Сборник "Поступь империи" - Иван Кузмичев

-Это очень хорошо, сеньор посол, пусть так и будет, думаю, мы сможем вам помочь в этом, в самом скором времени, а с одним лекарем уже даже в ближайшее время,– усмехнулся Альберони.– В знак дружбы и взаимовыгодного сотрудничества.

-Интересно, кто же это?– столь быстрого эффекта я признаться не ожидал.

-Один старый зубодер, Рауль Гариэнтос, он чем-то провинился, ба так, что ему представлены такие обвинения, что на десяток лет тюрьмы хватит с лихвой, да вот только он уже не молод и вряд ли выдержит такое. Поэтому наказание можно будет изменить, взамен тюрьмы ссылка, только и всего.

-Замечательно, если так. Думаю, что мы сможем плодотворно сотрудничать вместе…

Планомерно, словно на каком-то рынке, мы начали обсуждать условия столь заманчивого для обеих сторон предложения. Русь еще не скоро будут воспринимать всерьез, так что отток светлых голов не будет пресекаться, скорее, наоборот будет только поощряться, как, к примеру, в свое время было с ворами и смутьянами в Англии, когда она заселяла Америку, впрочем, она и сейчас проводит такую же политику. Только разница лишь в том, что в отличие от Англии Россия с удовольствием примет под свое крыло отверженных испанцев, а заодно и воспользуется всеми их знаниями и умениями. Впрочем, время покажет.

Покидая кабинет королевы, сразу же после разговора я услышал, как она едва слышно с тоской сказала: «Сейчас мы в рядах побежденных, а может случиться так, что мы окажемся в рядах отверженных. Я не желаю такой судьбы для своей страны, сеньор посол. Помните об этом».

Замерев на месте, на пару секунд я вышел, давая понять, что прекрасно слышал фразу королевы. Но вот только как я то могу ей в этом помочь? Задачка не из легких, и как решить ее честно признаться, я пока не имею ни малейшего представления. Впрочем, еще три года есть, до подписания стран мирного договора, столь унизительного для Испанского королевства.

Получив все, что нужно от аудиенции, я отправился в гостиницу. Предстояло хорошо подумать над теми пунктами первоначального договора, которые удалось выбить из королевы и первого министра, а заодно и прицениться к тому, что же наобещал Испании сеньор полномочный посол Русского царства и не сделал ли где-нибудь серьезной промашки.

Известие о том, что переговоры прошли успешно для всех представителей посольства, начиная с боярина Долгомирова и кончая последним слугой, стало действительно радостным, все же путь, пройденный нами, оказался не напрасным. Однако рассказывать о собственных планах, да и о самом договоре я не стал, главное, что контакт есть, а остальное приложится, если к делу с умом подойти.

Но посидеть над интересующими меня вопросами мне так и не удалось, как это обычно бывает в самый неподходящий момент, вмешался его величество Случай. В этот же вечер как только я приготовился внимательно изучить набросанные на скорую руку пункты договора как ко мне в комнату, ввалился окровавленный граф Гомез. Ничего, не соображая, он еле-еле шевелил языком и с трудом говорил о «кровной мести рода». Разбираться во всем этом надо было сразу же, да и помочь графу следовало как можно скорее, не то он истечет кровью прямо возле моей кровати.

-Сергей, Руслан!– позвал я гвардейцев из соседней комнаты.

Тут же на пороге появились гвардейцы, с немым изумлением глядящие на лужу крови, растекшуюся под телом Алехандро, которого я прислонил к подножию кровати, кое-как перевязав кровоточащую рану в предплечье.

-Найдите лекаря и прикажите местным слугам согреть воды.

-Будет сделано, ваша светлость!– выпрямившись, пара воинов, скрылась за дверью, оставив меня с бредящим графом.

-Никифор!

-Я здесь, господин.

Камердинер стоял на пороге с парой белых полотенец и маленьким тазиком в руках, по комнате сразу же потекли запахи травяного сбора и лесной свежести. Не спрашивая ничего, Никифор подошел к Алехандро, достал откуда-то из вороха своих одежд маленькие ножницы, разрезал ими рукав рубахи, а чуть погодя то же самое проделал и на штанине, где как, оказалось, тоже была рана, правда не столь опасная как в предплечье.

Внизу уже суетилась прислуга, растормошенная гвардейцами. Зычный голос Олега был слышен так хорошо, что даже закрой я уши ладонями, то и тогда бы слышал каждое слово лейтенанта. Четверо из воинов тут же приготовили оружие к бою, все же ночь на улице, а кровники вряд ли будут спрашивать кто перед ними, если они конечно же умудрились выследить дом в котором скрылся раненый граф.

Пока искали лекаря и готовились к обороне Алехандро пришел в себя, бледный с вымученной улыбкой на губах он как можно короче рассказал о случившимся, начав с самого начала.

Выяснилось, что с давних пор род графа Пилар-Гомеза был приближен к трону арагонских монархов, постоянно поддерживая их во всем. А как у любого влиятельного семейства Испании, тем более что раньше считавшегося одним из сильнейших и влиятельнейших в Арагоне не может быть врагов?

Если первое время после падения королевства было еще спокойно, то потом, когда осталась лишь частичная автономия, к роду Гомез стали все больше и больше предъявлять плату кровью, вырезая сторонников графов и их юных отпрысков. Конечно в ответ графы вместе со своими вассалами вырезали семьи своих врагов, не щадя ни стар ни млад, убивая даже младенцев…

Это ужасно, но таковы правила выживания. Кто даст гарантию, что малец, оставленный в живых через двадцать лет не придет и не всадит вершок другой стали в сердце старика, убившего его родителей и всех родственников. Именно поэтому кровники люто ненавидели друг друга, потому что знали, пощады никто из них не получит, какие бы увещевания не были!

И вот начинается война, с десантом австрийцев высаживается эрцгерцог Карл, к которому сразу же присоединилась почти вся Каталония и земли бывшего королевства, роды вновь вспомнили о кровной вражде, утихнувшей было на несколько лет из-за проводимой политики первого министра, направленной в первую очередь на изгнание захватчиков с земель Испании.

Часть родов поддерживаемых законного короля покинули родовые земли вместе с семействами, но большая часть присягнула на верность эрцгерцогу, тем самым, нарушив клятву верности Филиппу. Однако не всем удалось скрыться от мести разозленных грандов Арагона, кого-то перехватили по дороге, а кого-то убили прямо в родовых поместьях, застав за сбором вещей.

Семью Алехандро нашли три года назад, давние враги – Кортесы, ночью напав на имение графов они в тяжелом сражении смогли убить всех, включаю всю прислугу и расквартированных на территории имения наемников. Не ушел никто, остались только трупы и море крови, все семейство графов Гомез, кроме Алехандро навсегда упокоилось не вдалеке от местечка Санакоста.

Сегодня же молодой граф на улице увидел трех Кортесов, спокойно прогуливающихся по городу. Ярость застлала разум Алехандро, и он пошел за ними, подкараулил на пустующей улочке и напал, одного сразу же проткнул в сердце, с двумя другими пришлось биться больше, да и то один выжил, только отделался легким ранением, благодаря не в меру ретивой страже столице. Сам же граф кое-как умудрился скрыться от стражников, но вот удалось ли ему, замести следы к гостинице? Я что-то сильно сомневаюсь, ведь кровники вполне могли бы поднять на ноги нужных людей, а те, если не зря едят свой хлеб, за тройку дней при сильном везении могут найти желаемый дом. Скрывался то граф уже вечером, но люди еще не спали, да и грохот под окнами наверняка не даст уснуть.

-Для тебя то, что ты совершил это верная смерть, из столицы тебя не выпустят точно. Законы твоего короля ты лучше меня знаешь, и про кровную месть там отдельная глава есть, о ее запрете и наказании через повешенье за несоблюдение королевской воли,– покачав головой, гляжу на бледного испанца.– Впрочем, у тебя есть один шанс выбраться из этой ситуации целым.

-Какой?– качаясь в такт моим словам, граф с надеждой смотрел на меня.

«А он ведь боится, боится умереть,– взорвалась в голове догадка.– Да и как не боятся старухи с косой, если ему всего то двадцать лет?!»

-Мне придется говорить о твоем помиловании с королевой и первым министром, но думаю, что это будет возможно только как замена наказания.

-Каким же?– чуть слышно шепчет он, опуская голову на грудь.

-Не знаю, но завтра постараюсь сделать все от меня зависящее, потому что иначе пеньковая удавка тебя точно не оставит…– смотрю на меняющееся лицо арагонца.

-Что ты хочешь сказать?– недоуменно спросил он, морщась от боли, Никифор туго перетягивал рану в плече.

-Наказание за содеянное тебе не избежать, если конечно ты не хочешь сейчас же уехать из Мадрида, правда я могу побиться об заклад, что далеко ты не уедешь, поэтому лучше будь здесь и не дергайся понапрасну,– посоветовал я графу.

-Хорошо, Алексей, я верю, тебе и сделаю, так как ты скажешь, теперь мне видимо действительно лучше быть здесь,– устало согласился Алехандро, при помощи Никифора укладываясь на постель.