Северное сияние моего сердца (СИ) - Вуди Добковиц

только одно. Чего ты раньше не замазывал свой шрам? Ведь так намного удобнее. Никаких противных очков…..

— Для начала, я все же мужчина, а косметикой пользуются только женщины. — Сказал он. — К тому же маскируй не маскируй, а заметить шрам можно. На свадьбе все на молодоженов смотреть будут, а на собрании взгляды устремлены на тебя. А если желтая пресса? Такого напишут, век пройдет не забудут.

— Женщины пользуются, а мужчины нет…. Бла, бла, бла…. — возмущалась русская, аккуратно нанося кистью пудру. — Да ты сексист, США. Где же твоя хваленая толерантность?

— Рос, ты опять все с ног на голову перевернула. Я не про это говорил.

— Тогда выражайся яснее.

— Ладно…проехали. — Остановил их спор США, чувствуя приближающуюся ссору. — Ну, как? Получается?

— Увидишь.

— Меня еще ни разу не приглашали так на свадьбу. — Сменил он тему, закрыв глаза по просьбе россиянки. — Даже не знаю, что и как делать. Вдруг все испорчу. С меня ж Финляндия шкуру сдерет, а твой отец еще и поможет.

— Не разводи панику. — Спокойно ответила ему та. — Мы сами мало чего знаем о традициях финнов. Но от этого не хуже. Главное поздравь Фина и Эсти, а остальное как пойдет. Вроде все готово. Можешь встать и посмотреть в зеркало.

Решив принять предложение девушки, Штаты в два шага преодолел расстояние между кроватью и туалетным столиком, нервничая по поводу своей внешности. Удивительно, как у нее получилось так хорошо замаскировать этот изъян. Не зря Япония часами мучила Россию. Только самый зрячий и чересчур внимательный человек сможет разглядеть его шрам. На радостях, он обнял улыбающуюся возлюбленную, произнося слова благодарности. А та лишь ответила ему взаимностью, положив голову на широкое и сильное плечо. Еще бы пару минут, и дело дошло бы до очередной истории с поцелуем, только вот стук каблуков, стремительно приближающийся к их комнате, смог разъединить парочку.

— Россия! Где запонки Каза? — ворвалась в помещение Молдавия, не заметив немного смущенного американца.

— Они у меня в шкафу на полке. — Заторопилась русская, пряча от сестры покрасневшие щеки. — Когда мы уже едем?

— Вот отдам запонки и наша семья готова. Можешь уже спускаться. О! Доброго утра, США.

Апрельская погода на землях Финляндии, конечно, оставляла желать лучшего, но к счастью в столь важный день для возлюбленных она все же сжалилась, даря обещанное тепло.

Видя, как отец еле сдерживает слезы, россиянка сама чуть не расплакалась от такого трогательного момента. Счастливые жених и невеста, стоя в начале зала, слушали благословение священника. И если Финляндия контролировал свои эмоции, глядя на мужчину холодными глазами, то Эстония была открыта, как книга, волнительно кусая губы, боясь сделать лишнее движение. Передав в руки молодоженов свечи, которыми они покрестились, батюшка продолжил читать молитвы своим громким монотонным голосом. США, находясь среди толпы гостей со стороны невесты, словно завороженный, наблюдал за обручением, восхищаясь необычному ритуалу. Свадьбы, на которых он когда-то бывал, не были столь торжественными и серьезными. Его друзья за день до назначенной даты звонили на мобильник, приглашая быть свидетелем. Роспись, фотография для Instagram и безумная вечеринка до самого утра. Тут все иначе. Когда батюшка окончил молитву и обручил молодых освященными перстнями с печаткой и дорогим крупным камнем, Эстония приподняла подол своего изящного белого как снег свадебного платья, позволяя Финляндии увести ее в середину зала. Тут уж настал момент, когда священник спросил молодых, обоюдным ли является их согласие на брак и есть ли кто-то, кто против любви этой пары. Мгновенно вся семья эстонки посмотрела на Киргизию своими строгими, отдающим холодом взглядами. Этого шутника надо держать в ежовых рукавицах, чтобы не испортил всю свадьбу. Хотя киргиз даже не думал что-то говорить.

И вновь батюшка начал читать молитву, прося у Бога согласие на освящение данного союза, возлагая на головы молодоженов венцы, прекрасные позолоченные короны, которые после держали их свидетели, Молдавия и Швеция. Испив три раза красного вина из бокала и прошествовав вокруг аналоя, пара позволила мужчине соединить их правые руки, а после снять с себя венцы.

— Такой долгий обряд… — тихо прошептал Штаты на ухо россиянке.

— Цыц. — Шикнула на него та. — Тут нельзя разговаривать. Потерпи чуть-чуть…

Но американцу не было скучно. Церемония действительно весьма интересная. Свечи, иконы, короны. Такого в обычном ЗАГСе не увидишь.

После того, как священник вручил молодым иконы и произнес напутственные слова, они, взявшись за руки, медленно зашагали к выходу, видя лишь себя и никого более.

Звон колоколов разносился по всему городу, веща о том, что теперь два человека не только объединили земли, но и связали себя узами брака. Союз держался изо всех сил, однако перешагнув порог церкви, к своему удивлению пустил скупую мужскую слезу. Из-за своей работы, ему всегда приходилось контролировать эмоции, стараясь выглядеть как можно тверже и беспощаднее.

— Пап. Все хорошо? — подошла к нему Латвия, держа в руках платок.

— Да, моя дорогая. Все просто замечательно.

Не мог он даже когда-то подумать, что его самая младшая из семьи так скоро выйдет замуж. А ведь еще и Россия почти стоит у порога отчего дома, готовясь в ближайшее время покинуть его.

— Теперь мы едем в ресторан? — спросил у своей возлюбленной американец, садясь вместе с ней в машину.

— Нет. Фин снял старинную усадьбу в пригороде Лаппеенранты.

— Чего мы там forgotten?*

— Чем ты слушал, когда Исландия буквально на пальцах все объяснял! — возмутилась русская.

— Я заснул.

Издав глухое рычание, она закатила глаза и, буркнув что-то себе под нос, повернула голову к окну. Многоэтажные дома сменились на частные сектора, а после и вовсе исчезли, открывая изумительный вид зеленых холмов, редких лесов и кристально чистых озер.

— Are you mad at me?* — задал вопрос США, пытаясь заглянуть в лицо россиянки.

— США, ты ни капли не изменился. Все такой же несерьезный и ветреный болван!

Обиделась. Ну, разве он виноват, что не спал несколько ночей из-за этого дурацкого съезда. К тому же Исландия слишком нудно рассказывал, невозможно вытерпеть его тихий говор с акцентом.

— Странно… Но, когда я тебя целую, ты говоришь совсем другое.

— А вот это удар ниже пояса! За это можешь и по морде всхлопотать!

— Очко в пользу капиталистов. Я сравнял счет. — Усмехнулся Штаты, притягивая ее к себе за талию.

— Соединенные Штаты Америки, пустите меня немедленно! — шипела на него Россия, пытаясь убрать сильную мужскую руку. — Нас могут заметить!

— Ну, и ладно. — Улыбнулся тот, целуя ее в щеку.

— Здесь водитель! Прекращай!

— Плевать. — Шепнул американец, касаясь губами ее тонкой шеи, опаляя кожу.

Еще бы немного