КГБ шутит... Афоризмы от начальника советской разведки - Леонид Шебаршин

Мы идем строго вперед, не обращая внимания на шарахания дороги.

Занятная форма мании величия — прыщи на больном теле пытаются представлять себя смертельным заболеванием.

Демократия могла бы выжить, если бы не демократы.

Провел день дома, наедине с самим собой. От этого еще больше поглупел.

Каждый политик мечтает о том, чтобы его судила история, и опасается суда современников.

О достижениях советской власти напоминает лишь антисоветчина.

На Васильевском спуске гуляют демократы. Надо переименовать это место в Откос российской демократии.

25 марта 1993 г., референдум. Народу дается шанс проголосовать за собственное вымирание.

Избранный общенародным меньшинством.

«Геноцид» — это когда убивают; «плебисцит» — просто обманывают.

Из плохих работников получаются великолепные ветераны.

От референдума к референдуму. Как пьяный от столба к столбу.

Незнание закона, равно как и его отсутствие, не является смягчающим вину обстоятельством.

Россия получила статус развивающейся страны, а ее жители звание аборигенов.

Обещанных ранее 24 миллиардов показалось мало. В середине апреля 1993 года России пообещали уже 43 млрд. Горбачеву столько никогда не обещали.

Сербов бьют, чтобы раз и навсегда поставить на место Россию.

Народ с президентом — хочет того народ или нет.

Наши лидеры крещеные, но в импортной купели.

Перейти в ислам и выгнать всех свиней? Так мог бы размышлять св.Владимир.

Пушкин: «...живая власть для черни ненавистна», живая чернь для власти ненавистна.

У российского интеллигента совесть есть, но ее так мало, что используется она только в зарубежных поездках.

Плакат над Тверской: «Президент! Кинематографисты с Вами!».

Постулат демократии — людям нравится быть обманутыми.

Загляни в душу русского человека и увидишь там телевизионный экран, показывающий все программы одновременно.

Импортируются товары народного истребления: спирт, табак, видеокассеты, презервативы, автомобили.

Честно подвести итоги своей жизни человек мог бы только после смерти, но и тогда ему захотелось бы выглядеть лучше, чем он был при жизни.

Мышонок с подпольным стажем.

Старость — это безлюдье.

В составе Вооруженных сил России есть Гуманитарная академия. Видимо, там учат убивать без боли.

Недостатки хорошего человека очевидны, а плохой человек их прячет.

Слишком долго жили в атмосфере полуправды. Теперь задыхаемся от чистой лжи.

Цель оправдывают средства. Массовой информации. Могут ли у благородной цели быть такие средства? Каковы средства, такова и цель.

Я сожалею не о прожитом, а о том, что предстоит прожить.

Насмешка — единственное противоядие отраве жизни.

Растет число самоубийц. Ну ладно расстаться с жизнью. Но с демократией, рынком, Ельциным? Нельзя понять этих несчастных...

Шизофренляндия.

Мы напрасно думали, что победили в Великой Отечественной. В истории не бывает окончательных побед.

Денежные купюры стали меньше. Они как бы съежились, стыдясь своего ничтожества.

Надо бы заниматься не столько правами личности, сколько правами организма. Каждый организм дышит отравленным воздухом, пьет нечистую воду и ест вредную пищу.

«Через тернии — к бабам!»

Жизнь коротка и печальна, и поскольку она печаль-на, то хорошо, что она коротка. Бог милостив.

Референдум. Впервые в истории России пытаются голосовать деньги.

У творческой интеллигенции были слава, деньги, свобода, комфорт. И все же чего-то не хватало — задницы, которую можно было бы лизать. Нашли, и теперь совершенно счастливы.

Групповой портрет с задницей.

Новое светлое будущее радостнее, чем старое светлое будущее.

К тому времени, когда будущее становится настоящим, оно несколько изнашивается и даже протухает.

Важно расколоть народ, а баррикады сами появятся.

Ближайшее зарубежье — Тула, Калуга, Рязань...

Телевидение — кривое зеркало, в котором кажутся приятными кривые рожи.

Если и было что-то занятное в книге моей жизни, так это опечатки.

Никто не удивился, когда в книжных магазинах стали продавать водку, ботинки, штаны. Никто не удивится, когда там перестанут продавать книги.

В России все вожди незаменимые. Но они умирают, а страна, как ни странно, живет.

Незаменимые есть, а бессмертных нет.

Мы материалисты. Для нас нет ни бессмертной души, ни бессмертных имен, ни бессмертных идей.

Есть смысл беречь нынешнюю власть. Следующая будет еще хуже.

Худшее — враг плохого.

Россия загадочна. Здесь выигрывает тот, кто проиграл.

Амбиции проходят, зависть остается.

Мы неблагодарные люди. Нам мало, что власть нас не расстреливает и не ссылает. Мы требуем, чтобы она нас кормила и оберегала. За что? Что мы для нее сделали?

Скоро услышим: «диктатура совести».

Человек может быть дураком только в рамках своих умственных возможностей.

Переход от картошки к лососине чудесно меняет цвет лица.

Пенсионер— визитер из прошлого, сумма старых грехов, заблуждений и ошибок. Возраст крепких напитков и слабых утешений.

Меняются времена и люди. Неизменными остаются лишь иллюзии.

Любое бессмысленное занятие может стать смыслом жизни.

Не реформы, но реформаторы вызывают у народа отвращение.

Журналистка с неярко выраженным лицом и отчетливой фигурой.

Психология сдавшейся крепости.

Для того, чтобы новые лидеры показались приличными, требовался совершенно отвратительный фон.

Русское чудо — экономику — уничтожили, а народ все еще живет.

Конституция призвана увенчать величественные развалины Российской державы.

Всесильны на десять процентов и всеведущи на один.

Сбылась вековая мечта о неразменном рубле. Он стал как атом неделим. А жизнь по-прежнему копейка.

Наша жизнь — попытки предвидеть непредвиденное, предсказать непредсказуемое, дождаться неожиданного.

Новые люди совершают старые ошибки. Новые же времена требуют новых ошибок.

Новая пропаганда ничем не отличается от старой. Берут лозунг или слово и повторяют его до тошноты.

Верим в Конституцию, но предпочитаем получать наличными.

Если нет мыслей, значит, они не нужны. Этим мысли отличаются от денег.

Очень немногие деятели нынешней демократии могли бы выглядеть достойно на кресте.

Можно было бы к старости посмеяться над жизнью» Но уж больно жалко выглядят искусственные зубы.

Когда человек погружается в себя, звон в ушах заглушает уличный шум.