Точки над I - Джей Браунелл

Моя жизнь не была только черной или белой, но она также не имела тех серых оттенков, которые постоянно присутствовали в жизни Алек. Все в ней и даже ее имя были в тени сомнения. Была ли она Алек Чейзн? Могла ли она быть Келлен Брент, если штат Калифорния объявил Келлен Брент мертвой? Она могла отрицать все в своей жизни, потому что ничто в ней не было чистой правдой, как и полной ложью.

Единственное, что она не могла отрицать это то, что Джиллиан Янг дала ей жизнь, вне зависимости от того каким было ее имя.

- Она твоя мать, Алек. Ты обязана признать хотя бы это.

- Думаешь это так просто? Да, когда-то давным-давно, в прошлой жизни, я была Келлен Брент. Того, кем мог вырасти тот ребенок, больше не существует. Я не та, кем была бы, не случись той ночи. Я не Келлен Брент. Я ничего не должна Джиллиан Янг. Она получает от меня ровно то, что заслуживает. И, черт побери, слишком поздно ей хотеть от меня большего.

Алек взяла свой стакан и вернулась в дом.

Последнюю свою ночь в доме Алек я провела в спальне на мансарде. Когда я проснулась Алек уже не было. В записке, которую я нашла у кровати она желала мне счастливого пути и предлагала взять в дорогу упаковку из шести банок кока-колы. Похоже, я уезжала. Я оставила ответную записку с благодарностью на кухонном столе.

Я хотела быть как Алек и просто уехать не оглядываясь, но я ничего не могла поделать с собой и смотрела в зеркало заднего вида как исчезает вдали ее дом.

Первое, что произвело на меня впечатление в Джиллиан, было то, как обычно она выглядела. Ее лицо не носило печати произошедшей трагедии, которая разрушила ее личную жизнь. Она не говорит о Келлен и Брайане легко. Она ни разу не упомянула, пока я не оказалась в Обри, что Алек Чейзн ее дочь. С самой их смерти Джиллиан несла свою славу как тяжелый крест. Она являлась, и всегда будет являться, вдовой Брайана Брента, матерью Келлен, единственной выжившей в ту роковую ночь.

Сегодня Виндчейз надежно охраняется, но меня пропустили через ворота легко. Почему я была здесь? Я могла позвонить и сообщить новости Джиллиан по телефону. Мне кажется, какая-то часть меня чувствовала себя обязанной лично сообщить Джиллиан о том, что Алек не приедет. Она уже знала, что Келлен не собирается приезжать.

Джиллиан сидела во внутреннем дворике. На столе были разложены свадебные журналы. Она улыбнулась, когда увидела меня и я увидела то, что всегда было видно, но чего я не замечала. Алек - молодая Джиллиан Янг. Единственная разница между ними в том, что ярко-зеленые глаза Джиллиан никогда не будут такими холодными, как серые глаза Алек. Ветер развевал ее светлые, доходящие до плеч волосы.

- Виктория. Ты уже вернулась?

Казалось, она была рада видеть меня. Мне стало ее жаль.

Неужели она надеялась, что у меня могут быть хорошие новости? Я опустилась в кресло напротив нее.

- Я вернулась вчера вечером.

Мне показалось, что у меня ушло в два раза больше времени на обратную дорогу, чем на дорогу туда. Я проигрывала в памяти все разговоры с Алек и была удивлена представшей передо мной картиной. Женщина, живущая в Обри, казалось, оставила позади трагическое прошлое, чтобы обрести хрупкий покой.

Джиллиан в ожидании смотрела на меня.

- Ну что? Она приедет?

Какой самый лучший и безболезненный способ сообщить ей о том,  что Алек ни за что не приедет на свадьбу? Такого способа не было и я была удивлена, что в ней еще теплилась надежда на то, что Алек согласится. Если кто-то отказывается разговаривать с тобой по телефону, слишком наивно ждать от него чего-то большего.

- Мне жаль, - искренне сказала я.

Мать Алек пожала плечами так, словно это не имело никакого значения, но ее дрожащая улыбка говорила, что это имело огромное значение. Она играла с уголком журнала несколько минут. Мы сидели молча, слушая только шум прибоя. Я решила дать ей столько времени, сколько ей понадобится, чтобы взять себя в руки, а сама стала любоваться великолепной красотой Виндчейза.

- Виктория? Почему Алек не сказала тебе, что она Келлен? Почему она назвалась Алек?

Внезапно я почувствовала себя жутко уставшей от всего этого обмана. Джиллиан спрашивала почему Алек не сказала мне, хотя ей самой не пришло в голову сообщить мне об этом. Мы играли в игры, состоящие из полуправды, недомолвок и лжи. А я была любителем, пытающимся угнаться за профессионалами своего дела. Я сказала Джиллиан правду, чтобы расставить все по своим местам.

- Мы с Алек состояли в отношениях два года назад. Мне уже было известно, что она Алек Чейзн. Она просто не сказала мне, что являлась еще и Келлен.

Джиллиан и глазом не моргнула на мое признание. Она либо знала, либо ей было все равно, что Алек была лесбиянкой.

- Что она сказала, когда ты сообщила ей, что знаешь?

- Она не очень была рада услышать, что ты мне все рассказала. Она хотела продолжить играть в этот спектакль с Алек Чейзн.

- Но почему? - недоуменно спросила она.

Если я не понимала этого раньше, то поняла сейчас. Джиллиан совсем не знала Алек. Они могли быть матерью и дочерью, но ни одна из них не понимала другую. Если бы они протянули друг другу руку, то вместе пережили бы этот кошмар легче.

- Отрицание Келлен Брент большая часть жизни Алек. Она провела большую часть своей жизни уклоняясь от вопросов о своем прошлом. Думаю, что после всех этих лет это уже вошло у нее в привычку, которую трудно оставить.

Джиллиан снова замолчала, обдумывая новость, что, возможно, жизнь Алек была не настолько прекрасной, какой она хотела для нее. Что она думала могло произойти с ребенком, которому приходилось отрицать существование самой себя? Алек редко заводила друзей, а если у нее все же получалось подружиться с кем-нибудь, она тут же возводила стены между ними при первом невинном вопросе. Ей никогда не приходило в голову лгать или придумывать ответы.

- Она очень несчастна? - тихо спросила Джиллиан. Она не хотела знать правду. Она хотела слышать, что Алек была так же счастлива, как и успешна.

Я всегда думала об Алек как об очень несчастливом человеке. Но я больше не была уверена, что это слово подходило под ее описание. Женщина, которую я увидела в Обри, даже когда она позволила мне поверить в то, что она была любовницей Келлен, была совсем не той женщиной, которую я знала и любила в Лос-Анджелесе. В ней было спокойствие, которым я никогда не думала могла обладать Алек. Она была умиротворенной. Может, это даже лучше, чем быть счастливой.

Я встретила обеспокоенный взгляд Джиллиан. Она боялась услышать то, что я скажу.

- Нет, она не очень несчастна. Пожалуй, я даже не видела ее более счастливой.