Цвет магии - чёрный. Книга 2 - Мария Николаевна Сакрытина

class="p1">- Пожалуйста. Но эту ты отдашь мне.

- Как хочешь.

Криденс переглянулся с Хэфом. Тот кивнул. Ворон склонился к моему уху.

- Сколько духов ты можешь вызвать?

- Одновременно? Десять.

- Всего десять?

- Я никогда больше не пробовал.

- А ты попро… - Криденс осёкся, глядя, как Антоний подбрасывает в воздух артефакт – чёрную гладкую пирамиду. – Вот гадёныш!

- Прямо как ты, - подал голос Сэв. Он уже пришёл в себя. – Подвиньтесь. Антоний, а мой отец тебе верил.

- Такой же был дурак, как ты, - усмехнулся маг. И увернулся от брошенного в него кинжала. – На твоём месте я был бы благодарен, Сэврорий. Разве не видишь? Я расчистил тебе дорогу к трону.

- Я не буду твоей марионеткой!

Ещё один кинжал. Хэф тоже поднял лэйтей и по-звериному оскалился.

- Куда ты денешься. – Антоний улыбнулся, поймал пирамидку и сжал.

По голове словно молотом ударили. Я упал на колени и, отдышавшись, понял, что в груди снова пустота: магия исчезла.

Точно так же рядом лежали остальные. Криденс морщился, массируя виски, но не отпуская кинжал. Хэв закрывал собой потерявшего сознание Фэя. Адель и вовсе распласталась на полу.

- Так-то лучше. – Антоний снова подбросил пирамидку.

И тут из портала появилась изумлённая Наила в виде конопатой девчонки с забавными косичками. Я её только по голосу и узнал.

- Ребят, вы что-то долго… Вот бездна!

Антоний что-то сделал – я не рассмотрел, что. Но Наила, как подкошенная, упала на пол. Ещё и инеем покрылась.

- Какая дружная группа, - вздохнул волшебник. – Это все или ещё будут?.. Что ж, Сэврорий. Я полагаю, для начала будет уместна печать…

Голову снова приложили невидимым молотом – да так, что я, кажется, потерял сознание. Но точно ненадолго. Потому что когда очнулся, ничего не изменилось: мы все лежали на полу, только Криденс, стиснув зубы, зачем-то пытался поцарапать себя своим же кинжалом. И Антоний склонился над Сэвом, у которого на запястье сверкали до боли знакомые знаки.

- Отлично, - улыбнулся Антоний. – А теперь ты, демонолог…

Его перебили громкие хлопки. Антоний обернулся. И тоже выругался.

На троне восседал уже не мёртвый старик – его труп без всякого уважения скинули на пол. Теперь на троне развалилась Шериада. Она и хлопала в ладоши.

- Браво, Антоний! Браво. Я о-бо-жаю, когда грязную работу делают за меня. – Королева обвела взглядом зал. – Молодец!

Антоний оскалился.

- Королева! Какая честь!

- Брось, Антоний. Я же говорила, сарказм тебе не идёт.

Он тут же перестал улыбаться.

- А ты больше не желанная гостья в Золотой империи. Сэврорий, прикажи ей убраться отсюда.

Сэв открыл глаза и сдавленно произнёс:

- У-би… рай-ся…

- Погромче!

Сэв стиснул зубы, борясь с печатью.

- Хватит, Антоний, не мучай мальчика – Шериада выпрямилась. – Да и к чему это? Ты всё равно вот-вот умрёшь.

- Неужели? – изумился маг. – О нет, королева. Ты меня и пальцем не тронешь, ведь новый правитель Золотой империи будет против.

Сэв зажмурился. Сейчас он болезненно напомнил мне Ори.

- А трогать мне тебя и не придётся. – Шериада улыбалась. – Ты сам всё уже сделал.

Антоний удивлённо поднял брови… И вдруг покачнулся. Из его рта плеснула кровь. И пахла она терпко… Брусникой.

Я коснулся губ, поймал взгляд Антония – в нём было понимание и ужас. Потом придворный волшебник Золотой империи рухнул на пол, несколько раз дёрнулся и затих.

Я повернулся к королеве. Та пожала плечами: извини, мол, я снова.

Откровенно говоря, красивая месть: убить врага его же оружием. Яд Шериада добавила в зелье-нейтрализатор. Такой же, как приготовил в своё время Антоний? Неопасный ни для кого другого, кроме как для жертвы.

- Что ж, - Шериада снова хлопнула в ладоши. – Сэврорий? Поздравляю с восшествием на престол. Тебе помощь нужна?

Сэв не смотрел на лежащего ничком Антония. Он смотрел на своё запястье, знаки на котором постепенно таяли.

- Сэврорий?

Он встрепенулся.

- Что? Нет, миледи. Благодарю. Я сам.

- Как скажешь. – Шериада встала и обвела нас взглядом. – Господа, я жду вас всех сегодня в пять вечера по времени Нуклия в кабинете вашего куратора. Алиана, милая, ты куда-то торопишься?

Алия, связанная заклинанием, вся красная от натуги, пыталась освободиться. Шериада, подобрав юбку строгого чёрного платья, встала с трона, перешагнула через Антония, прошла к Алии и подала руку.

- Проводи меня к своему брату, дорогая. Сэврорий, желаю удачи. Позови меня на коронацию, будь добр. Там всё и обсудим.

С этими словами она исчезла.

Повисла тишина.

Нарушил её Сэв. Конечно, кто же ещё? Он уже вполне пришёл в себя. Ногой перевернул тело Антония, от души пнул, выдохнув: «Наконец-то!»

Потом сказал, глянув на меня:

- Элвин, тебе надо комплексное противоядие на всякий случай выпить. – И растерянно огляделся. – Я прикажу… Когда найду тут кого-нибудь. Эй! Есть тут кто живой? У меня семейная драма, бездна вас всех забери! Я что, должен переживать её в одиночестве? Где слуги?!

- А такой был милаха с печатью, - вздохнул Криденс, когда Сэв выбежал в коридор, крича что-то на имперском.

- А ты попробуй его подчини, - бросил Хэв. – Он же теперь император. Важный!

Криденс поморщился.

- Я этой сучке глаза выдавлю, - пробормотала пришедшая в себя Адель. – Элвин! Уговори королеву оставить её в живых! Пожалуйста! Берган, ну ка-а-ак? Из всех – обязательно Берган?!

- Сумасшедший дом, - вздохнул Криденс. – Элвин? Что с тобой?

Я опустился на пол и рассмеялся. И смеялся, пока мне не принесли противоядие, пока вокруг суетились слуги – совершенно не удивлённые трупами своих господ.

Пока мы не вернулись в Арлисс.

Это же смешно, разве нет?

Глава 16

Магию часто сравнивают с огнём. Или, если книгу пишет волшебник из Средних миров – со свечой. Банально, согласен, но, как по мне, со свечой стоит сравнивать человеческую жизнь. И многие поэты на Острове так и делают. Моя свеча еле горела, когда я встретился с Шериадой. К добру или худу – кто ж поймёт? – но теперь она пылает ярко.

Сравнение, которое не поймут жители Лиона. Они не знают, что такое сумрак комнаты, которую освещают свечи. А мне до сих пор странно пользоваться электричеством. Слишком ярко.

У Криденса тоже