В глазах бесконечности - Яна Янина

Амай пнула противника в живот, от чего тот вынуждено сделал несколько шагов назад. В ту же секунду девушка почувствовала разрез, который уничтожил её щит одним махом. Сама она осталась цела, но надолго ли? Мечница не стала медлить. Она активировала одну из скопированных техник. Ветер вокруг начал подбрасывать в воздух камни и бетон от недавно разрушенного здания, те плотной волной мчались в Сукуну. Противник ловко разрезал их техникой и уворачивался. На лице проклятого держалась надменная ухмылка, которую Амай очень хотелось стереть.

Притаившись за очередным булыжником, летящим во врага, Амай внезапно выскочила и нанесла удар. Девушке удалось разрезать плечо Сукуны, от чего улыбка на лице того дёрнулась. Красноволосая приготовилась к новому удару, но была схвачена за шею. Хватка Двуликого оказалась довольно сильной, пальцы сжимали горло и не давали дышать. В ту же секунду он впечатал девушку в стену, на мгновение Амай ощутила, что теряет сознание, но смогла выдержать удар. Красные зрачки врага смотрели на неё, изучали и чего-то ожидали. Мечница дёргалась, будто тряпичная кукла, но не могла освободиться от хватки. Она попыталась ударить катаной. Сукуна схватил лезвие второй рукой, оставляя на мече кровавые следы от ран. Ему понадобилось приложить усилие, чтобы сломать лезвие напополам. В этот момент что-то внутри Амай тоже надломилось, её глаза расширились, она ощутила страх. Ведь шея может быть так же сломана, как и клинок катаны.

— Я наигрался. Пришла пора умирать, — под гнётом его взгляда Амай ничего, кроме ярости и страха, не ощущала. Она будет сражаться до последнего.

Девушка хотела активировать технику, которую скопировала у шамана-кукловода несколько лет назад. Тот мог проникать в души людей и заклинателей. Красноволосая не желала трогать чёрную душу проклятого, но другого выбора не видела.

— Обратное вращение! Голубой! — послышалось позади.

Краем глаза Амай увидела летящий на них голубой шар, который втягивал в себя всё — куски от разрушенных зданий, мусор, мелкие предметы. Воронка расширялась и двигалась в сторону Сукуны. Он тут же исчез. Понимая, что не успеет, красноволосая применила простую территорию, которая спасла её от техники и последствий. Вокруг всё озарилось синим цветом, пульсирующая взрывная волна прошлась по территории, разрушая уцелевшие строения и вырывая асфальт на шоссе.

После осевшей пыли Амай увидела Саеми, та защищалась от ударов Сукуны. Проклятый переключился на сестру Годжо, от чего сердце у красноволосой защемило. Она быстро залечила свои раны, сокрушенно посмотрела на сломанную катану — половина лезвия было переломано, и вновь бросилась в бой.

— Ты ещё кто такая? — спрашивал Двуликий.

— Я та, кто отправит тебя в могилу, урод!

Слова Саеми только позабавили Сукуну, он тут же пустил в ход рассечение. В этот момент Амай появилась перед девушкой, приняв все разрезы на себя. Благодаря укреплённому проклятой энергией телу, порезы оказались неглубокими. Но неприятные ощущения остро ощущались и ныли. Кровь застилала обзор, кажется, Амай разрезали лоб, с которого теперь лилась кровь на глаза.

«Сколько ещё ты готова выдержать, чтобы спасти их? Ты готова пожертвовать своей жизнью ради учеников?» — пронеслись в голове чужие слова.

* * *

Во время ночёвки в заброшенном отеле к Амай постучались ранним утром. Она потёрла сонные глаза и еле поднявшись с кровати, открыла незваному гостю. Хейдзё выглядел так, будто не спал ближайшие часы. Он без спроса вошёл внутрь и присел на край кровати. Красноволосая вопросительно на него посмотрела.

— Если ты пришёл, чтобы учить меня — время не самое лучшее. Нам скоро выступать, я бы хотела поспать ещё.

— Нет, потомок, я хочу поговорить с тобой.

— Я слушаю, — Амай прислонилась к стене напротив кровати.

— Вокруг тебя много юных шаманов, но их сила оставляет желать лучшего. Почему ты не бросишь их? В древности не было таких слабых заклинателей, мы тренировались почти с рождения и слабые отсеивались, погибая в битвах.

— Мы живём в современном мире и законы древности здесь не работают, — раздражительно ответила девушка, ей не нравилось в какое русло идёт разговор.

— Ты обучаешь их недостаточно хорошо. Кажется, ученикам не хватает дисциплины. Они не готовы к битве с Сукуной.

— Им не придётся сражаться с ним.

— Ты уверенна в этом, потомок? Ситуация может обернуться не в вашу сторону. Сукуна — древний заклинатель, который не посмотрит на возраст. Ему всё равно, кто перед ним. Он уничтожит любого на своём пути.

— Я не позволю ему сделать это, — красноволосая нахмурилась. — А теперь, если ты закончил — уходи. Мне надо поспать.

— Ты сражаешься за них, защищаешь их. И не думаешь о себе, — Хейдзё встал с кровати. — Однажды ты пожалеешь о пути, который выбрала.

— Не пожалею, — заклинательница открыла дверь для мужчины, она терпеливо ждала, когда тот уйдёт. — Я поклялась защищать моих учеников и сделаю всё, чтобы их будущее было беззаботным.

— Будущее уже наступило, Амай-сан. Посмотри, что происходит вокруг. Они уже не дети, война между шаманами поменяла их. Ты разве не видишь?

— Я не откажусь от своей цели.

— Упрямая, — усмехнулся самурай. — Сколько ещё ты готова выдержать, чтобы спасти их? Ты готова пожертвовать своей жизнью ради учеников?

— Я готова, — с уверенностью в голосе ответила она.

— И ты пожертвуешь своим будущим, чтобы они жили в мире и спокойствии? Кланом Такацудзи?

— Я сделаю всё ради своей цели. И неважно, что будет поставлено на кон. Эти ученики — все, что осталось от магического мира. И мы обязаны сохранить их. Сделать так, чтобы они не страдали, как предыдущие поколения. И если для этого понадобиться пожертвовать собой или истребить разом все проклятия — я готова пойти на такой риск. Разговор закончен.

Как только Такацудзи-старший вышел, Амай захлопнула дверь. Она вернулась в кровать, но знала, что теперь не уснёт. Девушка понимала на какой риск идёт, защищая студентов. Она искренне желала помочь, прекратить хаос, творящийся вокруг и спасти всех, кого сможет. Хоть и понимала, что невозможно уберечь каждого, но красноволосая поклялась себе, что сделает всё, что в её силах. Она разделяла идеи Сатору, который думал точно так же. В этот момент так сильно не хватало сильнейшего шамана рядом.

* * *

— Амай-сан! — испуганный голос сестры Годжо придавал новых сил. Амай вспомнила, что сражаться надо не из ярости или мести. А чтобы защитить остальных.

Мечница приняла защитную стойку, несмотря на сломанный меч, им всё ещё можно сражаться, но уже, как кинжалом. Сукуна, видя такую отверженность, засмеялся.

— Думаешь, что сможешь убить меня этой зубочисткой?

— Саеми, атакуем одновременно.

Беловолосая только кивнула. Амай