В тени большого взрыва 1977 (СИ) - Арх Максим

— К труду и обороне? — попытался пошутить я, зевнул.

— К этому нужно быть готовым всегда. Сейчас же я спрашиваю о другом. Ты готов ехать?

— Куда? — не понял я.

— Как это куда? В деревню твою, конечно. Мне указание дали доставить тебя туда в целости и сохранности, — объяснил он и напомнил: — Ты ж отказался от санатория, — причмокнул. — Зря, кстати, отказался. Санаторий отличный. Я там хоть и не отдыхал, но заезжал туда пару раз по работе. Великолепная обстановка и отличные врачи. Они бы тебя вмиг на ноги поставили.

— Гм, да вроде я и сам нормально стою, не падаю, — пожал плечами пионер и риторически произнёс: — А время-то сейчас сколько? — глянул на настенные часы, висевшие в коридоре, и вновь зевнул. — Сейчас восемь уже. Ещё, конечно, можно успеть на десятичасовую электричку, но есть товарищ полковник одно «но» — я решил никуда сегодня не ехать и перенёс поездку на завтра, — полковник показал рукой на собранную сумку вопросительно подняв бровь, и я пояснил: — Это мама собрала, думая, что я сегодня уеду. Но я передумал.

Но мой манёвр понят не был.

— Саша, ты вчера замминистра и нам всем обещал. Я это хорошо слышал. Так что будь любезен, прекрати ломаться, позавтракай и поехали. Я — человек военный. У меня приказ, а приказы, как ты прекрасно знаешь, нужно выполнять.

— Да погоди ты торопить-то, — растерялся я от напора. — Дай сообразить. Мне в магазин надо сходить тогда. Продуктов купить. Гостинцы. Так что на десять точно не успеем, — вздохнул. — Ну раз такое дело, то я конечно подводить тебя, как старшего боевого товарища, не буду. Значит давай поедем на 12:38. А пока, раздевайся и проходи на кухню. Позавтракаем яичницей с колбасой. Я сейчас умоюсь и приготовлю.

— Спасибо, я не голоден, — произнёс тот. — Насчёт электрички — не беспокойся. Я на машине. Так что доедешь до места отдыха с комфортом.

— Прикольно, — похвалил полковника пионер. — Ну тогда вообще не надо торопиться. Раздевайся. Проходи. Хоть чая попей.

— Нет. Спасибо, — вновь отказался он, открывая дверь. — Ты давай делай свои дела и выходи. Я тебя в машине подожду. Особо не торопись, но и не засиживайся.

— Но мне в магазин ещё надо, — напомнил я.

— Заедем по дороге, — ответил Кравцов и вышел на лестничную клетку.

— Во дела, — хмыкнул, защёлкнул замок и пошёл приводить себя в порядок.

— Саша — этот ящик ко мне в машину не влезет! Тут нужен пикап или УАЗ. А ещё лучше грузовик с фургоном, — произнёс Кравцов, глядя на телевизор, который мы только что купили в промтоварном магазине в отделе «Электроника».

— Может впихнём всё же? — критически рассматривая покупку, размышлял я, глядя на здоровенную коробку с телевизором «Рубин -714» внутри. Эта модель начала выпускаться недавно — в 1976 году и именно она станет самым массово выпускаемым телевизором СССР.

Вообще, с моими деньгами, наверное, имело бы смысл и в деревню купить не советский, а какой-нибудь импортный ящик, к которому можно было бы подключить видеомагнитофон. Но, поразмыслив и здраво рассудив, я категорически отмёл эту идею. Во-первых, такие покупки требовали времени и поиска, а не совершались нахрапом. То, что мама купила нормально работающий телевизор в комиссионке, говорило лишь о том, что ей повезло. Часто туда сдавали плохо работающую, бракованную и уже несколько раз ремонтируемую технику. Отремонтировать же такие аппараты вновь при его поломке в дальнейшем было сложно, ибо импортные детали достать было проблематично, а детали от советских телевизоров, как правило, не подходили. Естественно, были «кулибины», которые могли отремонтировать, если не всё, то почти всё, по типу моего компаньона по «плеерному делу» — Григория Людвиговича Заварзина. Но как правило — это было исключение. А правилом же было то, что иностранная аппаратура либо чинилась за бешеные деньги, либо месяцами или даже годами стояла накрытой на тумбочках, в шкафах, коридорах, антресолях и углах комнат.

Однако не боязнь брака останавливала меня от такой покупки. А совсем другое… дело в том, что в этом времени люди все живут не богато. Покупка кем-нибудь дорогой вещи или аппаратуры мгновенно становится информационным поводом на долгое время. Если же вещь стоит огромных, по местным меркам, денег, то о ней будут рассказывать поколениями. Иностранный телевизор и видеомагнитофон среднего ценового класса в СССР этого времени будут стоить около трёх тысяч рублей. Нужно ли говорить, что это огромная и абсолютно фантастическая сумма практически для всех граждан страны. Тем более для граждан, живущих в деревне. Естественно, что о такой покупке узнают, ведь бабушка у меня не живёт отшельницей. Есть соседи, есть проверяющие электричество инспекторы и так далее. В конечном итоге, при любых раскладах, рано или поздно, пойдёт слух. И в конечном итоге он обязательно достигнет тех ушей, которые захотят изъять столь дорогущую собственность. Бабушка в доме одна, поэтому… Короче говоря, даже думать не хочу на эту тему. Мне здоровье любимого человека более ценно, чем миллиарды телевизоров и видаков. Другое дело — советский телевизор. Конечно могут и на него позариться, но шансов намного меньше и все шансы входят в область, что жить вообще опасно и лучше на улицу не выходить. К тому же я решил, что бабушке нужно будет рассказать легенду о том, что её внук купил и привёз не новый, а старый, бэушный телевизор. А в доказательство продемонстрировать сломанный переключатель и глубокие царапины на крышке аппарата, которые я собирался нанести.

В общем решить-то возможные проблемы я вроде бы решил, но вот о том, что эта огромная махина не влезет в дверь авто я отчего-то не подумал.

— Да не влезет, говорю же тебе. Если хочешь, то конечно давай из коробки его достанем и попробуем, но это мы только упаковку расфигачим. Результат будет один — в дверь не войдёт.

— Чьёрт возъмы, чьёрт возъмы, — исковеркивал я выражение интонацией моего липового «учителя» по кинематографическому ремеслу. — Что же делать? — чуть подумал и, посмотрев на компаньона, сказал: — Товарищ Кравцов, я, конечно, не сведущ и некомпетентен в некоторых вопросах бытия, но насколько я понимаю, у вас же в Комитете наверняка автопарк есть. Может ты позвонишь и…

— Мы тебе не автобаза! — строго перебил меня полковник. — Ты, Васин, думай хоть иногда! То вроде ничего, а то тебя прям заносит и несёт неизвестно куда. Это, что моя личная контора? Хочу выпишу машину, хочу нет? Может тебе ещё и грузчиков мне нужно найти из наших сотрудников? — и ехидно: — В каких званиях, твоя светлость, должны быть рабы твои? Полковники и майоры подойдут? Или это слишком мелко для Вас? Может быть генералов лучше мобилизовать?

— Да ладно тебе, — отмахнулся я и стал думать, где бы мне взять грузовик или на худой конец какой-нибудь «рафик».

— Что задумался? Не знаешь, как телевизор довести? А ещё гений, — стебанул меня полковник через минуту.

— Всё я знаю, — отмахнулся от него всезнайка. — Посторожи телик, а я пойду кого-нибудь на дороге поймаю. Денег предложу нормально, без проблем довезут.

Застегнул пальто и собрался было идти на выход, но Кравцов меня остановил.

— Васин, — хохотнул он, — вот все говорят, что ты особенный. Многое умеешь и многое знаешь. Ну неужели ты не додумался до того, что в магазине есть доставка, которую можно оформить. У тебя паспорт с собой? А? — и хохотнув. — А ещё говорят — гений.

— Точно! — хлопнул я себя по лбу. — И как же я сразу про такой архиполезный сервис забыл, — вновь расстегнулся и побежал искать где оформляется заявка, крикнув моему сопровождающему: — Я ща!

Глава 9

Вернулся через пять минут расстроенный.

— Чего? — не понял Кравцов.

— Говорят, что доставка расписана на две недели вперёд. В ближайшее время, когда они смогут доставить груз — двадцатое декабря. Обойдётся всё в двадцать пять рублей, так как везти им нужно будет в Подмосковье.

— И почему ты расстроился? Денег нет? Так я видел, что у тебя их полные карманы.