Участник поисков - Борис Иванов

Бэзил впервые видел перед собой робкую и неуверенную Элен. Нет, что там, разыгрывать робость и неуверенность, святую простоту и детскую наивность Каманера могла великолепно. Но Бэзил Кац на то и был Бэзилом Кацем, чтобы уметь прекрасно отличать игру от истинного состояния человека. И вот — он не верил собственным глазам — перед ним была Каманера, не знающая, каким станет ее следующее движение, и потому странно угловатая, напряженная и изящная одновременно. Бэзил прикрыл глаза и стал вспоминать их первое знакомство — там, далеко от этого сумрачного сырого леса, пропитанного чужим колдовством. Боже! Боже, как его занесло оттуда — сюда?!

Бэз был уже готов прослезиться над своей судьбой, когда откуда-то из кроны дерева чуть ли не прямо ему на голову рухнуло то, что он принял за сноп странно сухой травы. Это был пришедший на зов звенн.

«Мы давно не виделись с тобой, Элли, — написала шелестящая тень тусклыми буквами на фоне зеленого сумрака. — Тебя сделали хуже — там, где ты была».

Звенны не делают комплиментов. Друзьям — тем более.

Элен не смогла скрыть вздоха облегчения.

— Узнаю тебя, Занн, — улыбнулась она. — По корявому почерку. Как хорошо, что ты жив... Может быть, это вы здесь сделались лучше, а не меня сделали хуже?

«Это хорошо, что ты не разучилась шутить, — сообщили ей действительно не слишком правильные буковки, появляющиеся из полутьмы. — И хорошо, что помнишь меня. Но не стоило обо мне беспокоиться. Огонь и Ветер еще не скоро доберутся до меня... Но будет лучше, если ты сразу скажешь, зачем позвала меня. Ты же знаешь, в дождь звенны смотрят сны...»

— Мне нужно встретиться с одним мальком, — торопливо объяснила Элен. — Звенны его знают. Должны знать.

Едва заметная тень не ответила ничего. Звенн ждал продолжения разговора. А может, начинал смотреть сны.

— Я понимаю, — все так же торопливо продолжила Каманера, — не один малек дружит с вами. Наверное, их даже много... Но этот — он приемный сын Нолана. Скрипача... Он сейчас где-то с вами...

«Зачем ты хочешь встретиться с Орри Ноланом?» — спросил Занн.

— Он в беде, — объяснила Элен. — Мы должны ему помочь. Мы дали Клятву, что Орри Нолан будет нашим другом, пока есть Огонь и есть Ветер. — Звенны могут спросить об этом у него самого...

«Ты всегда любила обманывать, Элли, — сообщили неровные, тусклые буквы. — Я надеюсь, что сейчас...»

— С Клятвой не шутят — ты сам меня учил... Таким вещам. И я же сказала — звенны могут спросить у самого Орри...

«Сейчас это трудно — спросить у него, — написал в сумраке Занн. — Если ты что-то хочешь передать мальчику — скажи — мне. Ты знаешь — звеннам можно верить».

На мгновение Элен смешалась.

— Нам — как-то неопределенно произнесла она и тут же, бросив взгляд на Бэзила, нашлась. — Нам надо обязательно видеть его лично. И передать ему вот это...

Она кивнула на прикованный к запястью Бэзила футляр. Бэзил выпучил на нее глаза и издал звук — из тех, что издает содержимое расколотого яйца при встрече с раскаленной поверхностью сковородки. Но Каманера полностью игнорировала реакцию своего компаньона на этот неожиданный ход.

— Это... — хотела объяснить она.

«Не надо говорить».

Словно сухая трава зашуршала по потертому футляру, и что-то почти невесомое на мгновение коснулось тыльной стороны руки Бэзила — Бэз удостоился прикосновения звенна.

«Не надо говорить, — повторил Занн. — Это инструмент Нолана-Скрипача. Он играл на нем звеннам. Мы помним это...»

Наступила тишина. Только дождь шуршал в кронах — все сильнее и сильнее.

«Теперь я верю тебе, — написал Занн. — И еще — я немножко заглянул в будущее. Вы это называете будущим... Тебе действительно надо быть там...»

Каманера впилась глазами в плывущие перед ней знаки. И Бэзил — тоже впился. «Где? Где „там“»?!» — говорил его взгляд.

«Вы встретите Орри у Солнечного Каньона, — ответил на этот немой вопрос Занн. — Там, где три водопада. Ты сможешь?..»

— Я смогу! — торопливо прервала его Элен, чуточку нервными движениями обирая со своей одежды колокольчики. — Я найду дорогу к Солнечному. Спасибо тебе, Занн. Не надо провожать нас. Спокойно спи. Прости, что я разбудила тебя...

«Звенны не спят... — поправил ее Занн. — Звенны смотрят сны».

— Да, — я совсем забыла про это, — улыбнулась Каманера. — Возьми...

Она протянула в пространство ладонь, на которой кучкой лежали колокольчики. И те исчезли с нее. Словно и не было их — колокольчиков звеннов.

— Пошли, — кивнула Элен Бэзилу. — Надо успеть добраться туда засветло.

Больше она не сказала ни слова и сосредоточенно молчала всю дорогу до дремлющего на обочине проселка кара. Только усаживаясь за руль, сообщила:

— Поведу я. Ты не знаешь дорогу...

— Здорово ты обвела вокруг пальца эту лесную нечисть, — отвесил ей комплимент Бэз, усаживаясь на сиденье рядом. — Особенно удачно получилось с инструментом. Я сначала и не сообразил...

— Боюсь, что ты и теперь еще не соображаешь, — оборвала его Элен, поворачивая ключ запуска движка. — Ты думаешь, мы обманули его?

— Тогда зачем же он сказал нам, где ловить малька? — высоко вздернул плечи Бэз. — Или наврал?

— Звенны не врут, — хмуро ответила Элен, осторожно ведя кар по мокрому гравию. — Звенны — странный народ.

Промаявшись целый день в чертовом чулане, сходив пару раз под конвоем до ветру и окончательно загнав крысиную рать в подполье меткими бросками увесистого башмака, Барри Стук завалился спать засветло. Разбудило Стука всего лишь поскрипывание двери, хотя самому ему казалось, что спит он крепко. По-другому он и не спал никогда.

«Нервы-то у меня стали совсем никуда», — сказал он себе и повернулся на другой бок.

Но тут к скрипу двери добавилось позвякивание ключа в замке, и чей-то тихий и странно знакомый голос произнес:

— Мастер Стук! Ма-а-астер Стук!

Мастер Стук проснулся окончательно и уселся на своем ложе, сооруженном из ящиков со спагетти.

— Какого черта?! — буркнул он в пространство, мрачно наматывая бороду на кулак. — Какого, спрашиваю я, черта вы не даете мне спать?!

Дверь — насколько позволяли ей петли замка — приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась удивительно знакомая мальчишеская физиономия. Поближе к полу в ту же щель заглянула довольно свирепая собачья морда.

— Тс-с-с! — сказал Орри, прижимая палец к губам. Брендик тихо, но угрожающе зарычал. Это успокоило Барри.

«Так это всего лишь сон! — с облегчением подумал он. — Тьфу! Вот напасть!»

Ну в самом деле, не мог же прыткий малек, сумевший удрать из вот этого самого чулана, вернуться сюда, чтобы поболтать с типом, от которого решительно ничего хорошего ожидать не мог! Да еще и собаку какую-то с собой приволочь...