ШУМИ, ТАЙГА, ШУМИ! - Владимир Чивилихин

Вызывает удивление позиция Государственного арбитража, который призван бороться за укрепление социалистической законности, государственной плановой дисциплины, за усиление материальной ответственности предприятий и личной ответственности их руководителей. Арбитраж, к сожалению, лишь слепо штампует сотни решений о взыскании миллионов рублей штрафов с лесозаготовителей за нарушение правил рубок леса, за истребление природных богатств края.

Почему же, спрашивается, арбитраж не попытался привлечь к ответственности руководителей леспромхозов и других должностных лиц за истребление лесных богатств края? Почему пассивно, беспристрастно наблюдает за фактами бесхозяйственности? Где же здесь государственное отношение к делу?

Такую же странную, безвольную позицию занимают и приморская группа Комиссии советского контроля Совета Министров РСФСР и Приморский совнархоз.

Рациональное, полное использование древесины спасло бы от топора громадные площади, лесов, в частности самых цепных — кедровых. Ведь в наших местах сосны нет, и поэтому с каждым годом приближается финал трагедии приморского кедра.

Лес является общенародным достоянием, нельзя не любить и не ценить его. Лесные богатства нашей Родины должны не только сохраняться и разумно использоваться, но и постоянно накапливаться».

А вот письмо ученого:

«Кедровые леса СССР — это богатейшая по разнообразному народнохозяйственному значению и единственная по материальной ценности на земном шаре лесная целина.

В настоящее время мы очутились в таком положении, когда истощительные рубки в лесах Сибири и Дальнего Востока привели к огромному размножению сибирского шелкопряда и к усилению лесных пожаров. В результате этого миллионы гектаров ценнейших кедрачей перестали существовать, а земля, на которой они росли сотни лет, превратилась в пустыри.

Группа комсомольцев среди океана кедровой тайги отстояла, спасла от гибели небольшой кусочек (71 тысячу гектаров) кедровых лесов для организации рационального комплексного хозяйства. Это будет, видимо, для них небольшой исследовательский «кораблик», на котором эти энтузиасты начнут свою тяжелую, но благородную и важную для Родины работу по превращению дикой кедровой тайги — лесной целины — в культурное, хорошо организованное и оснащенное современной техникой комплексное лесное хозяйство. В этом хозяйстве деревья кедра должны оберегаться и разнообразно эксплуатироваться при их жизни, как это делается в различных областях рационального сельского хозяйства (например, плодоводство, животноводство).

7 апреля 1960 года в МГУ (биолого-почвенный факультет) была созвана небольшая конференция с докладами тт. Хлатина С. А. (Главлесхоз РСФСР), Шипуновой М. В. и Кузнецова Г. В. В своем докладе С. А. Хлатин, руководящий изыскательскими работами по техническому и экономическому обоснованию комплексных кедровых хозяйств, убедительно показал слушателям, что в этих нового типа кедролесхозах основное внимание должно быть сосредоточено на прижизненном использовании кедровых лесов и деревьев кедра. Добывание древесины в них явится только частью хозяйственных действий, и доход от них, по экономическим расчетам экспедиций, не будет основным доходом хозяйства.

С. А. Хлатин сообщил, что если вести лесное хозяйство в кедровых лесах только на древесину, то лесхозы смогут добиться получения чистого дохода с 1 гектара лесной площади кедрачей всего лишь в среднем по 1 рублю 60 копеек. Если же вести комплексное хозяйство, то даже при условии самых высоких расходов на производственные затраты и самых низких средних урожаях ореха чистый доход с 1 гектара лесной площади кедролесхоза может быть поднят до 75 рублей в год. Таким образом, мы вправе рассчитывать, что даже при недостаточно еще интенсивном ведении хозяйства, ограниченном лишь сбором орехов, ягод, грибов, добыванием древесины в порядке рубок, ухода и санитарных рубок и некоторых обычных побочных пользований в кедровых лесах реальной становится перспектива получения из хозяйства создаваемой комсомольцами кедростанции на Алтае ежегодно чистого дохода в сумме свыше 5 миллионов рублей вместо тех 113 тысяч рублей, которые могут быть получены, если бы эти кедровые леса были использованы только на вырубку древесины.

Но даже и этот экономический расчет значительно занижен, если учесть, что мы в состоянии в настоящее время в несколько раз повысить урожайность кедра и сделать урожаи ореха более постоянными и высокими. Ореховодство может быть увязано с развитием звероводства, выращиванием ценных ягодных, технических и лекарственных растений, пчеловодством, длительной подсочкой кедра и др. Все это может обеспечить дальнейший подъем доходности хозяйства в кедровых лесах. А сохранение их как весьма долговечных, сложных живых природных комплексов обеспечит повышение почвенного плодородия, улучшение климата и создание особо здоровых в гигиеническом отношении условий жизни для людей на всей прилегающей территории.

Теоретически лесоводы уже вполне готовы к организации таких кедровых хозяйств, они достаточно экономически и технически рассчитали их в эскизах. Но надо спешить! Промедление здесь грозит очень большими потерями. Лесозаготовители продолжают массовое уничтожение лучших кедровых лесов. Мы должны принять решительные меры к тому, чтобы прекратить беспощадное истребление кедра, защитить эту гордость лесной Сибири от уничтожения вредителями, пожарами и бессистемными вырубками.

Почти во всех случаях кедровая древесина может в настоящее время быть заменена еловой, пихтовой, сосновой, лиственничной или пластмассами. А кедр сибирский — красавец и великан наших отечественных лесов — должен стать для нас хлебным священным деревом, техническим деревом и любимым мемориальным деревом в наших лесах, парках и садах, которое люди будут использовать и которым они будут любоваться многие сотни лет.

Профессор А. С. ЯБЛОКОВ, академик ВАСХНИЛа».

Очень много писем, в которых люди различных специальностей предлагают свои услуги опытной кедровой станции. Здесь и молодые рабочие, которые хотят провести отпуск, помогая кедровой станции, и студенты, и солдаты, готовящиеся к демобилизации. Но не только молодежь хочет помочь энтузиастам. Через газету, например, обращается к комсомольцам А. А. Иванов из Москвы:

«Дорогие мои земляки-сибиряки Сережа Шипунов, Виталий Парфенов и другие!

Я обращаюсь к вам так, еще незнакомым, но уже близким и дорогим, потому что я сам коренной сибиряк из Забайкалья (тоже не обиженного кедром), и мне поэтому понятно все, что влечет ваши горячие сердца к вашей мечте.

Ребята! Я значительно старше вас всех, поэтому и обращаюсь к вам, моим молодым товарищам, так: «ребята». Прежде всего считайте, что я полностью с вами в этом большом деле и сделаю все, что только в моих силах, чтобы помочь родиться специализированному кедросовхозу.

Несколько слов о себе. Только что вернулся в Москву по окончании работ в одной из экспедиций Северо-Восточного геологического управления в Магаданской области, в которой я был заместителем начальника.

Мне по паспорту ни много, ни мало 63 года! По состоянию здоровья дают (и чувствую я себя) лет на пятнадцать моложе, вероятно, потому, что почти всю свою сорокалетнюю трудовую жизнь дышал лесом, провел ее в экспедициях на просторах Туруханского края, Якутии, Красноярского края, родной Бурятии, Тувинской автономной области, Хабаровского края, а также на море, участвуя в экспедиции Института физики Земли АН СССР в работах по Международному геофизическому году.

Физически легко пройду за день по нормальной дороге 30–35 километров, а если надо — и больше (по таежной, конечно, столько не всегда сделаю), просижу в гребях на лодке без передышки немало часов (недаром служил в молодости на флоте), знаком и с лошадью и лыжами (побродил по Енисейской тайге в низовьях, когда работал после демобилизации на пушных факториях Енгосторга в Туруханском крае). Словом, я «не мягкотелый моллюск».

Везде меня считали и считают неплохим организатором. Как я уже говорил вам, я только-только вернулся с работ на Колыме. С января этого года уже решил уйти на пенсию (мне установлена пожизненная, 1 200 рублей в месяц) и, вернувшись в Москву, решил впервые в жизни отдохнуть в кругу своей семьи.

Да вот сейчас «заболел» вместе с вами кедром. Полагаю, что теперь, когда дело будущего комсомольского комплексного кедросовхоза находится в решающей организационной фазе, могу быть полезен в связи с моим практическим организационным и экономическим опытом.

Я вполне обеспечен своей пенсией, значит, могу работать для лучшей организации нового хозяйства без включения меня в какие-либо штаты, что связано с получением дополнительных единиц, с фондом зарплаты, — мне это не нужно. Короче говоря, я со всем практическим и служебным багажом, который накопил на работе за сорок лет, уже считаю себя внештатным сотрудником организуемого хозяйства, готовым выполнить любое задание, поручение комплексного опытного кедрового хозяйства в Москве и в любое время готов выехать на Алтай для практической работы на месте».