Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

ватной, которая теперь хлестала в корму, резво понесся к невидимому берегу, означенному несколькими огоньками на горизонте.

Б рубке было темно, лишь маленькая лампочка освещала компас. Прожектор светил вперед, волны, разбившись о железо, взлетали вверх и вспыхивали множеством искр. Откуда-то снизу, из темноты, Кирилл достал бутылку, протянул мне:

— Прими лекарство, а то до берега не доживешь, замерзнешь.

Я без всякого удовольствия сделал несколько больших глотков, в желудке сразу же включилась и заработала небольшая обогревательная батарея. Сам капитан пить не стал и повернул голову к Граю:

— Ну, детектив, спрашивай меня, пока есть еще время, как я ухаживал за Ольгой, как она мне отказала, как ходил к ней с дружками, грозил убрать со света любого, кто к ней подойдет.

— И ей грозил?

— А как же? Предупреждал, не отрицаю. Моряку надежная жена нужна, чтобы никто не проверял резинку ее трусиков, рока я здесь уродуюсь.

— Оставим эмоции, перейдем к фактам. Где вы были сегодня до семнадцати часов?

— Поганый вопрос. Поганый. Но врать не стану, в лесу я был. Знал, что она сегодня с татарином уехать должна. Хотел пойти, остановить, да постеснялся. Так по лесу и бродил, никого видеть не хотел.

— Знакомых в лесу не встретили?

— Встретил лося знакомого, да и тог не признал меня.

— Скажите честно, вы убили Ольгу? Ведь все сходится на вас.

— Понимаешь, детектив, мне защищаться сложно. Я не убивал, а доказать не смогу. Бродил я около тех мест, бродил в лесу, но выйти к ее дому так и не решился. Деревенские мужики, они только кажутся наглыми, а на самом деле они застенчивые. Дали тебе от ворот поворот, так чего уж там, сиди в своей берлоге, грызи локоть. А татарву эту я, точно, хотел по затылку угостить «и башку с поганых плеч у татарина отсечь», да ребята отговорили.

— Вы с председателем Поповым были знакомы?

— Кто ж его не знает? Он человек заметный.

— Вам приходилось встречаться, иметь с ним дело?

— Рядом с Поповым живет дед Вася. Перекупщик. Наши ребята ему «левую» рыбу отправляют, а он уже ее садоводам продает. Так вот у этого деда Васи несколько раз я и встречался с Поповым — он большой любитель свежего судака, запеченного в тесте, огромного, чтобы сразу на целый противень. Попов мне индивидуальный заказ дал, а я его выполнил, поймал судака на четыре килограмма.

— Капитан, трудные вопросы вас ждут на берегу, — посочувствовал Грай. — Уголовный розыск, может, уже к пристани подкатил, сидит там инспектор Шестиглазов, почесывает нос блокнотиком, а позади него сержант Григорьев позванивает браслетами.

Кирилл быстро понял:

— Думаете, оба убийства на меня захотят повесить?

Грай промолчал, а рыбак явно занервничал:

— Может, мне лучше развернуть сейнер и к другому берегу Ладоги податься? А там ищи-свищи! Бы лучше меня знаете уголовный розыск, как посоветуете?

— Объявят всероссийский розыск. Скажут: сбежал, значит точно — виновен. Убегать честному человеку бесполезно. Это профессионального убийцу трудно разыскать, он со своей жертвой ничем не связан. А у вас здесь дом, хозяйство, родители. Рано или поздно вы обязательно вернетесь. Тут вас сразу и арестуют, даже в баньке помыться не успеете.

Когда подходили к берегу, судовой прожектор выхватил из темноты милицейскую машину, людей в форме, стоявших около нее.

— Защити меня, Господи, — прошептал Кирилл задрожавшим голосом.

Ловко пришвартовал сейнер, дал короткие указания, как распорядиться сетями да рыбой, спрыгнул на берег. Его встретил инспектор Шестиглазов:

— Кирилл Феоктистов, вы задержаны по подозрению в убийстве Ольги Ангеловой. Не хотите ли что-нибудь сказать?

— А что мне говорить? Вы все равно не поверите.

— Тогда садитесь в машину. После свежего ветра Ладоги неплохо будет познакомиться с ароматом тюремной параши. Некоторых это быстро вразумляет.

Шестиглазов был зол от усталости и сердито зарычал на Грая:

— Ну, зачем вы пошли в Ладогу? Зачем? Случись что, кормили бы рыб, а я разбирай ваши убийства с автографом… — в сердцах махнул рукой, сел в машину и увез рыбака.

Глава IX

Через день, в понедельник, в десять часов утра в Кировске у начальника отдела уголовного розыска Степана Куликова, это на его «земле» совершены оба преступления, проходила оперативка, на которую пригласили нас с Граем.

Куликов представил капитана Томишина, оперативника, прибывшего из Петербурга, из Главного управления, стройного и строгого, черноволосого, с многозначительным взглядом. Он вежливо улыбался, одними губами, предупредил:

— Я не инспектировать приехал, а узнать, какие шаги предприняты на сегодняшний день, какие версии разрабатываются, что получается, а что нет, не нужна ли какая помощь.

— Начните вы, Шестиглазов, — приказал Куликов.

Шестиглазов покашлял в кулак, полистал блокнот, словно хотел найти там ответ на волнующий всех вопрос, и отодвинул от себя бумаги.

— Такого на моей памяти в Кировском районе не было. Все убийства мы раскрывали — неделя, максимум две, и новый наш друг начинал обживать Кировский ДПЗ. А эти два дела никак не идут. Я убежден — мы столкнулись с маньяком-убийцей. В общем, мы стараемся взять ситуацию под контроль. Наша цель — предвидеть развитие событий и не допустить следующее возможное убийство.

— Вы ждете еще одно убийство?! — удивленно и негодующе воскликнул Томишпн. — Мало вам двух? Попрошу вас доложить, что сделано, чтобы выявить преступника?

Видно было, что Куликов, как и его подчиненные, отработал оба выходных и сильно устал, голос его звучал несколько монотонно.

— Весь личный состав поднят на ноги. Люди дежурят в Садах по двенадцать часов без выходных. На помощь им послана группа спецназа, в местах происшедших трагедий и соседних кварталах идет круглосуточное патрулирование. Опрошены все бомжи, подозрительные лица задержаны и удалены из Садов. При въезде с шоссе садоводы оборудовали шлагбаумы и поставили своих дежурных. По дороге в Сады теперь можно попасть только, имея на руках членскую книжку садовода. Активизированы действия ответственных по улицам, им дано указание фиксировать появление неизвестных машин и номера сообщать нам для проверки в ГАИ. 3 первом деле по подозрению в убийстве своего отца, председателя садоводства Попова, задержан его сын Слег. Но так как в его отсутствие совершено второе убийство с автографом, так мы называем эти дела, он оказывается невиновным. По второму делу нами взят под стражу рыбак из деревни Назия Кирилл Феоктистов, который практически мог совершить эти два убийства.

— Что мы имеем? Конкретно, какие факты? — перебил его Томишин.

— Листки для писем вырваны из одной и той же тетради. Экспертиза показала — писал стихи один и тот же человек. Письма написаны одной шариковой ручкой на деревянном столе, покрытом