Тайная история - Донна Тартт

Мне показалось, я слышу чье-то дыхание.

— В чем дело? — насторожился и Генри.

— Чарльз, это ты? — спросил я.

На втором этаже громыхнула брошенная трубка.

Взбежав по лестнице, я постучал, потом повернул ручку — заперто.

— Чарльз, открой!

Никакой реакции.

— Это вышло случайно, правда. Я же не знал, что это он звонит.

Ответа не было. Я постоял, глядя в пол, и позвал еще раз:

— Ну послушай меня… Генри тебе ничего не сделает. Ты здесь в полной безопасности.

— Маме своей будешь сказки рассказывать! — донеслось изнутри.

Переговоры провалились. Я спустился в гостиную и вернулся к сослагательному наклонению.

Видимо, я задремал, но ненадолго — когда Фрэнсис, не слишком церемонясь, потряс меня за плечо, за окнами было еще светло.

— Ричард, просыпайся! Чарльз сбежал.

— Как — сбежал? Ты что? — пробубнил я, протирая глаза.

— Его нигде нет. Я весь дом обыскал.

— А во дворе?

— Тоже не видно.

— Но деваться ему вроде некуда?

— Поищи в доме, а я еще посмотрю на улице.

Я заглянул в комнату Чарльза. Там стоял страшный беспорядок, но мне показалось, все его вещи на месте. Полупустая бутылка виски, оставленная на ночном столике, укрепила меня в уверенности, что он не мог отлучиться надолго.

Осмотрев второй этаж, я поднялся на чердак, залитый узорным готическим светом из круглого витражного окна под самой крышей. Я прошелся по истертому дощатому полу, оглядывая сваленные вдоль стен пыльные абажуры, рамы с облупившейся позолотой и пожелтевшие кисейные платья.

Спустившись по скрипучей черной лестнице, я проверил буфетную и вышел на заднее крыльцо. На подъездной дорожке стояли мистер Хэтч и Фрэнсис. То и дело потирая лысину, мистер Хэтч что-то торопливо объяснял, и я немного удивился — обычно смотритель ограничивался весьма лаконичными репликами.

Фрэнсис с растерянным видом подошел ко мне:

— Н-да, вот так новость… Оказывается, мистер Хэтч одолжил Чарльзу пикап.

— Что?!

— Говорит, Чарльз сказал, что ему срочно нужно в магазин и что он вернет машину через четверть часа.

Мы обменялись взглядами.

— Думаешь, он удрал? — спросил я.

— У тебя есть другие версии?

Надвигались теплые, пахнущие сиренью сумерки. Взвыла газонокосилка — мистер Хэтч вернулся к работе. Мы вернулись в дом и уселись на зачехленную кушетку. Фрэнсис уткнулся подбородком в сложенные на груди руки.

— Ума не приложу, что делать. Как ни крути, пикап он украл.

— Погоди, не нервничай, может, он вернется.

— Он же, скорее всего, лыка не вяжет. Его остановит первый же патруль, только этого ему сейчас не хватало! А если не остановит, то может выйти еще хуже…

— Думаешь, нам стоит отправиться на поиски?

— Стоить-то стоит, только куда? Может быть, он уже на полпути в Канаду.

— Ну не сидеть же у телефона…

Прежде всего мы устроили турне по местным барам: «Старая корчма» и «Кривая сосна», «Четыре охотника» и «Добрый малый», «Грозовой перевал», «Приют селянина» и, наконец, «Баулдер Тэп».

Парковки были забиты пикапами, но пикапа мистера Хэтча среди них не оказалось.

Проезжая мимо винного магазина, мы на всякий случай решили заглянуть и туда. «Выиграйте незабываемое путешествие на тропический остров!» — завлекала вывеска над пестрыми полками с ромом; ряды с водкой и джином, наоборот, пленяли медицинской строгостью. Под потолком вращалась картонная бутылка вина с рекламой кулеров. Покупателей не было, продавец — пожилой толстяк, на плече у которого была вытатуирована обнаженная дива, — чесал языком с парнишкой-рассыльным:

— Ну и вот, стоим мы, значит, с Эмметом на этом самом месте, а бандюга наставляет на нас обрез. Эммет ему говорит, мол, нет у нас никакого ключа от сейфа. Тогда этот гад жмет на курок — бабах! — и прям у меня на глазах Эммету мозги вот сюда вот на стенку вышибло…

Мы осмотрели весь кампус, даже библиотечную парковку, и на этом идеи у нас закончились.

— Нет, в городе его точно нет, — мрачно изрек Фрэнсис.

— Как думаешь, мистер Хэтч заявит в полицию?

— А ты бы на его месте не заявил? Конечно, не посоветовавшись со мной, он ничего предпринимать не станет, но если пикапа не будет, скажем, завтра к вечеру…

Возвращаться в загородный дом нам не хотелось. Как-то само собой получилось, что мы поехали в «Альбемарль», а обнаружив на парковке БМВ Генри, решили попробовать прорваться к ним в номер. Я приготовился к неприятному объяснению с консьержем, но каким-то чудом за конторкой никого не оказалось.

Беспрепятственно поднявшись в 3-А, мы застали Камиллу и Генри за накрытым столом. Они ужинали бараньими отбивными, рядом с бутылкой бургундского стояла миниатюрная ваза с желтой розой. Нахмурившись, Генри отложил вилку:

— Что вам здесь понадобилось?

— Не хотели вас беспокоить, но дело в том, что Чарльз, так сказать, ушел в самоволку, — объяснил наше появление Фрэнсис и начал рассказывать про пикап.

Я присел рядом с Камиллой. Ее отбивные выглядели очень аппетитно, а я не ел с самого утра.

Заметив мой голодный взгляд, она рассеянно подвинула мне тарелку:

— Угощайся.

Я в два счета прикончил баранину и потянулся за вином. Неспешно расправляясь с ужином, Генри внимательно слушал Фрэнсиса.

— Куда он мог деться? — спросил он, когда тот закончил.

— Ты меня, черт возьми, спрашиваешь?

— Мистер Хэтч ведь не станет подавать в суд?

— Откуда я знаю? Если Чарльз не вернет машину, может, и подаст. А если он ее разобьет, то тем более.

— Сколько вообще стоит этот пикап? Кстати, он принадлежит ему или куплен на деньги твоей тетушки?

— Какая разница?

Промокнув губы салфеткой, Генри полез в карман за сигаретами:

— Ясно одно — Чарльз становится неуправляемым. Знаете, что я обдумываю? Не нанять ли нам персональную медсестру?

— Чтобы он бросил пить?

— Разумеется. По понятным причинам мы не можем поместить его в больницу. Возможно, имеет смысл снять гостиничный номер — конечно, не здесь, но есть и другие отели — и найти надежную сиделку, желательно, кстати, не знающую английского…

На Камиллу было жалко смотреть.

— Генри, как ты это себе представляешь? Ты собираешься насильно запереть его в четырех стенах?

— Я просто пытаюсь оценить ситуацию с практической точки зрения.

— Нам нужно срочно найти его, пока он не попал в аварию.

— Мы уже осмотрели весь Хэмпден, включая окрестности, — вмешался Фрэнсис.

— А в больницу звонили?

— Нет.

— Позвонить нужно в полицию, — решительно произнес Генри. — Спросить, не называя имен, не было ли дорожных происшествий. Мистер Хэтч согласится сказать, что он одолжил Чарльзу пикап?

— Он, собственно, именно это и сделал.

— Тогда все нормально. Если, конечно, его снова не арестуют за вождение в пьяном виде.

— Или если мы его не найдем.

— С моей точки зрения, — сказал Генри, — лучшее, что Чарльз может сделать в данный момент, — это навеки исчезнуть с лица земли.

В этот момент раздался бешеный стук. Лицо Камиллы вспыхнуло.

— Чарльз! — облегченно воскликнула она и бросилась открывать.

Дверь распахнулась прежде, чем она подошла, — войдя, мы оставили ее незапертой, — и в комнату шагнул Чарльз. Я был так рад его видеть, что не сразу заметил у него в руке маленькую «беретту» — ту, которая служила нам осенью для упражнений в стрельбе.

Несколько мгновений все молчали. Затем Камилла спросила, очень спокойно:

— Чарльз, ради всего святого, что ты задумал?

— Прочь с дороги, — пошатнувшись, произнес Чарльз.

— Полагаю, он задумал меня убить, — безучастно сказал Генри, затягиваясь.

— Вот именно!

— И чего же ты думаешь этим добиться?

— Ты мне жизнь сломал, сукин ты сын! — заорал Чарльз, потрясая пистолетом. Я со страхом вспомнил, как он одну за другой сбивал выстроенные на столике банки из-под краски.

— Идиот! В твоих проблемах виноват ты один, — рявкнул Генри, и мой страх начал превращаться в настоящую панику. Этот воинственный, угрожающий тон, возможно, подействовал бы на Фрэнсиса или даже на меня, но Чарльза он только пуще разозлит. Я хотел урезонить Генри, но тут Камилла потянулась за пистолетом:

— Чарльз, отдай мне эту штуку.

— Послушай, Милли, не вмешивайся, — произнес тот, отводя ее руку. Оружие он держал на удивление уверенно.

— Чарльз, присядь, выпей вина, — пролепетал Фрэнсис. — Давайте все выпьем вина и забудем этот кошмар.

Из открытого окна доносился резкий стрекот сверчков.

— Иуда! — крикнул Чарльз, покачнувшись, и я не сразу понял, что он обращается не к Фрэнсису, а ко мне.

— Я доверился тебе, а ты выдал меня этому подонку. Я слышал, как ты ему отчитывался.