я забыла, как двигаться, как дышать, как думать. Просто не верилось в то, что услышала. Накатило какое-то опустошение. Перед глазами встала сцена в столовой постоялого двора: взмах – и рядом падает разрубленное пополам тело. Да, я понимала, что он может убить. Легко. В любой момент. Но…

В душе жила уверенность, что не просто из жестокости, а лишь когда уверен в необходимости этого.

Или я ошибаюсь в нем? Что, по сути, я знаю о Нургхе?

Вот только сегодня он приоткрыл часть своей души и сразу же поставил под сомнение все мои представления о нем. Никогда не считала, что любовь должна быть слепа. Смогу ли я быть рядом с мужчиной, способным уничтожить близких?

Но были ли они близки? Что вообще я знаю о его семье? И как произошла эта трагедия? Прежде чем делать выводы, надо разобраться в ситуации. Стоило ли сегодня еще раз вернуться к этой теме? Да! Надо разобраться с этим нарывом, иначе мы не сможем доверять друг другу. И я решительно отправилась на палубу.

Нургх стоял на корме, глядя куда-то в бесконечность. Вся его фигура выражала напряжение. Казалось, даже окружающий воздух резко потяжелел и давил мне на плечи. Ноги, словно скованные цепью, еле двигались. Я шла к нему и не знала, как начать этот разговор. Мне страшно было услышать его ответы. Встав рядом, молча посмотрела на его руки. Он так сильно сжимал ограждение, что пальцы, казалось, свело судорогой.

– Я имею право знать, как это случилось, – наконец выдавила из себя. – Вы… поссорились?

Нургх медленно повернул голову и пристально посмотрел мне в глаза. Не знаю, что он хотел в них увидеть, но вдруг печально усмехнулся и негромко сказал:

– Мы, наверное, никогда не ссорились. У шаенгов особое отношение к детям и к семьям вообще. Это слишком ценно для нас. Это самое ценное, что есть у любого шаенга.

Нургх замолчал, видимо пытаясь совладать с эмоциями. Внезапно он судорожно вздохнул и прошептал:

– Никто не спрашивал меня о том, что случилось. Если честно, я даже не знаю, как ответить. Я и сам не понимаю… День накануне ничем особенным не запомнился. Мы провели его вместе – я, родители и мой брат. Да, наши родители были счастливы, а их связь одарена двумя сыновьями. Кажется, мы были последней крупной семьей в нашем роду. Хотя, возможно, за время моего изгнания появились другие. Моя семья… Мы были очень близки. Отец считался величайшим воином и магом, он сам учил и тренировал нас с братом. Будучи главой рода, он готовил меня как свою будущую смену. – Голос Нургха сорвался, и он надолго замолчал.

– В ту ночь я спал в своей комнате, – продолжил он неожиданно. – Внезапно сквозь сон я почувствовал, что кто-то находится рядом, а потом уловил свист клинка, рассекающего воздух, и ощутил обжигающее прикосновение металла. За миг до того, как мне отсекли бы голову, я успел отклонить чужое оружие и схватил свой сорг. Клинок все же задел мое лицо по касательной. А я, не медля, взмахнул своим…