Девочка и пёс - Евгений Викторович Донтфа

увидела достаточно. Учителя были во всем правы, в мире обычных, нормальных людей нет ничего интересного и волнующего. В большинстве случаев это было просто болото, удручающая смесь лености ума и тела, борьбы за существования, попыток самоутверждения за счет ближнего, дикая тоска безысходности и такие же дикие попытки уйти от этой тоски. Ничего интересного, ничего. За исключением самих людей. Женщины и мужчины, дети и старики, общение с которыми и позволяет чувствовать себя живой. И это раздирающее на части, пронзительное чувство громадного, как ночное небо, одиночества при виде радостных влюбленных и счастливых родителей со своими малышами, которое безжалостно говорит тебе прямо в глаза, что всё, абсолютно всё в твоей жизни неправильно. Минлу, конечно, научилась справляться с этим беспощадным голосом. Иногда она просто заставляла его замолчать, иногда вступала в своеобразный диалог, в котором легко доказывала что всё о чем говорит голос в большинстве случаев ложь. Влюбленные предают друг друга, дети ненавидят родителей, и всех в конце концов поглощает то самое чувство тупой тоски и безысходности, ибо они не хотят идти по пути познания и самосовершенствования. Минлу знала, что права, но все же честно признавалась себе, что и учителя правы. Счастье возможно только в гармонии. И для такого существа как человек это подразумевает общение с друзьями и естественное соединение себя с кем-то кто станет больше чем друг, кто разделит с тобой твой жизненный путь, откроет тебе свой мир и навсегда станет частью твоего.

Минлу грустно улыбнулась. Она приняла и смирилась. Давно. У ней не будет возлюбленного и она не подарит жизнь сыну или дочери. Она, как бы пафосно это не звучало, будет стоять на защите чужих сыновей и дочерей от древнего зла, скрывающегося под водами Океана. Но вот друзей ей никто не запретит иметь. Она снова улыбнулась, на этот раз уже без грусти. У нее отличные друзья, странный металлический пес и вздорный маленький лоя. Может, конечно, еще слишком рано называть их друзьями, но ей бы очень этого хотелось. Хотелось иметь настоящих друзей, с которыми можно делиться печалями и радостями, и разделять их счастье и неудачи. Когда она заберет Ключ Синей бездны и вернется в Храм Падающих Звезд, она обязательно станет больше общаться с людьми из внешнего мира. Говорить с ними об огородах, урожаях, нарядах, домах, хозяйствах, готовке, воспитании детей, сердечных делах и конечно о погоде и ценах. Может ей самой не так уж много есть что сказать на эти темы, но она будет слушать. Минлу давно уже заметила, что люди очень любят когда их внимательно слушают, ведь это так приятно быть в центре чьего-то внимания, а ей нравилось слушать, гораздо больше чем когда слушают ее. Так ей по крайней мере казалось, с самого детства она внимала своим учителям, привыкая не перебивать их и внимательно следить за смыслом их слов.

Минлу привстала с седла, чтобы дотянуться до кучи дров. Подбросив в огонь несколько веток, она посмотрела на Кита. Его металлическая голова совершенно по собачьи лежала между широких лап и глаза были закрыты. Спит, подумала девушка. Впрочем, она не была до конца уверена, что странному псу необходим сон. На мгновение в ее голове возник образ металлического сердца от которого расходятся тонкие металлические трубки. «Вздор, — решила она. — Как бы ни был устроен Кит внутри, очевидно что это не копии органов и сосудов живой собаки, но только выполненных из металла. Вряд ли железным мускулам пса нужна кровь несущая кислород. Скорей уж там нечто напоминающее шестеренки, винтики и пружинки из механизмов Лоя». Хотя и в это ей тоже слабо верилось, уж слишком Кит был живым и настоящим. Она видела на его морде улыбку. Улыбку! Никакие шестеренки и винтики не смогли бы этого сделать. «Из чего сделаны его губы? — Спросила она себя. — Разве может какой-нибудь металл так натурально изгибаться, как настоящая кожа». Девушка покосилась на Кита. Еще ей было жутко любопытно о чем он думает. На что похожи его мысли?

Кит занимался тем что ориентировался на местности по расположению звезд и навигационным данным своего маршрута, которые он тщательно фиксировал с того самого момента как они с Элен покинули полицейский истребитель. Кит спозиционировал свое местоположение и затем рассчитал расстояние от себя до Аканурана, ориентируясь на точку на карте в которую ткнул пальцем Талгаро, утверждая что столица именно здесь. Пес не мог высчитать точную длину маршрута, ибо не знал как пролегала со всеми своими изгибами дорога до Аканурана. Но все же он получил примерное расстояние и понимая что это бессмысленно поделил его на свою среднюю скорость. Получилось что примерно через пятьдесят альфа-часов, стандартных звездных часов, традиционно равных длине часа прародине человечества, он бы уже был в окрестностях Аканурана. Меньше чем за двое суток он мог оказаться рядом с Элен. Но Кит оставался неподвижен. Его спутникам необходим был отдых и он вынужден был терять время в бездействии. Однако чем больше пес думал над этим, тем больше признавал целесообразными доводы кирмианской девушки и лоя. Да он может оказаться в Акануране на пару дней раньше, но что он может сделать один? Только поднять переполох, последствия которого непредсказуемы. Девочку могут увезти и спрятать, этого нельзя допускать. Сейчас лучше действовать тихо и незаметно, терпеливо и обдуманно, чтобы застать похитителей Элен врасплох. Кит не мог умышленно понизить уровень тревожности по отношению к своей хозяйке, но чтобы хоть как-то унять переживания, он мог совершить другое маленькое чудо. Именно так это называл сам Родерик Атинховский, дедушка Элен по материнской линии, создатель собакообразного робота, рассказывая об этом девочке и ее отцу. «Это удивительная вещь, друзья мои, — с улыбкой говорил он. — Это просто маленькое чудо, которое Кит может совершать по собственному усмотрению. Переходить в так называемое состояние «не ума». Тысячелетиями различные мистики, философы, монахи, мастера боевых искусств и просто уставшие от бесконечно шума в голове люди стремились достигнуть этого состояния. Медитации, дыхательные практики, коаны, дхарана и так далее были призваны помочь людям в этом ментальном подвиге. Пытаясь остановить бесконечные прыжки сознания с одной мысли на другую, унять фоновый шум в своей голове, чтобы обрести покой и просветление. Конечно наш милый Кит, вряд ли обретет просветление и начнет проповедовать как Гаутама, хотя кто знает… Шучу, шучу. Но так или иначе, Кит может в любой момент, когда ему заблагорассудится в мгновение ока перейти в подобное состояние. Сознательное мышление отключено и бесконечный поток мыслей остановлен. Абсолютная