Миф о «застое» - Алексей Владимирович Самсонов

создал в 1969 г. спецрезидентуру КГБ “Фирма”, которая работала под крышей Торгово-промышленной палаты СССР и специализировалась на получении информации от западных бизнесменов, заинтересованных в контрактах с СССР (см. далее раздел «Питовранов, Андропов и Торгово-промышленная палата»). От бизнесменов “Фирма” перешла к установлению контактов с видными западными политиками. Сведения от одного из них – информированного американского политика – напрямую докладывали Андропову. Этот американец сообщал, что посол в Канаде Яковлев сотрудничает с американской разведкой.

Андропов приказал Питовранову перепроверить информацию и получить какие-либо подтверждающие или опровергающие факты. За дело взялось представительство “Фирмы” в Канаде. Как рассказывал Питовранов, те сообщили, что у посла появляются новые дорогие вещи и что он утверждает, будто это подарки знакомых. Траты посла значительно превышали не только зарплату, но даже те средства, которые главы советских диппредставительств обычно умудрялись втихую приватизировать из представительских денег. Для Андропова этого было достаточно. Он поручил подготовить записку Брежневу.

О том, что было дальше, мне задолго до Питовранова рассказывал Виктор Чебриков: “Я помню такой случай. Андропов показал мне записку, с которой он был на докладе у Брежнева. О том, что Яковлев по всем признакам является агентом американской разведки. Леонид Ильич прочёл и сказал: ‘Член ЦРК (Центральной ревизионной комиссии) предателем быть не может’. Андропов при мне порвал эту записку”. “Юрий Владимирович не согласился с Брежневым, – вспоминал Питовранов, – но в споры не полез».

Но на Политбюро предложил снять с должности посла как не справившегося с работой. Однако за Яковлева вступился Суслов. Как рассказывал мне сам Яковлев, тот посмотрел на Андропова и сказал: “А товарища Яковлева послом не КГБ назначал”. И шеф КГБ пошёл на попятный».

Но в узком кругу Андропов говорил о Яковлеве совсем другое. По свидетельству работника аппарата ЦК М.И. Кодина, в 1983 г. возглавлявший Отдел ЦК по работе с заграничными кадрами и выездам за границу Степан Червоненко представил Андропову документы на награждение Яковлева. «Для меня прозорливость и идейную зрелость нового генсека охарактеризовал лучше всего случай с награждением Александра Яковлева. Случай, который известен мне в числе немногих посвящённых ещё тогда в 1983 году, сразу по горячим следам. Дело в том, что в том году Яковлеву, Чрезвычайному и Полномочному послу СССР в Канаде, исполнилось 60 лет. Как водится, отдел загранкадров представил Юрию Владимировичу положенный в таких случаях проект Постановления Политбюро о награждении юбиляра орденом Ленина.

Юрий Владимирович поднял тяжёлый взгляд на Червоненко и глухо проговорил: «Ему не орден Ленина давать надо, а в тюрьму сажать, – и пояснил: – Как председателю КГБ мне не раз поступали оперативные данные, что работает этот деятель не только на наши спецслужбы, ведёт, по меньшей мере, двойную игру”.

“В таком случае, следует немедленно отзывать посла и освобождать от должности”, – резонно заметил Червоненко. “К сожалению, соответствующими документами Комитет не располагает, – признался Андропов. Повисла напряжённая пауза. – Что там у нас есть пониже для награждения?” – генсек невольно вздохнул. “Орден ‘Знак Почёта’, но это уже нижний предел” – подсказал заведующий отделом загранкадров. “Может, всё-таки, орден Дружбы Народов?”» [397; с. 115].

В Москве Яковлев стал самым крутым антиамериканистом, написал книгу «Рах Американа». Ну просто настоящий антиимпериалист!

С этого момента начинается его деятельность, направленная на подготовку «перестройки». Показательно, что почти сразу после приезда из Америки, Яковлев защищает кандидатскую диссертацию на тему «Критика американской буржуазной литературы по вопросу внешней политики США 1953-57 гг.». Диссертация понравилась, и его назначают заведующим сектором Отдела пропаганды ЦК. В июле 1965 г. он становится первым заместителем заведующего отделом. То есть взлёт стремительный – буквально через 6 лет после окончания «стажировки». Почему-то другие инструкторы, которые не прошли курс в Америке, так и остались инструкторами до пенсии. Занимая должность первого зама, в 1967 г. он защищает докторскую диссертацию на тему «Политическая наука США и основные внешнеполитические доктрины американского империализма». В 69-м он становится профессором и сразу – и. о. начальника Отдела пропаганды. (Замечу, что профессор – это учёное звание и должность преподавателя вуза или научного сотрудника научно-исследовательского учреждения. Каким образом Яковлев умудрился стать профессором, не будучи ни первым, ни вторым – это его секрет.)

Яковлев «на внутреннем фронте» стал бороться с «русским национализмом». В. Ганичев, секретарь Союза писателей России, говорил: «Когда в 1971 г. Степаков стал заведующим Отделом пропаганды и поддерживал все наши усилия, его быстро убрали. По слухам, Яковлеву было сказано: ты станешь заведующим, если разгромишь русское движение. А мы в это время печатаем знаменитое “Письмо одиннадцати”. Начинали его писать у меня в кабинете, потом перешли в кабинет к Софронову. Мне сказали: ты не подписывай, ты занимаешь важное место. Его нужно сохранить.

Вот после этого “Письма одиннадцати” Яковлев повёл ответное наступление. Подключил и академика Лихачёва (Масона ещё с 20-х годов. – А. С.) И сам выступил со своей нашумевшей статьей “Против антиисторизма”. Мы решили сопротивляться. Он выступил перед секретарями обкомов и ЦК комсомолов в Академии общественных наук, я там тоже сидел. После статьи Яковлева мы решили сопротивляться, обратились ко многим, в том числе к Шолохову. Как известно, Михаил Шолохов написал своё “русское письмо” к Брежневу, ныне опубликованное в “Завтра”. Были тысячи писем в ЦК от самых видных людей с возмущением по поводу яковлевской статьи. Об этом нам рассказал Воронцов, помощник Суслова. После выхода в “Литературке” статьи Яковлева “Против антиисторизма”, когда было заседание Политбюро, то Брежнев спросил у Суслова: ты читал эту статью, тот сказал: нет, даже не видел. Хотя было трудно предположить, чтобы без ведома Суслова Яковлев пошёл на такую публикацию, да и главный редактор газеты наверняка справлялся. По версии Воронцова, Брежнев сказал: ну если тот публикует без спроса такие вещи, ссорит нас с нашей интеллигенцией, – убрать этого засранца. Его назначают первым заместителем главного редактора “Профиздата”. Но в этот же вечер Яковлев ложится в больницу, три месяца там лежит, за это время проходит усиленная обработка нашего мягкотелого генсека, в итоге Яковлев едет послом в Канаду» [ «Завтра», 2002, май]. (Напомню, что рекомендовал направить Яковлева послом в Канаду советник Андропова Георгий Арбатов.)

Да, Яковлев с Брежневым не посоветовался, он посоветовался с другими. Эта статья была опубликована по заданию сионистской Антидиффамационной лиги (АДЛ). Цель лиги: смещения редакторов периодических изданий и компрометация русских писателей. Уже тогда Яковлев был одной из ключевых фигур АДЛ в СССР. Имеются сведения о том, что через Яковлева к деятельности в АДЛ были привлечены Арбатов, Примаков, Ковалёв (зам. министра иностранных дел СССР), Беляев (главный редактор «Советской культуры»), Калтахчан (сотрудник аппарата ЦК, эксперт по нацотношениям).