Метаморфозы. Тетралогия - Марина и Сергей Дяченко

широкополую шляпу и надел на рыбака, полностью закрыв лицо.

Открылись улицы города. Комнату наполнили стук подков и грохот деревянных башмаков, далекий звон, ржание, дыхание, скрип. У Арсена дрогнули ноздри: в его воображении пахло свежим сеном, деревом дымом.

– А тебя, по-твоему, использовать невозможно? – рассеянно спросил Максим.

– Использовать персонажа – значит просто водить его, щелкать мышкой, – Арсен смотрел, как рыбак в широкополой шляпе идет по улице нарисованного города. – Чтобы использовать человека, надо знать, чего он хочет. Чего боится. Человек настолько сложнее своего компьютерного персонажа…

Максим кивнул:

– Все так думают.

– Они не правы? – осторожно спросил Арсен.

– Конечно. Водить человека легче, чем люди себе представляют.

– Не всякого.

– Всякого, – Максим повернул круглую голову, блеснул воспаленными глазами. – Если ты считаешь, что не поддаешься манипуляции, что в любой момент жизни мыслишь критически, что ты умнее многих – ты на крючке. Тобой уже манипулируют.

– Я знаю.

– Что?

– Что мной манипулируют. Это ты. Ты используешь меня или пытаешься использовать.

– Молодец. – Максим улыбнулся большим тонкогубым ртом. – Если ты плывешь и знаешь, что тебя несет течением, можно бороться с ним, или плыть в сторону, или просто расслабится – вдруг вынесет в подходящее место? Но если ты уверен, что не поддаешься течению, а оно со страшной силой несет тебя, всех вокруг, сносит берега, постройки, машины…

– Жуткая картина.

– Дружище, прежде всего расслабься. Ты в любой момент волен на меня наплевать, а это уж моя забота – сделать так, чтобы ты захотел остаться. Я ведь понимаю, какой стресс ты пережил.

– Я?

– Ты свалился с небес на землю, – продолжал Максим, и глаза его в полумраке сделались темными, шоколадными. – Ты сперва приобрел, а потом потерял настоящую власть. Настоящую, хоть и в виртуальном мире. Был всесильный Министр, стал мальчик-школьник, никто, человек без имени…

– А тебе какое дело? – отозвался Арсен грубее, чем хотел бы.

– Каковы твои планы на будущее? – спросил Максим тоном школьного завуча.

– Ну…

Арсен никогда не знал, что отвечать на этот вопрос. К счастью, ему не так часто его задавали. В детстве проще: «Кем ты хочешь быть?» – «Пожарником!» И все умиляются.

– Нет, серьезно, Арсен. Ты парень не из последних. Судя по опыту Министра… Политика? Бизнес? Что?

– Я не знаю, – промямлил Арсен. – Не решил.

(Он знал наперед, как это будет. Его сообща «поступят» в какой-нибудь крутой вуз, и придется годы напролет киснуть там, занимаясь ерундой, постоянно рискуя быть придавленным чьим-нибудь раздутым самомнением. А потом сидеть в продвинутой конторе, вечно нервничать, изображать улыбку, соблюдать дресс-код, заботиться о статусе, и все это годы, годы, прежде чем удастся достигнуть уровня какого-нибудь Чебурашки. С каким удовольствием он пошел бы в сторожа, чтобы не работать, а день и ночь посвящать игре…)

Он не удержался и вздохнул.

– Понимаю, – вкрадчиво сказал Максим. – Теперь послушай меня. Я предлагаю тебе работу. Очень, очень интересную и денежную. И с колоссальной перспективой.

– Так бывает? – недоверчиво спросил Арсен.

– Забыл? Я тебе рассказывал про нашу контору: мы занимаемся, среди прочего, психологией и социологией сетевых игр. Сотрудничаем с разработчиками. Речь идет о серии игр нового поколения: таких, что рядом с ней «Королевский бал» покажется домиком Барби.

И он взглянул неожиданно остро, исподлобья. Арсен подумал, что в юности Максим, наверное, занимался боксом – не зря такие большие круглые уши так плотно прилегают к голове.

– Так, и все-таки, – неуверенно начал Арсен, – в чем работа-то… заключается?

– Много аспектов. Тестировать игры, испытывать по заданию отдельные фрагменты и свойства. Делать, по сути, почти то же самое, что ты делал своим Министром: жить в игре. Во многих играх.

– Вау, – тихо сказал Арсен, еще неготовый верить своему счастью.

– Вот именно, что «вау». Есть тонкость: я не гарантирую, что ты получишь это место. У нас очень конкурентный бизнес. На одно место в данный момент претендуют несколько десятков человек.

– Мне их заранее жаль, – подумав, сказал Арсен.

Максим рассмеялся:

– Не стоит слишком серьезно ко всему этому относиться, это игра: ты надеешься на выигрыш, но должен быть готов к проигрышу. А если ты победишь… Ты получишь власть, сопоставимую с властью Министра и превосходящую ее. В реале. Здесь и сейчас.

Он обвел комнату широким жестом, будто приглашая Арсена царствовать среди пыльных стеллажей, мониторов и офисных столов.

– Так бывает? – повторил Арсен еще более недоверчиво.

– Уверяю тебя.

Максим перевел взгляд на экран своего ноутбука. Рыбак дошел уже почти до самой рыночной площади и пробирался теперь в толпе.

– Как только сервер не виснет, – пробормотал Максим.

– Почему так много народу?

– Сегодня пятница, время приносить жертву Черной Богине.

– Они до сих пор…

– Да, и каждый раз зрителей все больше.

– Гадость.

– Разумеется. Хочешь посмотреть?

Арсен заколебался.

– Я уже видел. Когда Министр в последний раз шел на Ассамблею…

– И как тебе?

– Очень натуралистично, – признался Арсен. – Не знаю, как они это делают.

– Передовые технологии. – Рыбак, повинуясь едва заметным движениям мышки, продвигался по улице, мощенной крупным булыжником. – Представь, что будет, когда начнется повальное переоснащение: не просто геймерские очки и перчатки, но стенды-тренажеры с полным эффектом присутствия.

– Кому это надо? – Арсен придвинулся ближе, глядя на экран. – Запаришься ведь бегать с мечом. Попробуй заставь очкарика оторвать зад от мягкого кресла и реально помахать боевым молотом…

Рыбак на экране компьютера приближался к площади, огибая препятствия. Толпа с каждым шагом становилась гуще.

– А поставь себя на место очкарика, – предложил Максим. – И представь боевую ярость. Экстаз. Случаются у него в реальной жизни такие переживания? Разумеется, потом у него будет болеть каждая мышца, сгоряча, может быть, и вывихнет себе что-нибудь. Но он будет помнить, каким был сильным. Каким смелым. Даже если его побьют, он будет чувствовать себя временно побежденным героем, а не жалким неудачником, как в жизни.

– Это наркотик.

– Это витамин. Очкарик почувствует своего персонажа – внутри. Пойдет в институт на пары, неожиданно сильный. Внутренне свободный. Интересный женщинам.

– Что-то я не видел у пацанов, любителей стрелялок, особенной внутренней свободы.

– Речь о том, чего нет, но обязательно будет… Гляди, начинается.

На помост перед храмом вышли два нарисованных жреца, и между ними парень лет восемнадцати, толстый и нескладный. Арсен снова поразился качеству прорисовки; этот рыхлый спотыкающийся человек казался чужеродным элементом в игре. Как если бы в глянцевом журнале нашлось место любительскому снимку провинциальной девушки с невыразительным круглым лицом.

– Мне противно смотреть, – сказал Арсен. – Есть в этом какое-то… извращение.

Максим кивнул:

– Согласен… И связь тормозит. Сервер перегружен.

«Вы действительно хотите выйти из игры?» Максим щелкнул подтверждение. Показалась заставка «Королевского бала», Арсен откинулся на спинку