Еще один день - М. Мэлоун

пешком? Почему ты просто не взяла одну из своих машин? Подожди, если ты не смогла попасть в дом, значит у тебя нет ключей. Верно? В любом случае, куда ты идёшь?

— Какое это имеет значение? — Ридли вздохнула и положила телефон в карман.

— Ну, я собирался заказать ужин для себя и гостьи, пока не понял, что эта гостья ушла, даже не попрощавшись.

Она немного покраснела, прежде чем расправить плечи и вздёрнуть подборок:

— Послушай, этого не произойдёт.

— Что не произойдёт?

— Не притворяйся! Ты знаешь, что я подслушала твой разговор с братом. Вы проявили себя во всей красе и все стало ясно. Вы думаете, что все красивые девушки — это шлюхи, которым повезло получить деньги за то, что они позволяют людям фотографировать их.

Джексон внутренне съёжился от слова шлюха, но не стал ее перебивать.

— И знаешь, что? Все в порядке потому, что, возможно, я не думаю о красивых мальчиках, которые говорят о женщинах, как будто мы все просто влагалища с ногами. В любом случае, я не буду с тобой спать. Так что ты можешь оставить при себе свою фальшивую симпатию. Я просто пойду своей дорогой, — она прошла мимо него и продолжила идти, стараясь как можно быстрее увеличить расстояние между ними.

Джексон снова побежал за ней:

— Прошу, подожди! Я знаю, что произвёл на тебя только самое плохое впечатление. Но я гарантирую, что во мне есть то, что удивит тебя.

— Очень сомневаюсь. — Ридли снова вытащила из кармана свой телефон, демонстративно игнорируя его.

— Эй! Я очень приятный человек. Я плачу свои налоги. Меня никогда не арестовывали, — перечислял Джексон, стараясь не отставать от нее ни на шаг.

— Рада за тебя. — Она продолжала идти.

— Ты уже знаешь, что я музыкант, — добавил он.

— Дай угадаю, ты что-то вроде большой шишки, да? Да пошел ты!

Джексон нахмурился и ускорился, пока не подошел к ней, проникая в ее личное пространство:

— Как ты можешь думать, что я такой придурок? У большинства отцов-одиночек нет времени на всякие глупости.

Ридли так внезапно остановилась, что рюкзак соскользнул с ее плеча и ударился о бедро.

— Подожди, так ты тот самый парень…

— Что? — спросил Джексон.

— Ничего. — Она снова перекинула рюкзак через плечо, но, по крайней мере, перестала убегать. — Трудно поверить, что ты — отец этих очаровательных маленьких мальчиков. Я говорила людям, какой ты хороший парень.

— Обычно так и есть. Просто сегодня я не в себе.

— Ну, хорошо. Я знаю, что говорила вещи, из-за которых позже мне становилось стыдно, и Господь знает, что я наломала дров больше, чем кто-либо на земле. Это ничего не меняет. Кажется, я притягиваю неприятности, и я не хочу сваливать это на тебя или кого-то еще.

— Ты попала в неприятности, Рейна?

Ридли отвела взгляд на мгновение, прежде чем ее глаза снова встретились с его.

— Я не знаю. Я думаю, что держаться подальше от меня — очень хорошая идея. На всякий случай.

Он оглянулся вокруг — на дороге не было большого потока движения, но они определенно привлекали внимание.

Проезжающий мимо них голубой седан притормозил, и Джексон махнул рукой в дружеском приветствии.

— Послушай, я не знаю твою ситуацию, но мне не нравится мысль о том, что ты убегаешь от чего-то одна. Спрятаться у меня дома было бы намного лучше, чем просто уехать, не имея какого-либо чёткого плана действий.

Рейна закрыла глаза, ее усталость была настолько явственно ощутима, что Джексон понял, что выиграл это сражение.

— Остаться у тебя звучит очень заманчиво.

Он повернулся к своей машине, которая была припаркована позади них с нарушением правил у обочины дороги.

— Давай вернёмся назад. По крайней мере, ты можешь поспать, а затем утром на ясную голову принять решение.

Через мгновение Рейна повернулась к машине. Джексон открыл ей дверь, и она погрузилась в роскошный кожаный салон. Он осторожно закрыл дверь и обошёл автомобиль, направляясь к водительскому сидению. Как только Джексон завел машину, Рейна повернула к нему голову:

— Просто чтоб ты знал, ты не выиграл этот спор. Я просто слишком устала, чтобы бороться.

Он включил передачу, прежде чем взглянуть на нее:

— Поверь мне, красавица, я знаю это. Оставим все сражения на завтра.

— Хорошо. — Она откинулась на спинку пассажирского сиденья и бездумно уставилась в окно.

В следующий раз, когда Джексон посмотрел на нее, она уже крепко спала.

Глава 4

Утром воскресенья Ридли проснулась от мягкого стука в дверь.

Ей потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, где она находилась. Великолепная антикварная мебель. Мягкие шелковистые простыни. Она определенно была не дома. Снова раздался тихий стук. Ридли повернула голову к двери.

— Рейна? Ты проснулась?

Глубокий голос, доносящийся через дверь, помог ей все вспомнить.

Авария. Агент Грэм. Джексон.

Ридли уткнулась лицом в подушку и застонала.

— Рейна?

Ридли откинула одеяло:

— Секунду!

После нескольких попыток укротить непослушные пряди вокруг лица, она подошла к двери и резко открыла ее. Джексон же, не ожидавший подобного, даже отпрыгнул.

— Доброе утро! Я пришел узнать, не проголодалась ли ты. Ты быстро уснула прошлой ночью. — Его глаза смотрели на ее сонное лицо и растрёпанные волосы.

«Только попробуй что-то сказать», — подумала Ридли.

— Но, если ты еще не готова, ничего страшного. Я могу подождать. — Он сделал шаг назад.

Ридли обречённо вздохнула. Она, должно быть, выглядела по-настоящему безумно, если он отступил, как только увидел ее.

— Нет, мне просто нужно почистить зубы, и я спущусь. Спасибо.

Она тихо закрыла дверь и, подхватив рюкзак, прошла в ванную, где вытащила из него зубную щётку.

Ридли чистила зубы и одновременно разглядывала свое лицо в зеркале.

Боже, все выглядело даже хуже, чем она думала! Мало того, что у нее все еще остались отметки от подушки на щеке, так еще и ресницы правого глаза были слеплены между собой, делая ее похожей на косоглазую.

Вздох.

— Ты явно не являешься роковой женщиной.

Десять минут спустя Ридли спустилась по лестнице и оказалась посреди самой большой гостиной, которую она когда-либо видела. Огромное панорамное окно расположилось во всю стену комнаты, противоположная же стена была занята огромным телевизором с плоским экраном, который, казалось, сам был размером с эту стену.

И несмотря на обилие находившейся в комнате электроники, сама комната дышала домашним уютом и светом, видимо, от того, что ее отделка была выполнена в кремовых и золотых тонах.

В углу стоял рояль, и Ридли подошла к нему. К ее удивлению вместо привычной классической нотной тетради там были пустые