Сокровище Единорога - Нелла Тихомир

- Наверное, он считает себя виноватым, - Нимве вздохнула, - что не уследил.

- Уследи за такой, - Ларра повел плечами, - она ж королева!

Стало тихо. Щурясь, Ларра рассеянно наблюдал, как курица возится у сапог, выстукивая клювом землю.

- Совсем позабыл сказать-то, - спохватился он. - А ведь мне их величества дворянский титул пожаловали.

- Серьезно? Поздравляю.

- Так что уезжаю я. На земли свои еду, ну, осмотреться, что да как… - он не сводил глаз с ее лица. Нимве промолчала.

- А ты? - внезапно спросил он.

- Что - я?

- Я хотел сказать… Ну, словом… - он замялся, комкая шляпу. - Я вижу, ты все одна…

Опять начинается, подумала Нимве. Ларра продолжал:

- Это я к тому, что…

- Ларра, - перебила Нимве, - если ты опять собираешься мне делать предложение, то я…

- Постой, - он шагнул вперед, и Нимве отшатнулась. - Я не собираюсь приставать, или что-нибудь такое. Послушай просто, чего скажу.

Нимве молча глядела на него. Облизав губы, он продолжил:

- Ты… я ж о тебе все время думаю. Прям наваждение какое-то. Влюбился я в тебя, вот чего, из головы ты у меня не идешь! Поехали со мной, а? Поженимся, дворянкой будешь. Чего тебе тут сидеть? В деревне ничего не высидишь.

- Послушай, что ты снова выдумываешь, - начала Нимве, но Ларра не дал договорить. Внезапно схватил ее в объятия. Собаки встрепенулись, глухо заворчали…

- Не могу без тебя! - выдохнул он. - Люблю я тебя, девка! Заворожила ты меня! Нету без тебя жизни!

Нимве молча боролась с ним, закипая гневом, стараясь не сорваться, да не вышло: внутри будто огнем полыхнуло, серебряное пламя заструилось по рукам - и Ларру отшвырнуло прочь с такой силой, что, отлетев на несколько шагов, он спиной впечатался в забор. Собаки, взревев, сорвались с места, а лошадь с визгом забилась у коновязи.

- Не трогать! - закричала Нимве. Собаки приникли к земле, в страхе косясь на хозяйку.

Стиснув зубы и закрыв глаза, Нимве сложила ладони. Глубоко вздохнула раз, другой и третий, как научил Кьолан. Подождала, пока утихнет жар в груди. Разомкнула веки.

Ларра отвязывал повод от перил, косясь на Нимве.

- Знаешь что, - промолвила она, - зря ты приехал. Лучше бы вспомнил, как ты меня, будто корову на рынке, выторговывал! Откуда вдруг любовь взялась? Ты все это в пику Кьолану. Чтобы только ему я не досталась. Ты его всегда ненавидел, с первой минуты!

Схватив лошадь за узду, Ларра быстро пошел к воротам.

- И не езди сюда больше! - крикнула Нимве. - Я его люблю, ясно? Его, а не тебя!

- Скаж-жите, - Ларра зло сверкнул глазами. - Любовь какая! А любовничек-то твой, говорят, смотался! Чего ж тебя с собой не прихватил, а? Видно, нужна ты ему, как прошлогодний снег! Ну, и сиди, ведьма! Высиживай этого своего, авось еще приедет, с женой со своей тебя познакомит! У-у, дура стоеросовая!

- Убирайся! - заорала Нимве.

Ворота, внезапно распахнувшись, хлопнули со всего маху, и калитка заскрипела. Удержав испуганную лошадь, Ларра вскочил в седло. Дал шенкеля, не оглядываясь, помчался прочь и быстро исчез за поворотом.

Глава 14

Отцвели яблони, сад оделся листвой, а от Кьолана по-прежнему не было вестей. Нимве извелась, гадая, все ли в порядке, мелькала даже мысль поехать туда, чтобы только узнать, жив ли.

Но молодые короли, навестив ее в конце весны, успокоили хотя бы эту тревогу. Посол из столицы Кирвана сообщал, что Кьолан находится у магов здешнего Дома. Большего близнецы не знали, но Нимве обрадовалась и такому известию.

Дни шли за днями, и каждый был похож на предыдущий. За две недели до Солнцеворота в Сафирне, как всегда, открылась ярмарка, и, не смотря на дождливое лето, город наводнился приезжими.

Нимве, давно собиравшаяся навестить родителей Чика, наконец решилась. Надежд на возвращение Кьолана у нее почти не осталось, поэтому она перестала откладывать отъезд. Хелеа была не в восторге от этих планов, Нимве понимала, что мать боится снова отпускать ее неведомо куда, к тому же, семья Чика действительно жила далеко от столицы. Однако Нимве решила больше не тянуть. Этот долг она была обязана исполнить.

Через пару дней после открытия ярмарки мамины подруги рассказали, что в лавку возле Северных ворот завезли отличные ткани. Хелеа принялась уговаривать дочь съездить, тем более, что обе пообносились, и что, мол, не годится отправляться в дальнюю дорогу оборванкой, они ведь не нищенки какие-нибудь… Нимве понимала, что мама просто хочет как-то ее развлечь, собиралась отказаться - но все же согласилась, чтобы прекратить споры.

Ехать пришлось одной: начали роиться пчелы, и Хелеа не могла отлучаться с пасеки.

Сафирна встретила шумом и толпами людей. Лавка мануфактурщика находилась неподалеку от ворот, но заняло довольно времени, чтобы найти место для тарантаса.

Привязав наконец жеребца, Нимве прошла по людной улице, еще мокрой от недавнего дождя, и, толкнув знакомую дверь, шагнула через порог.

Колокольчик под притолокой звякнул, дверь с негромким стуком захлопнулась за спиной. Нимве постояла, привыкая к полумраку, затем не спеша двинулась вперед, разглядывая рулоны разноцветных тканей возле стен. Покупателей оказалось немного, но приказчик, занятый с клиенткой, только метнул на Нимве взгляд и сразу отвернулся.

Остановившись в углу, Нимве приподняла свободный край отреза, чтобы рассмотреть набивной рисунок на ситце, и услышала:

- Да где-где… В Петухе и Короне! У меня ж деверь там служит, щас только жену его встретила, она и рассказала, - мещанка лет сорока, полная, со щеками будто яблоки, озираясь, таинственно понизила голос. - Нынче спозаранку он и приехал, и еще какие-то с ним.

- Чего шепчешь-то, - заметила собеседница, красивая, молодая, в дорогом платке. - Чего, тайна государственная, что ль?

- Ну, мало ли… Все ж таки с королями он знаком, да и маг…

У Нимве замерло сердце, закружилась голова. Чтобы не упасть, она вцепилась в толстый рулон ткани.

- Только странно, - продолжала молодая, - с чего бы это он на постоялый двор жить поперся? У него ж вроде краля эта есть, как там ее… Да и с королями на короткой ноге…

- Поди ты знай этого Мафхора. Поссорился, может, со своей…

- Да небось другую себе давно нашел, - начала молодая, и осеклась, встретившись взглядом с Нимве. Ее спутница резко обернулась… Глаза округлились, в них мелькнуло узнавание, а после - любопытство.

Отмерев, на негнущихся ногах Нимве пошла к порогу.

Как попала наружу, она не помнила. Ступив на мостовую, невидяще огляделась, прижимая ладонь к губам. Он здесь. Он здесь, стучала единственная мысль. Он здесь… Но ко мне не поехал. "Небось, другую себе нашел", - прозвучали в ушах слова той женщины из лавки.