Витебский вокзал, или Вечерние прогулки через годы - Давид Симанович

9 мая. Этот город со старою ратушей, на которой куранты спешат, был рожден под весеннею радугой больше тысячелетья назад. Над Двиною и Витьбою быстрою, под шагаловским цветом небес, все он выстрадал, выдюжил, выстоял, и, как Феникс, из пепла воскрес.

18 мая. Минск. Ислочь. Конгресс ПЕН-центра. Ночью – гроза. С Быковым несколько коротких разговоров об Израиле. Он позвал, и мы сидели на скамейке, появился Буравкин. Вместе. И вдруг Василь сказал, что ему стало плохо. Давление: 70×60. И его увезли… Мое выступление на конгрессе "Витебск, Марк Шагал и тоталитарная система" - приняли очень хорошо.

25 мая. На оргкомитете по Шагаловским делам. Денег на чтения не отпустили. Принял решение: IV Международные Шагаловские чтения будут телевизионными! И я ни от кого не завишу. Кибисов: "Д. Г., вы хорошо придумали. Это еще лучше – тысячи зрителей-слушателей…"

4 июня. В театре на Днях культуры Латвии. Читал стихи из "Латышской тетради". Встала Вия Артмане: "Давид, дорогой, спасибо…" И долго с любовью говорила… Подписал ей книжку… Вечером дома начал рассказывать Эм о встрече, а она прервала и стала говорить о призраках, которые меня тут держат… И какие это "призраки"? Это моя жизнь! И она такая, а не другая…

8 июня. В худ. музее - вечер памяти Юрия Пэна. Читал "На Семеновском кладбище старом".

18 июня. Послал телеграмму: "Не ради выкрика, не для парада гласом Быкова глаголет правда, она окопная, она седая, трижды растоптанная, вечно живая. Она великая, из пламя и света. Василю Быкову - многая лета!"

20 июня. С Борисом Заборовым, который приехал на пленэр, и представителем "Джойнта" - по Шагаловскимм местам. "Джойнт" готов издать мои еврейские стихи и "Дневник Шагаловского года". Так я им и поверил!..

27 июня. Был звонок - газета "Вашингтон пост": разговор длился 45 минут, отвечал на вопросы, читал куски из Дневника, стихи, рассказывал историю возвращения Шагала.

4 июля. На открытии фотовыставки Розы Бен-цви "Израиль - мой дом" читал новые стихи. Вел круглый стол "Здесь осталась его душа". Сначала рассказал о телечтениях, потом для "затравки" прочел доклад "Витебск, Марк Шагал и тоталитарная система". Все "раскочегарились" - и пошло-поехало: о музее, о еврейской культуре, о районе застройки, о приобретении картин… Вечером Борис пожаловался мне на горло - и с ним к нам на чай, и Эм его лечила какими-то израильскими снадобьями и вместе пошли на праздник открытия выставки.

5 июля. День на теплоходе по Двине. С Мишей, Борисом и Олегом Сурским на палубе, на берегу. Разговоры о Шагале.

6 июля. У памятника прочел стихи, провел маленький митинг, с Заборовым поставили цветы. И он хорошо сказал, что здесь, на Покровской, "присутствует частица миросозидательной духовной энергии художника Марка Шагала, которая нас объединяет". Закрытие Дней в театре на малой сцене. Читал "Я - из Витебска", "И сказал Шагал". Министр иностранных дел Кравченко громко: "Вот духовный отец всех шагаловских праздников…"

11 июля. По телефону о 24-м - открытии памятника Короткевичу. Сначала с Рыгором. Потом набрал Быкова. Все шло хорошо до момента, когда я сказал, что это будет на "Славянском базаре"… Василь: "Тогда я не поеду… Я тебя люблю… Всегда по твоему звонку приезжал на Шагаловские дни… А на "базар" не поеду…"

Я не уговаривал. Это взялся сделать Буравкин, который сразу согласился приехать… Зуенок - тоже. Осадок от разговора с Василем. Но ведь это его позиция…

13 июля. Звонила Валентина Аксак: она переводит из "Дневника Шагаловского года" для "Беларуси".

20 июля. Буравкин: Быков не приедет, он считает, что не может быть открытие памятника Короткевичу под песни Киркорова и Пугачевой. И Бородулин тоже не приедет, он согласеи с Быковым.

24 июля. Рано утром - колокольчик Лены: у них все хорошо, ждут… Мальчика!.. На открытии памятника Короткевичу - Зуенок, Буравкин. Читал "Опять на планете ночами бессонными" и продолжил, объединив три памятника. Судьбе было угодно распорядиться так, чтобы на этой древней витебской земле, где веками жили рядом белорусы, русские, евреи, в городе над Двиной поднялись три памятника сыновьям трех народов. И я горжусь, что причастен к этому и что сбылась моя давняя мечта.

В древнем Витебске время настало: средь беды - торжество красоты. И опять на меня с высоты смотрит Пушкин светло и устало. И опять, как и прежде, чисты эти синие выси Шагала. А истории зримой черты Короткевича муза связала, чтобы предков не стерлись следы, чтобы память потомкам сияла.

Спасибо судьбе за то, что в тяжкую годину с нами вместе, нас вдохновляют и объединяют Александр Пушкин, Марк Шагал и Владимир Короткевич!

5 августа. На выставке Репина, посвященной 150-летию, читал фрагмент из "Осеннего букета" и "Репин в Здравневе".

8 августа. У Пушкина. VI-й праздник поэзии. Попкович, Конопелько. Я: дороги, отклик, память. Считал: 150 человек… А Пушкинской дороге нет конца. И, не старея, вечно молодая, Поэзия проходит сквозь сердца, в суровый час людей объединяя.

24 августа. Читаю (в кот. раз!) "Айвенго", роман, который очень нравился маме. Много подчеркиваю о еврейских судьбах.

30 августа. Поставил себе задачу: прочесть по списку 100 лучших книг. И на склоне лет - ста книг свет!..

4 сентября. Полоцк. Митинг на пл. Скорины. По дороге домой в лесу набрали много грибов. Подвозили Люду Воронову, она вспомнила, как встретила меня в давние времена, и я ей сказал, что вышла новая книжка, она: "Нет денег", я: "На тебе 15 копеек - иди и купи". Пошла и купила. Подумать только: за 15 копеек можно было купить книжку.

11 сентября. Звонок женщины, которая представилась моей читательницей, фамилию не назвала. Сказала, что моя поклонница, и я ей подписывал книжки, так вот она считает, что меня перестанут уважать читатели, если "я не перестану заниматься "умалишенным художником Шагалом…"

14 сентября. Круглый стол "Малевич. Уновис. Современность". Выступал: о стихах Малевича, о Ефиме Рояке.

15 сентября. Для энциклопедии "Память" печатал странички о Пушкинском празднике поэзии. С Кибисовым: если действительно уходит Люба Базан, не сделать ли Музей самостоятельным, отделить от Центра культуры. Кибисов: "А почему бы