Тропик ночи - Майкл Грубер

— Я же говорила, — напомнила миссис Паз.

Наевшись, Джимми вышел во двор, поманив с собой Джейн. Они устроились под деревом за столом для пикников, недоступные для репортерских камер.

— Что все-таки произошло? — спросил Джимми.

— Ты меня спрашиваешь? Тебе ведь, кажется, известна вся история. Мы недавно заходили к Полли и видели шефа полиции по телевизору. Ты тоже там присутствовал.

— Я не имею в виду эту чепуху. Я говорю о том, что происходило на самом деле. К примеру, я застрелил тех парней?

— Да. Это было весьма полезно. Именно так и должна действовать полиция.

— А что произошло между тобой и Муром?

— Изложить тебе краткую версию? Я встретилась с ним во м'доли, как и планировалось. Но я была не готова. Круг союзников был выбран неверно. Я оказалась слабой и не смогла побороть его там. Нужен был не цыпленок. Лус — вот третий союзник, желтая птичка…

— Да, я вроде начал это соображать, но она вдруг начала… как бы это сказать, исчезать, что ли.

— Верно. Он совершил передвижку во времени таким образом, чтобы я не смогла ее встретить. И потому ее не оказалось здесь.

— А-а… Значит, это ему было доступно?

— Технически да. Но это запрещено. Ифа этого не одобряет. Ты, наверное, заметил, что здесь происходили магические действа.

— Заметил некоторые необычные феномены. Но я приписывал их тебе. Итак, что же в итоге? Он мертв и все кончено?

— Теперь да. Я хочу похоронить его в Сайоннете. — Джейн вытерла глаза. — Он был хорошим человеком.

— Да брось, зачем тебе меня-то дурачить.

— Джимми, но ведь это был не он. Обломки, все худшее в нем, страх и ненависть, помещенные в нечто вроде робота. Почти что зомби, но более восприимчивый, способный действовать. Люди сами то и дело превращают себя в подобные существа. Погляди хотя бы на тех, кто на все способен ради карьеры, ради хорошей должности. Но с ним это сделал один колдун из племени оло. Он, бедняга, позволил сделать это с собой.

— Но мы, по крайней мере, вне опасности?

— Вы все да. А я… Как бы это сказать? Оло называют это ор'ашнет. Человеком, к которому прикоснулся Бог. Попросту говоря тронутым. Какая-то частица моего существа осталась в м'доли, и я уязвима со стороны тех, кто там обитает. Я должна убежать по воде, чтобы исполнилось пророчество.

День шел обычным порядком, и жизнь возобновила свое обычное течение, как будто ничего странного не произошло со временем; каждая драгоценная для бытия минута включала в себя в точности шестьдесят секунд. Миссис Паз вернулась к себе в ресторан. Муж Доун вернулся из поездки и увел жену домой. Паз и Джейн повезли Лус в детский сад при церкви Провидения и посмотрели там спектакль о Ное с участием Лус в роли канарейки. Потом они поели мороженого в Роще и отдохнули в парке. Как ни странно, никто их не узнавал. Магия или их пятнадцать минут славы уже прошли? Паз этого не знал и знать не хотел. Он лежал на спине на одеяле Джейн, почти касаясь щекой ее бедра, и чувствовал себя счастливым как никогда.

Под вечер, как и обещал, Паз дал большое интервью Дорис Тэйлор, рассказав ей выдуманную им историю; Джейн Доу он изобразил несчастной жертвой, которую нет смысла интервьюировать: для этого она слишком тупа. Дорис скушала это с удовольствием и удалилась совершенно счастливая. Потом они поужинали цыплятами, рисом и бобами из запасов, оставленных миссис Паз, и Джимми выкурил пару сиrap, пока Джейн укладывала Лус спать. Когда она спустилась вниз и проходила мимо шезлонга, в котором расположился Паз, он притянул ее к себе и усадил на колени. Он поцеловал ее, и Джейн поцеловала его, а потом отстранилась.

— Перестань, Паз, иначе я не смогу остановиться, а нам надо еще кое о чем поговорить.

— О чем же?

— О моей сестре.

— Если ты была соучастницей, я не хочу об этом слышать.

Ее лицо сделалось жестким.

— Что тебе известно?

— Ничего определенного. Но ты не давала против него показаний. Я имею в виду, в процессе следствия. В доме полно оружия, но ты даже не пыталась застрелить его. Мог ли он читать твои мысли?

— Не вполне. Но он знал меня очень хорошо. Знал лучше, чем я думала. Во мне с давних пор было нечто опасное, грел, как я могла бы сказать, ведь ты сейчас понимаешь — это слово из языка оло. Безумная зависть. Это грязная, отвратительная тайна. Мне следовало рассказать тебе об этом на катере. Ты не представляешь, каково мне было расти рядом с Мэри в нашем доме. Никто и никогда даже не смотрел на меня. Невидимка вроде Уитта. Наша связь, полная боли… Не заставил ли он меня расплачиваться за это? О, черт побери, Паз! — Она прижалась лицом к его плечу. — Я видела его, — пробормотала она ему в рубашку. — В тот день. Я знала, что его нет на выставке машин вместе с отцом и Дитером. Он прошел мимо меня, улыбнулся и помахал мне, и я знала, что он собирается делать. Я просто сидела там. И какая-то часть моей души радовалась.

— Он околдовал тебя.

— Нет, — сказала она. — Он этого не делал, да простит меня Бог. И у меня не хватило смелости покончить с собой на самом деле. Я прикинулась Долорес Тьюи, женщиной, которой я недостойна была завязывать шнурки на сандалиях. — Она долго рыдала без слез, навалившись на Джимми всем телом. Потом, без всякого перехода, начала целовать его, целовать до боли, долго, горячо, а потом отпрянула. Из ее глаз, казалось, сыпались искры. — Я должна была рассказать тебе об этом, — продолжала она, — и сказать также, что, хотя я страстно хочу тебя, мы не прыгнем вдвоем в постель прямо сейчас.

— Нет?

— Нет. Я говорила всерьез, что все еще немного связана с миром невидимого. И это могло бы плохо кончиться для нас обоих. Настоящие колдуны обычно целомудренны.

— Угу. А когда же эта твоя зависимость от мира невидимого кончится?

— Когда я попаду домой в Сайоннет, причем уплыву туда по воде. Таково пророчество Ифы.

— Но ведь все уже позади. С колдовством покончено.

— Да, это верно. Однако можем ли мы просто забыть о том, что произошло? Ты же видел Ифу. Считаешь ли ты, что с ним тебе захочется обойтись плохо?

Джимми нечего было ответить на это. Невольная дрожь пробежала у него по спине. Джейн встала у него с колен, взяла для себя обычный стул и отодвинула его подальше.

— Я думаю, нужна небольшая дистанция, — сказала она. — Слушай, ты чувствуешь сексуальное влечение? Ко мне?

— Весьма сильное.

— Я испытываю то же самое чувство по отношению к тебе. Ты в моем вкусе, о чем, видимо, уже сам догадался. У тебя нет его блеска, но ты более мужественный и сильный. Поистине un hombre sincero de donde crecen la palma.[83] На твоем теле нет слабого места, которое послужило бы, так сказать, удобным проходом для демонов.