Короли карантина - Кэролайн Пекхэм

Я собираюсь заставить тебя захотеть быть моей, Татум. Ты будешь хотеть этого так сильно, что это сожжет тебя изнутри, и когда мы вдвоем нырнем в этот огонь, он будет гореть жарче, чем самые глубокие ямы ада.

— Киан, — простонала она, и я не был уверен, что она вообще была достаточно вменяема, чтобы понять, что я ей говорил, пока я доводил удовольствие в ее теле до предела. Я чувствовал, как она становится все туже, по мере того как я продолжал накачивать и кружить, оргазм танцуя подкрадывался все ближе и ближе к ней, по мере того как она отдавалась мне.

— Скажи мне, что ты хочешь этого, детка, — предложил я, мои собственные мышцы напряглись, когда я почувствовал, как ее оргазм нарастает в каждом месте, где ее тело касалось моего.

— Да, — выдохнула она, задыхаясь. — Я хочу этого. Я хочу тебя.

Я застонал в ее шею и почувствовал вкус ее сладкой плоти под своим языком, когда надавил большим пальцем на ее клитор, и она вскрикнула, когда удовольствие озарило ее тело, и она прижалась ко мне.

Мотоцикл накренился влево, и я отдернул руку от ее трусиков, когда снова схватил его, выравнивая нас как раз перед тем, как мы могли врезаться.

Она откинула голову мне на плечо, тяжело дыша, и я не смог удержаться, чтобы не прикусить это сладкое местечко у основания ее шеи, так что она снова вскрикнула, боль от моих зубов, впившихся в ее кожу, усилила удовольствие, которое я ей подарил.

— Черт, — выдохнула она, и я мрачно рассмеялся, снова выжимая газ обратно, мотоцикл затормозил, заставляя ее кричать мне вслед. Да, я мог бы по-настоящему привыкнуть владеть этой дикой девушкой.

Мы проехали остаток пути обратно в кампус, и я снова спрятал свой байк, прежде чем снять ее с него и застегнуть ширинку.

Она бросила на меня исподлобья взгляд, который сказал мне, насколько это было приятно, и я ухмыльнулся ей, проверяя время на своем телефоне.

— Уже почти полночь, — выругался я. — Пошли. — Я проигнорировал бесчисленные сообщения от Сэйнта и Блейка, требовавших сообщить, где мы находимся, и побежал с ней обратно к воротам.

Портер впустил нас с суровым видом, и мы продолжали бежать всю дорогу до Храма.

Прежде чем мы успели направиться по дорожке к парадной двери церкви, я затащил ее в заросли деревьев на заднем дворе и подвел к своему окну, распахнув его настежь.

Мы слышали, как Сэйнт ругался из-за двери моей спальни, и я хихикнул, закрывая за нами окно и прижимая палец к губам.

Татум улыбнулась, промолчав, и я быстро запер дверь, прежде чем направиться в ванную.

— Ты хочешь сегодня поспать в настоящей кровати, детка? — Тихо предложил я, хватая ее сумку из ванны и забрасывая ее в свою комнату.

— Я не буду трахать тебя, Киан, — выдохнула она, бросив на меня взгляд, который говорил, что она с радостью использовала бы меня, чтобы получить удовольствие, но мне так не повезет в ближайшее время.

— Я знаю, — ухмыльнулся я ей. — Это всего лишь невинная постель между хозяином и домашним питомцем. Я даже снова могу засунуть в тебя пальцы, если ты думаешь, что на этот раз сможешь вести себя тихо?

— Никаких шансов, — прошипела она.

— Да, ты права, ты бы не смогла удержаться от того, чтобы снова вот так не кричать мое имя.

Она свирепо смотрела на меня, пока я чистил зубы, прежде чем снять с себя окровавленную материю и бросить ее на пол. Я вытер остатки крови мочалкой и предложил ее ей следующей.

Она приняла ее и быстро начала очищать свою кожу, когда я нырнул обратно в свою комнату. Я разделся полностью до боксеров, распустил волосы и лег в постель.

Татум появилась мгновением позже, явно решив, что ночь в моей постели лучше, чем эта гребаная ванна, и закрыла за собой дверь ванной, погрузив нас в темноту.

— Ты можешь одолжить одну из моих футболок, чтобы поспать в ней, — предложил я, указывая на свой шкаф.

Она направилась к нему, и я наблюдал за ней в тусклом лунном свете, который проникал через мое окно, пока она снимала с себя все, кроме нижнего белья, и натягивала мою футболку. Она доходила ей до середины бедра и выглядела на ней до глупости хорошо, когда она придвинулась ближе и скользнула в мою постель.

— Ты же не собираешься пырнуть меня ножом ночью? — Прошипела она, и я послушно вытащил охотничий нож из-под подушки, прежде чем бросить его на тумбочку.

— Во всяком случае, не ножом, — поддразнил я.

Ее взгляд упал на мой член, который все еще был твердым как камень под боксерами, и он дернулся от внимания.

— Хочешь поболтать с ним? — Предложил я, задаваясь вопросом, смогу ли я избежать того, что эта задница будет прижиматься ко мне всю ночь.

— Ни за что на свете, — проворчала она, и я вздохнул, прежде чем укрыть нас одеялом.

— Тогда спокойной ночи, детка.

Она не ответила, и я долго лежал так, ожидая, пока она заснет, прежде чем перекинуться поперек матраса и поднять телефон, чтобы сделать селфи нас двоих в моей постели.

Я быстро написал сообщение для группового чата, включая кучу фотографий с сегодняшнего вечера, чтобы показать остальным, где мы были, а затем настроил это на отправку в шесть утра, как раз когда Сэйнт проснется.

Я рассмеялся про себя, закрыв глаза и откинувшись на подушки.

Когда Сэйнт увидит это дерьмо, он взорвется. И я действительно не мог дождаться, чтобы увидеть, что он сделает, когда это произойдет.

Тепло горячего тела звало меня, и я придвинулась к нему в своем сонном состоянии. Я так хорошо не спала с тех пор, как… Я даже не могла вспомнить когда. Мои пальцы коснулись твердой плоти, а бедро прижалось к нему, пока я искала еще больше тепла. Его рука скользнула вокруг меня, притягивая ближе за задницу, и мои глаза распахнулись, реальность хлестнула меня, когда я посмотрела на Ночного Стража, с которым была связана.

Он все еще крепко спал, его лицо было всего в дюйме от моего, и, хотя я уже собиралась высвободиться из его объятий, я внезапно была очарована возможностью смотреть на него вот так, пока он был так неподвижен. Черты его лица были грубыми и темными, и обычно резкие черты смягчались во сне. Я не хотела признавать этого, но прошлая ночь была самой веселой за