Тайна из тайн - Дэн Браун

меньшим усилием. Подняв голову, она увидела, как второй солдат перевел ствол на нее.

— Документы! — рявкнул он. — Немедленно!

Лэнгдон щурясь осмотрелся и увидел именно то, чего опасался — тщательно охраняемый строительный въезд, который они видели ранее, огороженный треугольником забора.

— Документы! — повторил солдат, делая шаг вперед. — Вам дается ровно...

— СТОЯТЬ, СОЛДАТ! — раздался властный американский голос сверху наклонной дороги. Важный морской пехотинец в парадной синей форме шагал вниз по склону. — ОНИ СО МНОЙ!

Ошарашенные охранники отступили от Лэнгдона и Кэтрин, обратились к пехотинцу, который, судя по всему, был старше по званию. Их разговор был краток, и оба солдата, явно недовольные тем, что их проигнорировали, отступили вверх по склону.

Лэнгдон был рад, что на него больше не направлены стволы, но теперь он опасался, что они с Кэтрин попали в еще более серьезную ситуацию.

Кто этот морпех? Из ЦРУ? Один из приспешников Финча?

Когда солдаты ушли, суровая манера пехотинца смягчилась, его дружелюбное выражение лица теперь контрастировало с чопорной формой. — Мистер Лэнгдон... мисс Соломон, — сказал он, помогая им подняться. — Я Скотт Кербл. Я работаю на посла Нагеля.

Лэнгдон надеялся, что он говорит правду. — Нам нужно увидеть ее немедленно.

Морпех уже собирался ответить, когда один из армейских охранников снова спустился по склону, сделал снимок всех троих и затем снова поднялся, набирая номер по ходу.

Кербл выругался себе под нос. — Мне нужно срочно вас отсюда вывезти.

— В посольство? — спросил Лэнгдон.

— Обсудим это в машине, — сказал он, направляясь вверх по склону. — За мной.

Обсудим? Эта фраза заставила Лэнгдона насторожиться. — Вообще-то, прежде чем куда-то идти, мы хотели бы поговорить с послом Нагелем.

— Согласна, — сказала Кэтрин. — Если мы...

— Послушайте оба, — резко оборвал их морпех, разворачиваясь к ним и подаваясь ближе; дружелюбие исчезло. — Посол задержан по приказу самого директора ЦРУ. И я почти уверен, что вы следующие в его списке.

ГЛАВА 119

За рулём посольского седана Скотт Кербл мчался на север вдоль реки, возвращаясь обратно. В противоположном направлении спешили к парку Фолиманка машины спасателей.

Спасать уже нечего, подумал он.

На заднем сиденье Лэнгдон и Соломон погрузились в оглушённое молчание, увидев масштабы разрушений, которым они чудом избежали. От бомбоубежища осталась лишь зияющая пустота глубиной в несколько этажей, заваленная грудами камней, земли, искорёженного бетона и перекрученной арматуры.

Кербл не мог понять, что вызвало такой необычный взрыв. Насколько он мог судить, не было ни огня, ни высокой температуры — только холод. Ему было известно, что это бомбоубежище советских времён последние пару лет реставрировал Корпус инженеров американской армии, и уж точно там не должно было быть никаких взрывчатых веществ.

"Куда вы нас везёте?" — спросил Лэнгдон с заднего сиденья.

Хороший вопрос,подумал Кербл. Он ещё не до конца разобрался в ситуации, но знал, что между послом Нагель и директором ЦРУ Джадд идёт борьба за власть, и Лэнгдон с Соломон почему-то оказались в её эпицентре.

После взрыва, спускаясь с холма, Кербл позвонил Нагель, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. Она как раз говорила с директором. Когда Кербл пояснил, что толчок был не землетрясением, а взрывом под парком Фолиманка, первые слова Нагель, странным образом, были вопросом о местоположении Лэнгдона и Соломон. Она приказала Керблу ехать на место и искать их.

Что бы ни происходило между послом и директором ЦРУ, Кербл уже час назад выбрал сторону, когда в мгновение ока решил тайно вынести дипломатическую почту Нагель из посольства. Это оказалось своевременным решением — директор почти сразу приказал обыскать апартаменты посла и её ближайших сотрудников, включая самого Кербла.

Оставь я почту у себя… и сейчас она была бы у ЦРУ.

Направляясь к посольству, Кербл полагался на инстинкты: если его машину отслеживают, то передача Лэнгдона и Соломон в руки директора ЦРУ явно не была бы желательной для Нагель. Он также чувствовал, что американцы на заднем сиденье многое от него скрывают.

"Нам нужно уходить", — заявил Лэнгдон, и в его голосе, несмотря на обстоятельства, прозвучала неожиданная властность. — "Я не могу вдаваться в подробности, но поверьте: ваш посол в смертельной опасности — особенно если директор ЦРУ её задержал".

Смертельной опасности? Кербл хорошо знал репутацию Грегори Джадда, который в вопросах национальной безопасности не церемонился.Но неужели он действительно способен причинить вред послу? Кербл хотел упомянуть диппочту, которую директор так рьяно искал, но указания посла насчёт неё были однозначны. Никому ни слова.

"Если посол хочет пережить это — физически или политически, — сказал Лэнгдон, — то, я считаю, осталось только одно, что может ей помочь. И я полагаю, что могу это найти".

Несмотря на смелость заявления, Кербл почувствовал, что этот человек по крайней мере верит в то, что говорит. "Что именно вы ищете?"

"Это не что, — ответил Лэнгдон. — Это кто".

Кербл взглянул в зеркало заднего вида, встретившись глазами с профессором.

"Кто?"

"Её зовут Саша Весна, — сказал Лэнгдон, — и всё, что нужно послу, чтобы пережить этот шторм, находится в голове Саши".

Роберт знает, как найти Сашу?

На мгновение Кэтрин показалось, что Лэнгдон блефует, но его уверенный кивок говорил об обратном.

Найти Сашу — ключ ко всему...

Гораздо убедительнее, чем утерянная при взрыве папка, сама Саша являлась неопровержимым доказательством существования "Порога". Одно сканирование мозга докажет не только реальность имплантата, но и то, что ЦРУ обманом сделало молодую русскую пациентку психиатрической клиники подопытным кроликом.

Теперь найти Сашу стало ещё важнее — разрушение "Порога" сделало их шаткое положение ещё опаснее. ЦРУ перешло в режим ликвидации последствий, и с учётом того, что все улики чудесным образом оказались погребены под парком, агентство постарается максимально быстро "зачистить" все хвосты.

Мы с Робертом точно попадаем в категорию нерешённых вопросов, понимала она.

Как и Саша Весна с Дмитрием Сысевичем.

Кэтрин представила того загадочного человека в плаще, которого они видели в

"Пороге". Он назвался "защитником Саши" и почти наверняка был Сысевичем — тем самым темноволосым русским эпилептиком, которого, как и Сашу, забрали из клиники. Его медицинская карточка на первый взгляд наводила на мысль о смерти, но сейчас стало ясно, что с ним произошло нечто иное. Возможно, он смог вырваться. Как бы то ни было, именно у Дмитрия были все причины вернуться и стереть с лица земли место, где