Сирахама - Артур Прядильщик

Сила силой, но есть такая штука, как механика и физика… Вся наша «конструкция» завалилась на бок и превратилась в небольшую кучу малу.

— На воскресный сеанс? — Ренка. — Дневной? Как тебе это удалось?

— Потому что знает расценки! — Наставительно поднял палец Ма Кэнсэй, рассматривая свалку.

— Хо-хо-хо! Кен-чан! Как хорошо, что ты к нам заглянул! Приготовь старику чайку, Кенчи, пока не ушел! А то эти отравители… о-хо-хо!

Фильм был интересный. Но я этого не видел. Я сидел в туалете кинотеатра. Операция по исчезновению из зрительного зала прошла успешно — только через полчаса девушки, увлеченные происходящим на экране, поняли, что куда-то подевался их спутник, и стали мне названивать.

Испуганная Мисаки клялась и божилась, что ничего эдакого в чай не подмешивала. Я ей верил — кроме меня, этот чай пил еще Акисамэ и Кэнсэй, сидевшие в гостиной-зале Редзинпаку.

Не могу понять: чего они, мастера, добиваются? Чтобы я перестал пить чай? Или перестал пить чай конкретно в Редзинпаку? На фоне того, что Старейший постоянно требует приготовить ему «моего чая» — выглядит, как провокация — дескать, обидься, Кенчи, и подмешай что-нибудь Старейшему…

Бред! Я ж не самоубийца!

Утром в понедельник в вагоне монорельса царил полный духовный дуализм — аудитория разделилась на два лагеря: мужчины генерировали жгучую ненависть, а женщины — столь же жгучее любопытство. И оба этих лагеря объединились под флагом ЗАВИСТИ.

«Малыш! А представь, если бы перед тобой-прошлым вот так же в метро прошел бы альфо-мачо, на котором висит аж три красавицы, а? Одна из которых, между прочим, уже даже не скрываясь, носит значок с золотым драконом, а другая — подозрительно похожа на поп-идола Японии Ма Ренку… и тоже особо этого не скрывает? При этом альфо-мачизм подкрепляется исключительно фактом наличия трех девушек… А так — заурядность заурядностью…»

«Урыл бы!»

«Ты-то? Ты-прошлый? Ха-ха-ха!»

Мисаки ежилась — она воспринимает эмоции не хуже меня. Миу тоже — я был почти наверняка уверен, что она тоже может ощущать чужие эмоции, слишком уж легко она прятала от меня свои… правда, делала это только тогда, когда надо было неожиданно и эффектно появиться. А у Ренки… у Ренки, видимо, чутье настоящего поп-идола на чужие взгляды.

— Сынок! — Перед самой станцией Дорогава к нам подошел тот самый служащий, который — единственный! — за меня радовался. В глазах пожилого человека стояли слезы. — Молодец, сынок! Я горжусь тобой! Не сдавайся, сынок! Мы, натуралы Токио, с надеждой смотрим на тебя!

Они сговорились, что ли?!

— Рен-чан! — Зашептала Миу, когда мы покинули вагон. — Правильно ли я поняла, что все остальные мужчины в вагоне — НЕнатуралы?

— Миу! Ты — глупая нэка! — Шепнула Ренка. — Если натуралы с НАДЕЖДОЙ СМОТРЯТ, то это не натуралы, а вуайеристы!

— Кое-кто чешуйчатый, — Вмешалась Мисаки уже в полный голос. — Очень хорошо разбирается в вуайеристах! Видимо, это наследственное!

Я уже проходил турникет. Девушки щебечущей стайкой, как положено, следовали сзади:

— Кое-кто чешуйчатый, прошедший без очереди, видимо, забыл, что без очереди у нас обслуживают только инвалидов! И я не только про турникет, кстати, говорю!

— Ара-ра… когда кое-кто сможет заставить Сигурэ-сэнсэя накраситься, вот тогда и будет рассуждать тут об очередности!

Миу, если судить по эмоциям, наслаждалась:

— Кстати, я тут подумала: змеи и ящерцы — из подотряда чешуйчатых отряда пресмыкающихся… Но ящерицы находятся на более высокой ступени развития, так как у них есть конечности!

— Ага! Слышала? Слышала? — Обрадовалась Мисаки. — А если еще учесть, что я не ящерица, а дракон, то вы все — пыль на моих стопах!

— Но-но-но! — Погрозила пальчиком Миу. — Во-первых, кошки — млекопитающие и находятся на голову выше и ящериц, и змей! Во-вторых, кошки — это высшие существа! И это еще круче, чем хомо сапиенс! Не говоря уж про каких-то там драконов! Эволюция, девочки! Эволюция!

— Кха! — Задохнулась от возмущения Мисаки.

«Кажется, Малыш, роли в гареме более-менее распределились: чешуйчатые пресмыкающиеся грызутся между собой, а млекопитающие кошки следят за этим с забора, время от времени сбрасывая косточку и наблюдая за сварой! Главное, чтобы нас…»

— Кенчи! Кенчи! — Меня задергали за рукав. — А кто лучше? Мелкие ящерицы, драные кошки или изящные грациозные змейки?

«Ксо!»

— Да-да, Кенчи! Скажи свое веское слово этим противным ядовитым змеям и наглым нэкам!

— Кенчи! Кенчи-ня! Ты ведь ничего не имеешь против кошек-ня? Очень-очень теплокровные кошечки-ня с надеждой смотрят на тебя-ня!

«Поторопился ты радоваться, Старик! Ну, теперь — выкручивайся! Без твоего опыта дипломатического словоблудия нам будет худо!»

Мы подходили уже к самым воротам Института, когда я сообразил, что же казалось мне неправильным и странным…

— Стоп!

Девушки послушно остановились и в ожидании воззрились на меня. Студенты огибали нас с двух сторон. Кто-то здоровался, кто-то проходил мимо. Но косились все.

— Змейка! А ты, случайно, на свою работу не подзабила ли? — Подозрительно спросил я. — И не шифруешься сегодня, опять-таки…

— Что заставляет вас так думать, аната? — Насупилась та. — Вообще-то, я тоже учусь. Получаю высшее образование! Я, да будет вам известно, будущий управленец в области ИТ-бизнеса!

«Рояли, рояли, чертовы рояли! Малыш, давай заспорим на пару онигири: я знаю, что сейчас будет сказано!»

«Не, Старик! Не буду я спорить. Я уже и сам знаю. Удивительно, что этого не произошло раньше! Что-то подзадержался местный блюститель законов жанра!»

— Слышала? Слышала? На факультет «Управления» перевелась Ма Ренка!

— Ренка-сама?! Ведущая «Счастливчика»!

— Ага!

— Сейчас, в конце февраля… с чего бы вдруг?

— А вот спроси меня… ну, вот спроси!

— Ну? Спрашиваю…

— В нашем институте учится ее жених…

— Только не говори мне…!

— Ага! Он самый! Наша локальная секс-машина массового поражения!

— Глупость! Такого не может быть, потому что такого не бывает! Ренка-сама не могла…

— Еще как могла! На обеде их уже видели вместе. Они совершенно не скрываются! Ма-сан просто висит на нем, представляешь?! А эти две даже не возражают! Еще и улыбаются! Все!

— Да что они в нем нашли! Ренка-сама достойна гораздо большего, чем какой-то там недоделанный дракон!

— Кхе-кхе… Ну ты, конечно, имеешь полное право говорить о своих родственниках все, что тебе вздумается! А уж о Сирахаме Кенчи — тем более. Но мне кажется, ты слишком уж к нему пристрастна… К тому же он такой… активный… А ты слышала, кстати? Слышала? Он, поговаривают, уже и Асамия Рююто… того! Сирахама Кенчи — он такой… разносторонний! Вот бы попробовать… Интересно, он тэнши илиакума?

— Тьфу!

— Наверно, все-таки акума! Очень уж его невесты довольные ходят…

— Не раздражай меня, яойщица!

— Муа-ха-ха! Вы ничего не понимаете в высокохудожественном переплетении мужских мускулистых тел, усыпанных красными лепестками роз!

— Ни-ни-ни! Даже не подходи ко мне — я боюсь заразиться этим непотребством!

— Муа-ха-ха! Презренные ханжествующие натуралы!

— Так-так-так… Рю-сан, Ишики-сан… Как только вы закончите идеологический спор, вас не затруднит помочь мне в оптимизации вот этого цикла?

— (хором) Да, сэнсэй!

— Отлично! Кстати, лично я предпочитаю сёнен!

— Прекрасный выбор, сэнсэй!

— Ой! А у нас с вами, оказывается, одинаковые вкусы, сэнсэй! Я тоже люблю этот жанр… особенно, с приставкой «-ай»!

Опять туалет. Правда, туалет кафе, а не института.

— В твою победу над Дикарем никто не верил, — Ниидзима поводил руками под краном, чтобы сработал датчик и полилась вода. — Так что ставки были не в твою пользу. Поэтому я не то, чтобы озолотился, но поднял прилично. Это — твоя доля.

Конверт перед этим был положен на столешницу с рукомойниками. Почему, интересно, не из рук в руки? Наверно, чтобы даже под полиграфом на вопрос «Передавали ли вы деньги Сирахаме Кенчи?» ответить с честными глазами «Нет!» И ведь, действительно, не передавал — просто положил на столешницу. И забыл. Типа. Ага.

— Только, Сирахама, давай без этих глупостей о перечислении денег семье убитого. Ладно?

— «Убитого»? Ниидзима-сан, вы меня все чаще разочаровываете! Я даже подумываю сделать своим агентом Ниони-сан, как более компетентного специалиста. К тому же мне будет приятно встречать в раздевалке ее приветливое милое личико, а не вашу вечно недовольную мор… физиономию.

— Вот как… — И Ниидзима мгновенно стал делать выводы, не обратив никакого внимания на угрозу. — Значит то, что Дикаря все-таки откачали, вам известно… А узнать вы этого не могли — поскольку ушли раньше нас… видимо, сказалось отсутствие презервативов по двести тысяч. Следовательно, та техника была использована вами сознательно… Оч-ч-чень интересно… Оч-ч-чень…