После жизни - Vivian2201

-Идёт, - пожал руку Сола агент ГБР, - Договор.

Глава 21

Луиджи старательно искал способ вернуть себе контроль над собственным телом. Он не знал сколько времени проел во тьме. У парня не было возможности вести счет часам и дням, а опираться на субъективные ощущения он считал неправильным. Однако, младший Тарконе старательно бился с тем, что захватило его плоть, вышвырнув личность молодого мужчины куда-то на задворки. Медленно, но верно юнец прощупывать своего врага. Постепенно, методом проб и ошибок, он осознал как надо действовать и что делать. Пусть и с трудом, но парень отвоёвывал собственное «Я» в той твари, которую в него засунул шаман крысолюдов.

В какой-то момент Луиджи осознал, что начал видеть. Пускай власть над собственными глазами не вернулась к нему, но он зрение вновь стало доступным. Следующим достижением юнца стал слух. И только потом – способность чувствовать собственное тело. Стоило ему попытаться пошевелиться самостоятельно, как реакция твари последовала незамедлительно.

Едва вернувшееся ощущение собственного тела исчезло. Зато парень осознал себя в некоем пространстве, а перед собой – сгусток черноты. От этого существа исходила ярость и чувство нечеловеческого голода, злость и жажда убийств. Они были настолько сильны и противоестественны всему тому, что успел увидеть за свою жизнь младший Тарконе, что ему сразу стало понятно – это и есть та тварь, которую в него вселил Гхон.

Что теперь делать Луиджи не представлял. Однако, сдаваться без боя он тоже не собирался. Всё нутро парня буквально кричало – либо тварь будет уничтожена, либо ему придет конец.

Вспомнив как буквально выдавливал своей волей эту дрянь из своего тела, возвращая его себе, младший Тарконе принялся делать тоже самое. Вот только в этот раз парень намеревался расправиться с этим существом.

Увы, но тварь не собиралась не только сдаваться, но и оставлять Луиджи в покое. Темный сгусток метнулся к личности парня и принялся его попросту поглощать, словно бы растворяя в себе. Младший Тарконе, осознав этот факт, в первые мгновения растерялся, а затем принялся удерживать своё «Я» собственной волей, не давая врагу возможности сожрать себя. Однако, долго так продолжаться не могло. Парень прекрасно понимал – у его врага куда больше сил и опыта. Потому, осознавая всю паршивость ситуации и своё положение, он решился на отчаянный шаг – вцепился в неё и принялся впитывать силу существа, рвать его нутро и точно так же жрать, как это делал его противник.

В первые мгновения тварь растерялась. Ярость и гнев существа сменились удивлением и ошеломлением. Затем промелькнул страх. Лишь после этого существо, выглядящее темным сгустком, вновь, ещё пылая ещё большим гневом, бросилось в атаку. Однако, Луиджи хватило этого короткого замешательства для того, чтобы не только отвоевать потерянные часть себя самого, но и «откусить» изрядную часть своего врага. Именно в этот момент парень осознал – вся сила тварь заключается лишь в том, что он сам попросту не понимал как с ней бороться. Стоило ему сконцентрироваться, контроль над телом начал возвращаться, а уже в этом, фактически, бою, он так и вовсе обладал изрядным преимуществом. Тварь была слабее, ибо лишена собственного тела. Именно жизненная сила плоти поддерживала Луиджи и не давала его разуму угаснуть. Она же и являлась главной целью существа. Однако, на пути к вожделенному воплощению темной твари оставался младший Тарконе.

Парень, сумев разобраться в ситуации, принялся за дело с отчаянием обреченного. Он прекрасно понимал – стоит дрогнуть, дать слабину и отступить, как его противник расправится с ним. У твари нет жалости и сострадания. Всё что движет этим порождением Тьмы – голод. Потому младший Тарконе давил и поглощал, не забывая удерживать собственное «Я», мешая противнику делать то же самое.

Это было невероятно сложно. Можно сказать, запредельно трудно. Однако, острый разум Луиджи, что всегда выделялся в своей семье уровнем интеллекта, справлялся. Парень, фактически, шел по кромке. Ему едва хватало сил, чтобы делать всё то, что от него требовала ситуация. Однако, позволить себе слабость он тоже не мог. Для него не осталось других путей – только победа в этом кошмарном безмолвном поединке разумов и воли.

В какой-то момент парень осознал, что начал меняться. Будто бы его восприятие стало шире и глубже. И чем больше он поглощал аспектов своего противника, тем ощутимее становилась эта неожиданная трансформация. Более того, сам поединок теперь шёл иначе. И дело было не только в ослаблении твари и усилении Луиджи. Младший Тарконе попросту начал чувствовать своего врага и его слабости. Более того, в памяти начали всплывать совершенно чуждые ему образы и понимание кто и как надо делать.

Ко всему прочему, парень смог почувствовать странные каналы, что шли к темной твари. Они давали ей силы, но, при этом, ограничивали её и служили чем-то вроде якоря, позволяющего находиться внутри младшего Тарконе. Стоило осознать сей факт, как Луиджи мгновенно принял решение и начал рвать их своей волей, стремясь после этого выдавить подселенца из себя.

* * *