Новый русский и американка - Лилия Беляева

Пахнут ли негры и как в момент совокупления? Этот вопрос, я знаю, очень волнует цивилизованную часть женского общества. И я предполагаю, что многие из дам заранее поморщились, представив, как я там с этим цветным... А кое-кто готов при удобном случае и подстрелить меня... Разумеется, в самых добропорядочных целях - чтоб другим неповадно было трахаться с "ниггерами".

О, да! Мой первый негр-великан пах! И ещё как! Словно разгоряченный долгой ездой под палящим калифорнийским солнцем джип "Чарокки". Я бы сказала даже так: его кожа излучала изумительный, неповторимый аромат могучего железно-стального мужчины, который знает себе цену. От него пахло тропиками, саванной, пастью леопарда и Бермудским треугольником.

А как он умел целовать все мои, ну абсолютно все ямочки, дырочки, выпуклости, вогнутости! А потом хватал меня за загривок, как голодный лев, и кидал под себя и словно бы насиловал вопреки моей воле. А потом так кротко лизал мое бедро, почему-то только левое, то есть на левой ноге, а следом за ним - вот ведь как мило! - это же бедро принимался лизать его белый пуделек с алым бантиком на пушистой макушке. И почему-то именно этот бантик меня опять возбуждал, и я вся вспыхивала, как горсть тончайшей бумаги, и жаждала, жаждала... И было несказанно прекрасно ощущать дивный, густой, как мед, пот моего шоколадного партнера. Я с удовольствием вымазалась этим потом, а чтобы ещё острее ощутить оргазм и почувствовать всю несказанную, захватывающую прелесть момента - засунула свою белокурую голову под мышку партнеру, в самое пекло, можно сказать, в эту влажно-душистую, изумительно сексапильную пещеру, и едва не задохнулась там, но момент был все равно изумительный... А когда выбралась наружу, когда взглянула на ямку между ключицами моего "ниггера" и увидела, что она полна до краев как бы янтарной влаги, - восторгу моему не было предела. Я тотчас, вздрогнув от нового, абсолютно свежего желания трахнуться, повозилась носом в этой чудесной чаше, полной крепчайшего аромата нехоженых, густых джунглей, где все стерегут и едят друг друга, даже цветы умудряются высасывать кровь, и задохнулась от восторга, и закричала:

- Еще! Еще! Еще!

И этот воинственно-кроткий крик женщин всех времен и народов почему-то рассмешил моего могучего баскетболиста, он пожал мощными плечами и сказал покладисто:

- Чего кричать! Сделаем вброс.

Ах, да, почему-то в этот раз не говорю о том, какое впечатление произвел на меня "инструмент" моего первого цветного и на что он был похож из фруктово-овощного репертуара. А вам ведь, читатель, сознайтесь, это очень и очень хочется узнать?

Ну так вот - ни на один известный мне плод или овощ его фаллос не походил. Правда, немножко от сильно заматеревшего кабачка что-то было у него... Но как-то неприятно в данном конкретном случае сравнивать "это" с кабачком... Я не осмеливаюсь... Убогое сравнение... Вот! Это был могучий пылающий факел поразительной длины! Он свешивался почти до пола и производил ошеломляющее, грандиозное впечатление!

Мой "ниггер" только расхохотался, заметив мое изумление:

- О! У меня это всегда так, когда не играю в баскет! Вот завтра уже приступлю к тренировкам, и тренер запретит мне трахаться с девочками.

Как только он это произнес, я, сознаюсь, даже всплакнула и спросила его не без душевного надрыва:

- Ну неужели, неужели мы только сегодня и всё?

- Ничего не поделать, - улыбнулся он своими безмятежными белоснежными, ужасно сексапильными зубами. - Спортивная дисциплина требует, чтобы я взял себя в руки. Иначе меня выгонят из клуба, останусь без баксов...

А я все ещё не верила, что эти часы наши с ним в одной постели вместе с белым пудельком и его алым бантиком - последние.

- Но может быть...

- Нет! - отрезал и встал, сбросив с себя и меня, и собачонку и расплескав безжалостно вокруг ту чудную, ароматную жидкость, что набралась у него в ямке между ключицами.

И мы расстались. А так как я тогда была более сентиментальна, чем сейчас, - взяла на память, предварительно скомкав, ту простыню, на которой мы делали этот свой большой, большой секс... Конечно, если бы был выбор, я бы оставила простыню в покое, а отрезала бы от этого невероятно какого волевого баскетболиста это самое его невообразимое, заносчивое, знойное мужское достоинство...

С тех пор, признаюсь, возненавидела не только баскетбол, но и всякое упоминание о спорте, потому что окончательно поняла, что этот проклятый спорт крадет у нас, женщин, лучших, наиболее полноценных мужчин, черт бы его побрал!

Что я делала с той простыней, пропахшей могучим шоколадным баскетболистом? Я расстилала её на своей постели в те моменты, когда хотелось поностальгировать, а заодно и помастурбировать. Клянусь, изысканнейшее удовольствие, если вынужденное одиночество начинает несколько угнетать...

...Второй мой цветной был почти мальчишкой, но с таким гибким телом и такими горячими смышлеными глазами и... фаллосом. Он прямо на улице, на потеху своей компании классно танцевал брейк, вытворяя со своими ногами что-то просто невероятное. Это происходило как раз перед светофором в момент дикой пробки - впереди, говорили, врезались друг в друга сразу десять машин.

Солнце палило. Черный паренек так и сверкал, словно полированный. Я отпивала из пакета минералку и смотрела, смотрела, пока вдруг не обратила внимания на то, что вся моя машина дрожит как в лихорадке и даже ключи зажигания, вставленные в щель, трясутся и звякают...

На несколько мгновений эти ключи отвлекли мое внимание от танцующего, извивающегося, крутящегося волчком цветного мальчика. Почему-то какая-то жаркая, даже душная волна стала накатывать на меня при взгляде на эти ключи в щели... И я вдруг, к некоторому своему искреннему изумлению, обнаружила какую-то таинственную, жгучую, неистребимую по сути связь этих ключей, щели и моего самого заветного, самого укромного местечка, где, оказывается, всё разгорался, разгорался уголек. И это от уголька, от его призывно-зазывного огня и жара так трясло, оказывается, и меня, и машину, и ключи зажигания, вставленные в эту, как я вдруг поняла, ужасно, потрясающе сексапильную щель.

И что же мне оставалось делать? Как поступить? Правильно, мне не оставалось ничего другого, как действовать решительно и быстро. Я тотчас опустила боковое стекло и крикнула громко, требовательно, с трудом зажимая бедрами уже разбушевавшееся пламя в дырочке моего личного, неугомонного чисто по-женски, кратера:

- Эй! Парень! Иди сюда! Скорее!

Он услыхал и только взглянул на меня - сразу все понял, что меня, признаться, приятно удивило, все-таки он был не слишком-то взрослый, ну от силы лет восемнадцати, и сейчас же махнул друзьям, и немного вихляющейся, как у многих танцоров, и безумно сексапильной походкой направился к моей машине.

А дальше все произошло тихо, без слов, но так классно! Он сел в мою машину и первое, что сделал, - намотал на свой шоколадный палец мой белокурый локон, и дикий оргазм в ту же секунду так всколыхнул мое отзывчивое тело, что затряслось не только сиденье подо мной, не только зазвякали ключи зажигания, но сам собой, каким-то непостижимым образом завелся мотор...

А уж когда мы очутились в тихом зеленом уголке нашей фамильной виллы, - тут такое началось, такое... Во-первых, это молодое, очаровательно бешеное животное всю меня обкусало. А я лежала перед ним на клумбе из роз, испытывая дополнительное, неимоверное ощущение своей избранности от того, что колючки впивались в мое нежное, жаждущее тело, и трепетала, трепетала, как... как праздничный флаг на ветру...

Не могу не посетовать на одно неудобство - презерватив мне пришлось натягивать самой этому просто дрожавшему в экстазе малышу. Он едва-едва не кинулся на меня без этого столь необходимого обмундирования. Но я погрозила ему пальчиком, а его членику сказала наставительно с высоты собственного жизненного опыта:

- Не спеши заражаться! В наше время вполне можно подхватить сифилис или, что особенно страшно, СПИД. Вот я, например...

Он, глупенький, так и дернулся:

- У вас... у вас СПИД?

Черные глаза его сделались круглыми, как у совенка. Его изготовившийся было к атаке членик распустился и свял резиновым шариком, наколовшимся на острие.

- Да нет же, очаровательный мой звереныш, - сказала я. - Просто считаю своим долгом немножко повоспитывать тебя... И будь мне благодарен за пусть маленькую, но бесплатную лекцию.

Он припал с поцелуем к моей открытой груди, и его мужское достоинство встало в строй в ту же секунду.

На что это было похоже? Скорее всего на слегка пупырчатый огурчик, но со своеобразным запахом недоспелого манго, и отчасти изнанкой уха годовалого щенка породы буль-терьер. Да, да, могу подтвердить ещё раз - у каждого моего секс-партнера наблюдался своеобразный запах, отчего так и хотелось коллекционировать, коллекционировать...

С молоденьким специалистом по брейку мы закончили сеанс очень и очень славно. Мне почему-то ужасно захотелось, чтобы он станцевал свой брейк у меня на животе, пока я возлежу на кустах алых и белых роз. И он это мое желание выполнил. И пока он танцевал на моем животе и отчасти лобке, я вот ведь нежданная радость! - девять раз испытала оргазм! Даже с половиной. Это ли не восторг! И стоило ли после этого переживать оттого, что спина и ягодицы у меня оказались достаточно исколоты шипами! После всего я насыпала марганцовки и окунулась в эту целительную воду, продезинфицировав таким образом все свое тело, и с тихой, благодарной нежностью вспоминая великолепный танец исключительно неутомимого и потрясающе виртуозного малыша на моем животе и как бился, вился, и метался надо мной его очаровательный, свежий, как цветок лотоса, членик... а у меня - оргазм за оргазмом, оргазм за оргазмом...