Кузнечик сын кузнеца (рассказы) - Юрий Хвалев

Они стояли как раз напротив отеля «Марриотт».

- Ну же смелее… - напутствовал он.

- Только ты идешь первым… - резонно заметила она.

В дорогих отелях всегда царит особая атмосфера. Даже воздух здесь пропитан искрящимся блеском.

- Пожалуйста, пройдите сюда, - подсказал швейцар.

Он толкнул дверь тридцать третьего номера и вошёл, как к себе домой. Она полностью полагалась на него, поэтому от её нерешительности не осталось и следа. Номер «люкс», в которой они вошли, говорил сам за себя. Она прикрыла дверь и подошла к нему.

- Поцелуй меня, - попросила она.

Губы хранили вкус детства. Возможно, поэтому поцелуй получился сладким.

В дверь кто-то постучал.

- Войдите, - разрешил он.

Пропуская вперёд собаку, вошёл полицейский в форме капитана.

- Простите меня служба, - сказал капитан. – Я быстро…

- Сколько мне светит? – спросил он.

- Вы молодец, что позвонили. Ваша девушка может вами гордиться. Только благодаря вам мы смогли обезвредить бомбу, которую террористы заложили в театре.

- Это мой будущий муж, - сказала она.

- Вот держите, - сказал капитан и протянул ему конверт. – Здесь ваша премия. Купите будущей жене… Хотел сказать шубу, но шуба уже есть. Тогда купите ей ещё что-нибудь ценное. Желаю вам счастья.

- Спасибо товарищ капитан.

- Спасибо…

ВЫШИБАЛА

Чаще всего побеждает тот, кого не принимали всерьёз.

начало

В примыкающий к конторе предбанник, не дожидаясь приглашения секретарши, которая к концу дня врубала девиз «ни жарко ни холодно» от всех присутствующих здесь, включая и босса, вошёл молодой мужчина. Ничего выдающегося в нём не было. Роста среднего, лицо обычное, фигура так себе – женщины на таких самцов всегда смотрят свысока. Вот и секретарша одарила посетителя пудовым взглядом, пока тот располагался в единственном гостевом кресле.

- Извините, я не представился, - сказал посетитель. – Меня зовут Кристофер Норманов. Я буду у вас работать.

«Надо же, Кристофер! Метр с кепкой, куда ты лезешь? - секретарша улыбнулась, почти незаметно краешком губ. - Такая самоуверенность. Буду у вас работать. Кем? Вышибалой? Ой, держите меня, я сейчас лопну от смеха».

Догадавшись, что причина надменного настроения секретарши в нём, Кристофер на одну чашу воображаемых весов положил всё со знаком плюс: её высокий рост, каштановые волосы и белозубую улыбку, на другую – всё со знаком минус: её упитанное тело и отвратительный характер. Подвести под общий знаменатель его желаний оказалось проще простого: за белоснежной кожей скрывался душу обжигающий коктейль. Такой, как он любил, возможно, поэтому мысль о знакомстве возникла сама собой.

- Хотите пари?

- Что? Пари мне, по поводу?

- По поводу моего трудоустройства.

- Хм-м-м, Ну кем? Все вакансии заняты, - она чуть сморщила лоб. – Бармен, официант, повар и два поварёнка, пианист и певичка, две шлюхи. М-м-м. Я и босс. Все сидят, словно птички на жёрдочках.

- А вышибала?

- Ну, нет, извините, здесь таким амбалам дают от ворот поворот, что вам…

Дверь кабинета босса с треском распахнулась и из неё, с пеной у рта, будто бык, получивший путёвку на живодёрню, выскочил следующий по счёту амбал. Кажется, уже пятый за день, если верить записям секретарши.

- Чтобы бы вас всех чёрт побрал. Ползучие гады! Вас и ваше гнусное заведение! – разразился он. – Сами не знают, чего хотят! Меня, Гарика Смелова, чемпиона округа по смешенным боям нахально отправляют в аут. А-а-а!

Перед тем как убраться восвояси, Гарик придумал, как поправить своё испорченное настроение. Портить застрахованную мебель не было резона. Кристофера он в упор не видел, поэтому в качестве жертвы была выбрана секретарша. Умственная зрелость, хромавшая на обе ноги, постоянно бросала Гарика из крайности в крайность. На краю звериных инстинктов он всегда получал душевный комфорт. Влететь в рай на чужом горбу, пусть даже на миг, для него считалось высшим пилотажем. Возможно, только сейчас, в минуту опасности секретарша почувствовала в себе изящество и лёгкость женщины, к телу которой прилипли ненавистные, лишние килограммы. Характерный недостаток многих дам. Объект критики и подковырок. Хотя другие мужчины считают это достоинством. Впрочем, сейчас, как аргумент в защиту своего внутреннего мира, она искала на столе предмет потяжелее, например, чугунный дырокол.

Пока Гарик, словно мясник, визуально, раскладывал тело секретарши по полочкам, выделив за основу заднюю часть и вымя. И уже выбирал из своего скудного лексикона хамское словечко. Кристофер, сыграв на опережения, дышал в спину амбала-вредителя с чувством собственного достоинства.

- Послушайте, уважаемый, - попросил Кристофер. – Вам лучше без слов убраться восвояси. Так будет лучше для всех.

- Что! Кто?! Кто, это здесь бухтит мне в спину?!! – Гарик обернулся мгновенно, так, что хрустнули шейные позвонки. – А-а-а, малышшш. Решил податься в мальчики для битья. Видит бог, я этого не хотел…

- Только ни здесь… - попросил Кристофер. – Давайте выйдем на воздух. Там так легко дышится.

- Конечно. Ха-ха. Супербой отправляется на бой. Ню-ю-ю…

- Кристофер, спасибо вам, - сказала секретарша. – Вы настоящий джентльмен. Меня зовут Жанна-Мэри-Натали. Это отец так сложно назвал, чтобы у парня, ну тот, который меня полюбит, было бы право выбора.

- Здорово. – Похвалил Кристофер. – Каждый день новое имя и новые отношения. Сначала любвеобильная Жанна, затем застенчивая Мэри и, наконец, развязная Натали.

- Да Крис… - секретарша чувственно вздохнула. – Отец всегда хотел, чтобы рядом со мной был романтичный человек.

- Эй, хватит сюсюкать. – Прервал Гарик. – Впрочем, у вас есть миг, чтобы запомнить его живым.

Они вышли. В контрастирующем цвете догорающего заката силуэт Гарика смотрелся вызывающе. Следом маленькой тенью, словно солнце по-прежнему жарило в зените, с непроницаемым взглядом шёл Кристофер. Чтобы оказать последнему поддержку, Жанна-Мэри-Натали сделала свой взгляд таким же непроницаемым, добавив к морщинкам лба холодную глубину Ледовитого океана.

«Если этот парень вернётся – прижимая к скачущему сердцу дырокол, подумала Жанна-Мэри-Натали. – Я проведу этот вечер с ним. Правда, он немного мал для меня. Ну и что. Вольдемар, Алекс и как его… Филипп были не намного выше. Ах, только б вернулся».

- Ах! – от неожиданности секретарша вскрикнула.

Кристофер вернулся и был спокоен, как будто ничего не случилось, словно мордобой в последний момент по просьбе трудящихся заменили дружеской беседой. Он приблизился к Жанне-Мэри-Натали на расстояние романтического поцелуя; за непроницаемым взглядом последовала приветливая улыбка.

- Скажи, босс, он всё ещё там?

- Наверно, - секретарша чуть качнула плечи. – Крис, ты лучший, даже если тебе откажут. Хочешь, я поговорю с ним?

- А как же наше пари? А-а-а?

- Считай, что ты его уже выиграл.

- Я быстро одна нога здесь другая там. Подождешь меня?

- Ну, конечно. Куда я денусь. Кстати, у босса часто случается странность: что-то типа раздвоение личности. Тиран и ребёнок в одном флаконе.

- Час от часу не легче. Уж лучше тиран, чем ребёнок…

Кристофер заглянул к боссу и, вздёрнув, словно на флагшток большой палец, мигом исчез за дверью.

Жанна-Мэри-Натали засекла время.

«Через минуту он будет моим по-любому. Вот только с каким настроением? Ой, как я не люблю нытиков. Ладно, потерплю, ведь он такого амбала проучил».

Часы минуту за минутой отсчитывали время. Было тихо, словно за дверью готовили ребёнка ко сну и, чтобы ему не мешать, перешли на язык благородных жестов. Или все давно ушли незаметно через чёрный ход. Или…

«Убийство! - Жанна-Мэри-Натали прикрыла ладонью округлившийся рот. – И это Кристофер ни кто иной, как серийный маньяк».

Дверь скрипнула. Жанна-Мэри-Натали вскрикнула:

- А-а-а!

- Ты чего орёшь? – спросил выходящий из кабинета босс. – А-а-а?

На фоне Кристофера фигура босса казалась ещё крупнее.

- Даже не думала орать. Так вскрикнула чуть-чуть от неожиданности.

- Так, этот парень, - босс немного фамильярно хлопнул Кристофера по плечу. – Будет работать у меня. Оформишь с завтрашнего дня. Без испытательного срока и это… включая полупансион.

- Оформляю вышибалой, я правильно поняла?

- Да. Да. Вышибалой. – Босс ещё раз присмотрелся к Кристоферу и одобрительно кивнул. – Да. И подбери ему номер в гостинице.

середина

По петляющей в гору дорожке шла влюблённая пара. Частокол фонарей, освящавших одну сторону, походил на слаломный спуск для начинающих. Другая же сторона совсем не горела. Возможно, её включали чуть позже. Или с целью экономии освящение чередовали. Что вносило неразбериху в стаю мотыльков, вынужденных, чтобы занять место под солнцем, прилетать заранее.