Современная венгерская пьеса - Йожеф Дарваш

Т а м а ш. Иронизируешь?

Е в а. Как ты глух! Именно за это я тебя и любила. Я не стыжусь в этом признаться… Целых пять лет я любила тебя… Ты пробуждал в моей душе надежды, сулил счастье…

Т а м а ш. Сулил?

Е в а. Когда мы впервые с тобой встретились в библиотеке, меня увлекала твоя мальчишеская бесшабашность, наивность житейской философии: можно, мол, жить припеваючи, стоит только замкнуться в узком кругу своих интересов… Когда же ты увел меня, больную, из общежития, твоя смелость, твоя дерзость пленили меня. Ты казался мне героем, и я таяла от любви. И когда бросила университет, — свято верила — это нужно для того, чтобы ты добился какой-то высокой, благородной цели…

Т а м а ш. Наше обоюдное счастье — вот какая цель вдохновляла меня, разве ты не понимала?

Е в а. Счастья не получилось, Тамаш. Мы потерпели неудачу. Разве то, к чему мы с тобой пришли, счастливый исход? Скажи откровенно: чего ты достиг? Лично я — ничего. Мы исковеркали друг другу жизнь — вот, пожалуй, и все, в чем мы преуспели.

Т а м а ш. Перестань ворошить прошлое. Нельзя же портить все до конца.

Е в а. Когда я пришла, ты еще говорил иначе.

Т а м а ш. Я и тогда предлагал — давай начнем новую жизнь. Но тут случилось непредвиденное… Меня вышибли из седла… Мне необходимо теперь чувствовать тебя рядом.

Е в а. Чем я могу помочь?

Т а м а ш. Всем. Тем, что ты есть, тем, что и дальше будешь жить вот здесь, рядом со мной, ходить здесь, дышать со мной одним воздухом, тем, что я смогу тебя слушать, смотреть на мир твоими глазами и учиться понимать его. (И сам начинает верить в то, что говорит, поскольку сейчас очень нуждается в ее поддержке; позирует, стараясь произвести на нее впечатление.)

Е в а. Неужели для тебя это действительно такое потрясение?

Т а м а ш. Я смертельно напуган. Я боюсь остаться один.

Е в а (недоверчиво). И ты в самом деле просишь моей поддержки? За все пять лет ты никогда не признавался, что чего-то боишься.

Т а м а ш. Я доведен до отчаяния, того и гляди, начну спотыкаться на ровном месте, и ты должна поддерживать меня.

Е в а (все больше проникаясь к нему жалостью). Ну и что получится? Возможно, неделю, месяц, год все у нас пойдет хорошо, а потом? Что будет потом?

Т а м а ш. Мы воспрянем духом, крепко встанем на ноги.

Е в а. Ты-то на ноги встанешь, а я? Я снова окажусь у разбитого корыта. (Очень серьезно.) Если б я могла надеяться на что-то новое в наших отношениях, я бы сказала «да», но я в этом не уверена, Тамаш. И я, наконец, должна что-то получить от нашего брака. И это не эгоизм, а желание обрести в семье элементарное равноправие. Я не могу допустить, чтобы ущемляли мое человеческое достоинство.

Т а м а ш. Чего же ты хочешь?

Е в а. Многого.

Т а м а ш (торопливо). Я готов на все. Что ты имеешь в виду?

Е в а. Ты не забыл, что я хотела стать врачом? Так вот, я собираюсь продолжать занятия в Мединституте.

Т а м а ш (несколько растерян). Сейчас?

Е в а. Да, и не откладывая. И так мы это делали из года в год… То тебе надо было закончить институт, то нужно было копить деньги, сперва на квартиру, потом на машину, затем… бог весть на что… Мой заработок всегда для чего-то был необходим. Теперь придется это изменить.

Т а м а ш. Именно теперь? При таком тяжелом для нас стечении обстоятельств? Ведь я, возможно, на долгое время выйду из строя, окажусь не у дел…

Е в а. Если ты согласен с моими планами — никакие трудности нас не испугают. Начнем все сначала… Продадим машину, коллекцию твоих марок, а если понадобится, и нашу кооперативную квартиру.

Т а м а ш (вспылив). Неужели ты не понимаешь, что этого нельзя допустить? Мы обносимся, опустимся. Пойми, кто, очутившись в трудном положении, безропотно покоряется судьбе, тот человек пропащий.

Е в а. Я тоже не хочу стать безликим человеком и смириться с невыносимым положением, которое досталось мне в удел в нашем браке.

Т а м а ш. Ты играешь словами.

Е в а. Так ответь — тебе нужен мой заработок или я?

Т а м а ш. Зачем ты меня обижаешь?

Е в а. Если ты считаешь, что тебе нужна я… если, как ты выразился, я одним своим присутствием буду тебе полезной… я не могу допустить, чтобы ты жил по-прежнему, я не позволю тебе уйти в свою скорлупу, укрыться за каким-нибудь неприметным письменным столом… Иного выхода я не вижу, и жизнь свою с тобой я представляю только так: ты изменишь, пересмотришь свое отношение к людям. Если же этого не произойдет, значит, ты не изменишь своего отношения и ко мне.

Т а м а ш. Короче говоря, с чего, по-твоему, я должен начать?

Е в а. Пойти к Понграцу.

Т а м а ш (насмешливо). И снова выслушивать его нудные нотации, дескать, вот ты, безжалостный эгоист, равнодушный человек, черствый сухарь и т. д.?

Е в а. Все, что ты ему скажешь, ты решишь сам. Ты должен остаться в тресте. Конечно, рано или поздно тебя примут куда-нибудь на работу даже с взысканием, занесенным в трудовую книжку. Но я считаю, что ты должен остаться на прежнем месте, где работал до сих пор, даже если понизят в должности. Я на этом настаиваю, таково мое условие.

Т а м а ш. К чему все это?

Звонок.

Е в а. Это, должно быть, Андреа, пойду открою дверь. (Выходит, затем возвращается с Андреа.) Да, это в самом деле она.

А н д р е а (с тех пор как мы видели ее, прежняя застенчивость уступила место чувству собственного достоинства. Непринужденно приветствует Тамаша). Добрый день!

Т а м а ш. Добрый день, милая Андреа. (Пододвигает ей стул.) Садитесь, пожалуйста.

А н д р е а. Благодарю… (С иронией.) Но нынче я пришла к Еве.

Т а м а ш. Знаю… Сегодня вы не ко мне, а к Еве. И все-таки присядьте.

Е в а (Андреа). Садись, раз уж ему так хочется.

Андреа садится.

Т а м а ш (очень тихо). Милая Андреа, я задержал вас на минутку, чтоб попросить у вас прощения.

А н д р е а (в хорошем настроении). У меня? За что?

Т а м а ш. Когда вы в прошлый раз сюда приходили, я был с вами довольно сух и неприветлив.

А н д р е а. Ну, раз уж на то пошло — вы тогда разговаривали со мной далеко не лучшим образом.

Т а м а ш. Вы тогда на меня обиделись?

А н д р е а. Какое это имеет теперь значение?

Т а м а ш. Вы можете мне ответить правду, если я спрошу — вы человек с верой?

А н д р е а. Как это понять?

Т а м а ш. А вот так — вы способны верить во что-нибудь?

А н д р е а. Без веры нельзя жить… Кстати, что вы имеете в виду? Веру в религиозные догмы?

Т а м а ш. Нет, не религию.

А н д р е а. Понимаю. Я и сама далека от этих мыслей.

Е в а (Тамашу). Чего ты от