Больше чем страсть - Сюзанна Эрвин

это было ничто по сравнению с продажей парка развлечений стоимостью миллиарды долларов.

Семья. Анна крепко зажмурила глаза, а затем открыла их, чтобы оглядеть комнату. Никто не обращал на нее внимания, как обычно, когда она общалась с руководителями компании «Лохлинн». Никто не поймал ее взгляда. И больше никто не сел за стол переговоров, люди продолжили беседовать. Она слышала непонятные ей фразы, такие как «выпуск четырех квадрантов» и «программа лояльности с добавленной стоимостью».

Осознание того, что Анне не место в сегодняшней дискуссии, не могло быть более ясным. Она достала телефон и увидела, что ей пришло несколько сообщений от Марицы. Анна не позвонила утром, как обычно, чтобы пожелать Пепе доброго утра перед детским садом. Поднявшись из-за стола, она нашла угол, в котором, к счастью, не толпились люди, говорящие непонятными словами на родном ей языке, и позвонила двоюродной сестре.

— Ты жива! — воскликнула Марица.

— Пепа расстроена?

— Нет. Она в порядке. Она с нетерпением ждала возможности пойти в сад, чтобы продемонстрировать друзьям свои подарки, полученные на Хеллоуин.

— Мне жаль, что я пропустила звонок.

— Да, это не похоже на тебя. Итак, я надеюсь, что причина действительно веская.

— Э-э… — Анна надеялась, что ее румянец сойдет к тому времени, когда ей придется вернуться за стол переговоров.

— Расскажи мне все!

— Я сделаю это, но не сейчас. Я в конференцзале. Но люди из «ББА» еще не появились.

Она скользнула взглядом по конференц-залу. Вчерашние собрания проходили на нижнем этаже, в помещении без окон. Здесь все было не так. И снова она смотрела на «Чудесные озера», хотя этот вид не предназначался для гостей. Анна могла видеть подъездную дорогу, огибающую заднюю часть парка, и дворы зданий. Однако маяк все еще гордо возвышался на заднем плане, привлекая ее внимание.

«Как и полагается хорошей сосиске», — подумала она и улыбнулась своим воспоминаниям.

Анна заметила три фотографии в рамках, висевшие на стене.

Она подошла к ближайшему снимку в рамке, чтобы рассмотреть его повнимательнее. На черно-белой фотографии был изображен недостроенный Восхитительный маяк на грязном поле с краном вдалеке. Перед строительной площадкой стоял сияющий Арчибальд Лохлинн, основатель одноименной компании, с ребенком на руках. Ребенком, как она могла предположить, был его единственный сын, Кит.

Кит. Ее биологический дедушка.

— Анна? Ты еще здесь?

Анна вернулась мыслями к телефонному звонку.

— Да, я здесь.

— Ты снова куда-то пропала!

— Я знаю. Я просто… странно находиться здесь, понимаешь?

— Это стало странным с тех пор, как появился тот адвокат. — Марица замолчала на секунду, а потом продолжила: — Ты на меня злишься?

— Почему я должна злиться на тебя?

— За то, что я попросила тебя отправить свою ДНК в эту компанию. Я думала, это будет забавно. Я понятия не имела…

— Ты понятия не имела? — Анна рассмеялась. Она сама удивилась тому, как зло прозвучал ее смех. — Ты понятия не имела? Это преуменьшение.

Родители скрывали от нее правду о ее зачатии. Ее биологическим отцом не был Гленн Стратфорд. Она не унаследовала от него ни свои светлые вьющиеся волосы, ни склонность к веснушкам. Оказывается, ее родители воспользовались услугами анонимного донора спермы, чтобы зачать ее.

А донором оказался Джейми Лохлинн, ныне покойный сын Кита, который продал свою сперму ведущей клинике по лечению бесплодия, чтобы оплатить обучение в колледже. Джейми не хотел прикасаться к деньгам своей семьи.

— Но все в порядке, — поспешила Анна успокоить Марицу. — Посмотри, где я. Полностью оплаченная поездка в Калифорнию.

— Да, это часть проблемы. Ты сбежала, не поговорив с родителями. И ты до сих пор с ними не разговариваешь. — Тон Марицы смягчился. — Они скучают по тебе. Пожалуйста, позвони им.

Анна вздохнула.

— Позвоню. Я просто… Не сейчас. Позволь мне сначала пережить сегодняшнюю церемонию подписания.

Адвокат, чье имя она никогда не забудет, Бингхем Локвуд, не только рассказал ей правду о ее происхождении, но и предложил ей уникальную возможность: оформить продажу «Чудесных озер» для группы компаний «ББА». Если она завершит сделку к концу года, она получит право быть упомянутой в завещании Кита Лохлинна.

Завещание ее дедушки.

Дедушка, о существовании которого она не знала.

Она так и не получила удовлетворительного ответа на вопрос, почему Кит настаивал на таком сложном процессе продажи. Для нее это было просто. Либо он признает, что она была зачата от спермы Джейми, либо нет. Возможно, он думал, что Анне передалось что-то еще, помимо двадцати трех хромосом. Что-то неуловимое, что делало ее Лохлинн.

— Хорошо, — сказала Марица. — Ни пуха ни пера, или что там говорят на деловых встречах. Я на месте, если я тебе понадоблюсь.

— Спасибо, хотя я должна быть рядом с тобой и Пепой.

— Эй, ты заработаешь себе место в завещании Кита Лохлинна, как и должно быть, — пошутила Марица. Потом ее голос стал серьезным. — Но я знаю, что ты приняла вызов адвоката не по этой причине. Просто… Мы все любим тебя, ты знаешь. Что касается Лохлинна, это не имеет значения. Не для нас. Ты все еще наша Анна.

— Я знаю. — В носу у Анны защипало, и она сморгнула слезы, прежде чем они успели образоваться. — Но для меня это важно.

Она попрощалась с Марицей, ее взгляд вернулся к фотографии Арчибальда и малыша Кита, прежде чем перейти к другим снимкам.

Анна заметила снимок уже построенного маяка, который парил высоко в безоблачном голубом небе. На переднем плане фотографии стоял уже постаревший Арчибальд Лохлинн, его спина сгорбилась, но взгляд был ясным. Рядом с ним она узнала Кита, чуть больше сорока лет. И Кит держал на руках…

Малыша Джейми. Который улыбался в камеру, как будто знал, что когда-нибудь все это королевство станет его.

Прежде чем Анна осознала, что делает, ее правая