Посланники магии - Джулия Смит

— Около недели? Я думала, встреча состоится сегодня.

— Ах да! Я ведь еще не объяснял тебе. Итак, Атайя, ты должна усвоить еще один урок. И быстро.

Хедрик засунул руку в карман и извлек оттуда плоский полированный камень с переплетавшимися друг с другом, образовывавшими причудливый узор прожилками золотистого и коричневого цветов. С одной стороны этот камушек напоминал обыкновенный агат, с другой же Атайя заметила нечто странное — мелкие знаки, напоминавшие те, что были, выведены на стенах пещер в ее мозгу.

— Что это? — спросила она, крутя в руках таинственный камень.

Хедрик загадочно улыбнулся.

— Твой пригласительный билет.

Оставив Джейрена, который, по всей вероятности, знал, как обращаться с подобными вещами, Хедрик провел Атайю в центр кабинета, достал из кармана еще один камень и медленно провел пальцами по знакам, затем широко развел руки, словно раскрывая объятия навстречу ветру.

В считанные секунды из его ладоней стали появляться струйки тумана, такие же, как при создании визуальной сферы. Но вместо привычного шара туманное облако приняло какую-то продолговатую форму — форму прямоугольного дверного проема, в который с легкостью бы прошел Хедрик с разведенными в стороны руками. Прямо на глазах появившаяся туманная фигура затвердела, превращаясь в нечто похожее на оконное стекло, покрытое зимним морозным узором, через которое можно увидеть лишь белый снег и туман.

Хедрик повернулся к Атайе и поднял вверх камень.

— Это ключ, — пояснил он. — При помощи него человек может обеспечить себе доступ в палату Совета, тщательно закрытую защитным покровом. Этот прямоугольник — мы называем его панелью — напоминает по структуре визуальную сферу. Между ними, естественно, существует ряд технических различий, но основной принцип их создания один и тот же.

Хедрик стукнул по прямоугольнику подушечками пальцев, и послышался хрустальный звон.

— Если каждому приходится пользоваться такой панелью, то зачем тогда вообще нужна палата?

— Те члены Совета, которые имеют возможность лично явиться на собрание, просто приходят туда. Когда пользуешься панелью, быстро устаешь. Иногда заседания затягиваются, и это вообще сильно утомляет. Но сейчас зима. Подозреваю, что лишь Бэзил и Тоня будут в состоянии прийти на собрание. Бэзил живет в самом Теносе, а Тоня — из Уларда, который находится всего несколькими милями севернее. Она — друг семейства Джейрена, кстати сказать, — добавил Хедрик и подмигнул своему ассистенту. — Но довольно болтать. У нас в распоряжении всего несколько минут. Я должен удостовериться, что подготовил ключ правильно. И что ты сможешь активизировать его.

Атайя повторила все то, что пять минут назад проделал Хедрик: дотронулась до камня, чтобы заложенное в нем заклинание вступило в действие, затем развела руки, ограничивая таким образом необходимые рамки. Отдых и еда помогли восстановить потерянные во время транслокации силы, поэтому ей не составило большого труда добиться нужного результата. Через несколько минут перед Атайей уже стояла прямоугольная панель, похожая на разрисованное морозом стекло, такая же, как у Хедрика, отличаясь лишь размером.

Хедрик удовлетворенно кивнул, отошел к стене и уселся на свой любимый стул, всегда напоминавший Атайе старое крючковатое дерево.

— Ты можешь пока оставить свою панель. Когда председатель вызовет нас, мы установим визуальную связь с палатой.

Атайя вопросительно взглянула на Джейрена, который с того момента, как вошел в кабинет, не проронил ни единого слова, а так и стоял задумчиво у двери.

Наверное, все еще обдумывает разговор с отцом, — решила Атайя. — Но почему он не создает панель?

Словно прочитав ее мысли, Хедрик пояснил:

— У меня, кроме моего собственного, есть всего один ключ. Вам двоим придется воспользоваться твоей панелью, Атайя.

В этот момент свет в кабинете померк, прямоугольные стекла заметно потускнели. Атайя бросила на Хедрика взволнованный взгляд, но он успокаивающе кивнул ей и спокойно встал со стула, похрустывая старыми костями.

— Ничего страшного не случилось, моя дорогая. Просто они готовы принять нас, вот и все.

Атайя ближе подошла к своей панели, а Джейрен встал у нее за спиной.

Внезапно затуманенные поверхности обоих прямоугольников осветились ярким белым сиянием, напоминая вспышку молнии на ночном небосклоне.

Атайя вздрогнула и попятилась назад, но Джейрен остановил ее, крепко обняв за плечи.

— Да, да, мы идем, — проворчал Хедрик и приблизился к своей панели. — Они открыли доступ со своей стороны, Атайя. Дотронься ключом до прямоугольника, чтобы разблокироваться.

Последовав указанию Хедрика, Атайя коснулась затуманенного стекла той стороной камня, где были выведены знаки.

Послышался негромкий щелчок, и окутывавшая поверхность панели дымка растворилась. Атайя увидела перед собой изображение палаты с множеством стен. Простая красота помещения так ее очаровала, что на какое-то время она вовсе позабыла о том, насколько серьезное мероприятие ей предстоит пережить. Зал окружали стройные гладкие колонны из песчаного камня. Крыша в виде купола поражала изяществом очертаний. Возле каждой колонны стоял необычной формы медный подсвечник. Единственным замысловатым элементом в палате являлся полированный пол из мрамора, в центре которого красовался инкрустированный крест. В тех местах, где перекрещивающиеся полосы заканчивались, было изображено по три сцепленных между собой кольца. Именно такой знак висел над дверью, ведущей в кабинет Хедрика.

Атайя недолго наслаждалась спокойными красотами зала, заметив вскоре панели остальных членов собрания между колоннами. Смутившись, она принялась рассматривать великих колдунов, о которых так много слышала, медленно поворачивая голову слева направо.

Все они выглядели весьма необычно: темнокожий гигант в желтом тюрбане, длинноволосая женщина с лицом оливкового цвета и соблазнительным взором, джентльмен с проницательным взглядом, попивавший что-то из фляги, и бледная седовласая дама, похожая на сосульку, обряженная в экзотические меха.

Мастера безмолвно глядели на Атайю, их лица ничего не выражали.

Тут она заметила фигуры еще двоих человек. Они сидели в центре круга и о чем-то переговаривались приглушенными голосами. Первой была женщина средних лет со спутанными волосами. Ее несвежее лицо, казалось, кто-то неумело вылепил из глины. Простого покроя платье, измятое в нескольких местах, свободно свисало с бесформенных плеч. Создавалось впечатление, что она просто не успела переодеться. Одежда мужчины, сидевшего рядом — синяя мантия с серебристым воротником, отороченная мехом куницы, — напротив, отличалась невероятной опрятностью и элегантностью. Его руки и лицо казались вырезанными из мрамора, волосы, хотя их у него осталось немного, были идеально уложены. Не нарушая царившую в палате тишину, он плотно сжал губы, повернулся к Атайе и окинул ее оценивающим взглядом.