Чемпион. Второй пояс - Михаил Павлович Игнатов

Мысль, что дизирцы побеспокоились о них, вручив ему возвышалку и даже притащили ради этого мастера Указов огромной силы — мелькает и тут же исчезает.

Тем слаще разрушить все их усилия.

Пять вдохов. Ветер рвёт полы халата, бросает в глаза пыль. Мои змеи лишь расплёскиваются о грудь дизирца, не в силах преодолеть его защиты.

Десять вдохов. Ветер гудит, стачивает плиты ринга, разгоняет каменную крошку, пытаясь сточить ей и меня.

Я лишь щурюсь, да, наконец, толкаю из средоточия волну силы. Так же, как делал это сотни, тысячи, десятки и сотни тысяч раз до этого. Воином, Мастером.

Теперь я Предводитель.

Волна силы прокатывается по телу, достигает поверхности кожи и замирает, делая моё тело крепче во много раз и не спеша откатываться назад.

Теперь это случится только по моему желанию.

Я пока — не желаю и не считаю вдохи времени — я больше не притворяюсь Мастером.

Каменная крошка бессильно рвёт халат, стегает меня по лицу, но теперь я даже не прикрываю глаз. Пустое.

Двадцать вдохов, и очередной змей вдруг погружается в тело дизирца.

Ещё вдох и тот содрогается всем телом, позабыв о техниках, обхватывает себя руками и заходится в кашле. Кровавом.

Забывает он и о защите. Звёздный Клинок пронзает его раз, другой, тре…

Бьёт гонг.

С трудом выходит сорвать технику, она неприятно саднит в меридианах, но раз схватка остановлена, то есть ли у меня выбор?

Огромный вихрь, который трепал меня, замедляется, опадает, засыпая ринг тонким слоем песка, в который сточил плиты под моими ногами.

— Победа Ордена!

А были сомнения?

Не отказываю себе в удовольствии уязвить Дизир:

— Похоже, силой вы своих парней наполнили под завязку, а вот с умением не вышло. Ишь, как сорвалась у него техника, даже телу несладко пришлось.

Дизирец пытается что-то сказать, но лишь снова заходится в мучительном кашле, а на губах у него лопаются кровавые пузыри.

Да, приятель, тебе лучше помолчать. Твои Указы тоже уже мои, и Ярость пройдёт через пару сотен вдохов, а к ночи исчезнут и сами Указы. Пусть Реган проверит, мастер Указов клана Дизир приехал в город Меча или нет.

Четверо ещё стоят рядом с Кетотом. И снова на ринг ступает не он.

Бедолаги служители, которые выскочили привести ринг в порядок, растерянно замирают, не зная, продолжать им восстанавливать плиты или бежать прочь и не мешать схватке.

Короткий рык распорядителя Дизир заставляет их буквально подскочить:

— Живей! Ну! Считаю до двадцати, и площадка готова для битв. Ваш Орден лишь зря тянет время!

Я согласно киваю:

— Да, не будем терять времени. Парни, можете не рвать жилы. Разве может мне помешать песок?

Отворачиваюсь от дизирца и неспешно шагаю на свою сторону, в сторону флага Ордена, к той отметке, с которой должна начинаться схватка.

Управляюсь тоже за двадцать вдохов.

Разворачиваюсь к дизирцу лицом.

Не сказал бы, что за это время ринг стал как новый, но песка под сапогами стало точно меньше.

За границу выскакивает последний из служителей, неспешно разгорается формация защиты.

Проверка. Гонг.

В этот раз я срываюсь с места изо всех сил. Изо всех, которые позволяет Рывок, наполненный силой так, что трещат меридианы. Старая, но хорошая, отточенная до предела техника переносит меня вплотную к дизирцу, заставляя его позабыть о своих трёх. Обращения гаснут, когда он вынужден отбивать удар Крушителя, сменяются, едва я наседаю на него.

Пусть ты и Предводитель, но не так-то легко защищаться и одновременно наполнять энергией несколько десятков узлов земной техники. Или же духовной?

Я не знаю. Не знаю, что за технику используют дизирцы. Могу лишь предположить, что она земная самое меньшее.

И что на первые её созвездия нужно хотя бы пару вдохов спокойствия, которых я не собираюсь давать.

Плети, Звёздный Клинок, Семь Клинков — я давлю на дизирца, заставляя его отступать, тратить время на защиту, вливать энергию в оружейную технику, чтобы не заполучить пару дыр в теле.

А ещё я давлю духовной силой и стихией на дизирца.

И если первая лишь разрушает техники, которые он то и дело пытается использовать, то вторая буквально разъедает защиту дизирца.

Я вижу серое облако вокруг него, я вижу, как моя стихия продавливает, прогрызает его, с каждым вдохом оказываюсь всё ближе и ближе к его телу.

Ухмыляюсь в лицо дизирцу. Когда ещё выпадет возможность сразиться лицо к лицу с равным мне Предводителем и не опасаться за свою жизнь? Прошлый раз мне пришлось бежать, раз за разом получая удары в спину.

Дизирец, кстати, хорош. Как бы я ни давил, но он успевает отбивать мои удары и даже наполнил одну из техник, которые я изначально ему сбил.

Под ногами его разгорается земное обращение, и тут же серое облако его защиты резко разрастается, отжимает мою синюю пыль от себя на шаг. Теперь наши защиты давят друг на друга там же, где и сталь.

Шаг вперёд, Крушитель давит на меч, со скрежетом отжимает его в сторону, ещё шаг вперёд, древко идёт вверх и влево, отжимая уже руку дизирца. Я вплотную, я вдавливаюсь в защиту дизирца, продавливаю её своим телом, правая рука на миг отпускает древко и впечатывается в грудь дизирца, впечатывает в него змея воды.

Шаг назад и влево, закручивая вокруг дизирца полукруг.

Мгновение я трачу на то, чтобы оценить последствия моего удара, прошедшего в полную мощь.

Никаких?

Никаких. Зато моей крошечной заминки, пустоты в вихре ударов дизирцу хватает на то, чтобы заполнить созвездие и второй техники.

Песок, который не успели убрать служители, вдруг начинает ползти к дизирцу, словно гонимый к нему неощутимым ветром.

Ползёт вверх по сапогам, покрывая дизирца бронёй.

Только эта броня не проявлена силой его техники, а создана из настоящего камня, а значит, не развеивается в моей духовной защите.

Ухмыляюсь про себя. Будет мне урок, не зря распорядитель Дизир заторопил служителей Ордена и не дал им привести ринг в порядок.

Хотя… Есть ли мне разница, какую броню пробивать? Стальную, каменную или броню духовной защиты?

Воздух стонет, не успевая расступаться с пути Крушителя, Звёздный Клинок полосует дизирца, заставляет его пятиться, но я его никуда не отпускал.

Он хорош в техниках, не спорю. Но меч, а тем более схватка кулак в кулак — не его.

Я опускаю руку, касаясь кулаком, в котором сжат Крушитель, кисета. Миг спустя моя рука пуста — Крушитель занимает место в стойке с оружием. Удар