Всегда лишь ты (СИ) - Джолос Анна

Киваю. Угадал естественно.

– Как предсказуемо. Смотрел твои крайние поединки и прошерстил таблицу, – перестаёт смеяться. – Горжусь тобой, дружище, ты молоток! Скоро скинешь нокаутом могучую кучку и заберёшься на самый верх.

– До этого ещё далеко, – с досадой отзываюсь я. – Угадай, где я, кстати…

Показываю ему веранду «Сплэш», выполненную из дерева. Брукс прищуривается, а потом выдаёт очередной поток непечатных слов.

– Серьёзно? – подносит телефон ближе к лицу, дабы убедиться, что это – не обман зрения. – Неожиданно… А говорил, что в Блу Бэй ни ногой…

– Приехал навестить Хью и поздравить мать с днём рождения, – пожимаю плечом.

– Ништяк, – одобрительно кивает он. – Верное решение. Уже видел кого-нибудь из наших?

– Нет. Я только что вылез из душного автобуса. Думал скончаюсь, пока доеду. Духота и интересные пассажиры прямо-таки сделали мой день, – криво усмехаюсь я.

– Могу себе представить.

– Это вряд ли! Голозадый малец, топчущийся на моих коленях. Сектантка, мечтающая отправить меня в рай и мексиканское трио, исполняющее мои любимые песни. И это лишь часть картинки, чтоб ты понимал.

Брукс взрывается неконтролируемым приступом хохота.

– Ну а как прошла поездка в Джексонвилль? – всё же задаёт вопрос, отвечать на который не особо хотелось.

– А что поездка… Всё нормально.

Смотрим друг на друга и некоторое время молчим.

– Не виделся с Ней значит? – продолжает своё расследование Рид.

– С кем с ней?

Делаю вид, что не понимаю, о чём он говорит. Иногда лучше скосить под дурака. Может, прокатит.

– С Онил, с кем же ещё, – пьёт воду из бутылки, внимательно отслеживая мою реакцию.

– Спятил? Зачем мне с ней видеться? – тянусь к чашке, глотаю кофе и начинаю кашлять.

– А если не пиз**ть?

Сука, как насквозь видит.

– Брукс, я провёл в Джексонвилле всего одну ночь. Не думаешь ли ты, что я потратил её на девчонку, с которой мы уже год как не в отношениях.

– Ну мало ли… Не злись, я просто поинтересовался, зная, что Флорида – это твоё слабое место.

– Нет у меня никакого слабого места, закрыли тему, – раздражаюсь я.

– Да не кипятись ты, нет так нет, – успокаивает меня он, всем своим видом показывая, что так не считает. – Передавай привет придуркам Осмо и всем остальным, если вдруг с кем-то пересечёшься. Пойду я. Меня там, наверное, уже с собаками ищут.

– Брукс, – глядя на него внезапно ощущаю острую, давящую тоску, сжимающую невидимыми пальцами глотку.

Не хватает его рядом. Слишком я привык к нему за тот год.

 – Рад был увидеть и услышать тебя, брат. Не пропадай.

Рид кивает и нарочно показывает мне обрыв за своей спиной.

– Бездушная скотина.

– Пока, любитель тако.

– До связи…

Рид  отключается, а я ещё какое-то время с улыбкой смотрю на потухший экран.

Убираю телефон в сумку, оставляю на столе деньги и встаю. Направляюсь в сторону дороги и спустя несколько минут сажусь в местное такси. Болтливый дядька по пути рассказывает про нового мэра. (Которым, к слову, стала мать Рида). И я молчу ровно до тех пор, пока он не начинает толкать речи, преисполненные нездорового сексизма. Довольно грубо прерываю его разглагольствования, оплачиваю поездку и выбираюсь из авто, притормозившего у цветочного магазина.

Там я покупаю розы для матери. Продавщица очень радуется тому, что требуется собрать большой букет. Пока оформляет, не замолкает ни на секунду. Рассуждает сама с собой на тему того, что молодёжь стала редко покупать цветы. Я слушаю её в полуха. Не терпится побыстрее оказаться дома и рухнуть на кровать.

Хоуп Стрит – вот настоящее испытание. Не видел родную улицу больше года и сейчас испытываю самые противоречивые чувства. С одной стороны, я рад вернуться сюда. А с другой… сразу начинаю ковыряться в прошлом. Так меня и не отпустившем.

Стоя на пороге и ожидая, пока именинница в лице моей матери соизволит открыть мне дверь, я невольно засматриваюсь на дом соседей, что находится через дорогу.

Дом семьи Онил. Её дом.

Сколько раз я забирался в него через окно второго этажа – не сосчитать. Зачем? Да просто не было иной возможности провести время со своей девчонкой. Так-то нам запрещали встречаться. К тому же, её слишком часто наказывали и сажали под домашний арест. Но на меня эти загоны её мамаши никогда не действовали. Я всё равно оказывался рядом с Роуз всякий раз, когда мне это нужно было.

Придурок. Устраивал ей свидания на крыше и просто любовался ею спящей ночь напролёт… Лежал в её постели и сходил с ума от близости её тела. Мечтая, что однажды буду засыпать с ней вот так каждую ночь. Или активно мешать, занимаясь куда более интересными вещами…

Да… удивительна наша жизнь. Когда-то я был уверен в том, что глупое слово «навсегда» – это про нас. Но я ошибся, ведь как оказалось, моей любви для её счастья было недостаточно.

– Картер, сынок! Поверить не могу, что ты приехал! – мать виснет на моей шее и заливает футболку слезами. – Идём скорее в дом. Джулианна! Джулианна, смотри, кто приехал!

– Мам, цветы, – протягиваю ей букет и хмурясь, терплю, пока они с сестрой на пару нацеловывают меня в обе щеки…

Родные стены встречают тепло. Всё же зря я столько времени не появлялся здесь...

Глава 8

В онкодиспансере, как всегда, многолюдно. Молод ты или стар неважно. Эта болезнь, увы, никого не щадит. Протягивает свои костлявые, уродливые пальцы даже к младенцам.

Уж им-то все эти муки за что?

Поднимаюсь на третий этаж. Туда, где находится детское отделение.

– Кааартер, привет-привет! – Айрис радостно бросается мне на шею, заключает в тесные объятия и звонко целует в щёку. – Я так рада! Так рада тебя видеть!

– Привет. Взаимно.

– Отлично выглядишь, – говорит она, задерживая на мне долгий, внимательный взгляд. – Дела идут хорошо?

– Неплохо вроде…

– Это радует, – на её лице появляется искренняя, добродушная улыбка.

– Как он себя чувствует? – отстраняюсь от девчонки и киваю в сторону палаты.

– Да как, – моментально скисает рыжеволосая. – Плохо. Совсем стал апатичен ко всему. С нами почти не разговаривает. Уходит в себя… и ничего не поделать.

– А здоровье? Что говорят врачи?

Всегда страшно задавать этот вопрос. Точнее, куда более тревожно услышать на него ответ. Настоящий  момент не является исключением, ведь несмотря на то, что мы верим в лучшее, к худшему тоже должны быть готовы.

– Полная диагностика назначена на завтра, – информирует меня Айрис.

– Ясно…

– Картер, большое спасибо за деньги, не стоило правда… – её щёки покрываются румянцем.

– Айрис, не начинай опять, ладно? – ворчу хмуро. – Тебе бы отдохнуть…

– Что? Всё так плохо? Но да, пожалуй, я поеду домой, раз уж ты здесь. Может хоть немного посплю перед сменой. Что там на этот раз? – пытается заглянуть в бумажный пакет. – Ты как Санта-Клаус. Появляешься редко, но всегда с подарками.

– Не спит? – интересуюсь, замирая у двери.

– Нет.

– Отлично. Увидимся, – прощаюсь с девушкой и, коротко постучав, вхожу в палату.

Мальчишка лежит на спине. Смотрит в окно отстранённым  взглядом, а пальцы при этом собирают кубик рубика.

Погода сегодня под стать его настроению. Хмурое небо всё сильнее затягивает свинцовыми тучами, и, сдаётся мне, что уже скоро конкретно ливанёт.

– Салют, скучающим! – бодро подаю голос я.

Хью резко поворачивает голову и от удивления приоткрывает рот. Однако промелькнувшая в его глазах радость тут же сменяется явственно горящей обидой.

– Даже не поздороваешься со мной? – подхожу к изголовью кровати.

– Чего ты вдруг пришёл? – злобно выдаёт мальчуган.

– Так не виделись давно, – протягиваю ему руку, и он, лишь спустя несколько секунд, нехотя пожимает её.

Такой маленький… и такой взрослый одновременно.

– Ну ты прямо один-в-один я в детстве, мистер Плохое Настроение, – не могу удержаться от комментария.