Античная драма - Эсхил

Нерон

Ослушаться готов ты?

Префект

Упрекаешь зря!

Нерон

Щадить врага?

Префект

Врагом считаешь женщину?

Нерон

Она злодейка!

Префект

Кто же уличил ее?

Нерон

Мятеж толпы.

Префект

Кто мог направить бешенство?

Нерон

Тот, кто их подстрекал!

Префект

Никто, я думаю.

Нерон

Нет, женщина: природа склонность к злу в нееВложила, научив коварству вредному.

Префект

Но не дала ей сил.

Нерон

Чтоб неприступноюОна не стала, чтобы силы слабыеМог страх сломить иль кара. Уж давно онаВиновна; запоздал лишь с приговором я.Оставь советы и мольбы и слушайсяПриказа: пусть на судне увезут ееНа берег дальний и покончат с нею там, —Чтоб, наконец, покинул сердце вечный страх.

Расходятся.

СЦЕНА ДЕВЯТАЯ

На орхестру вступает первый хор.

Хор

О, как много людей погубила ты,Народа любовь!Попутным ветром надув паруса,Ты в открытое море выносить ладьюИ слабеешь потом,Покидая корабль на волю волн.Обоих Гракхов оплакала мать:[329]Чрезмерной любовью сгубила их чернь,Средь которой они обрели почетИ знатностью рода, и блеском речей,Благочестьем и верностью храбрых сердец,И знаньем законов, и силой ума.Такую же смерть, о Ливий,[330] тебеПослала судьба:Ни святость фасций тебя не спасла,Ни стены дома. Примеры ещеЯ бы вспомнил — да новая скорбь не дает:Та, которой вернуть отцовский дворецИ ложе брата хотел народ,На глазах у всех,Рыдая, идет на гибель, на казнь.Кто, довольствуясь хижиной низкой, живетНезаметно и бедно — благо тому:Лишь высоким домам ураганы страшны,И часто Фортуна рушит их в прах.

Стражники вводят Октавию.

Октавия

Куда вы меня ведете? КудаМне царица велит в изгнанье уйти,Если, тронута жалостью к бедам моим,Подарить мне жизнь решила она?Если ж смертью тираны хотят увенчатьМой горький удел, почему б им не датьМне пасть на родной жестокой земле?Больше нет для меня на спасенье надежд!О, горе! Я вижу брата корабль,На котором когда-то плыла его мать,А теперь поплывет горемыка-сестра,Из покоя брачного изгнана им.Благочестье лишилось силы святой,И богов больше нет:Лишь Эриния мрачная в мире царит.Кто достойно оплачет мою беду?Где тот соловей, что стонам моимОтветит песней? О, если бы мнеСоловьиные крылья дала судьба![331]Сбросив тяжесть тоски, улетела бы яНа легких крылах от людской толпы,От жестокой вражды, от кровавой резни,Вдалеке от всех, средь пустынных рощНа тонкой ветке пела бы я,Разливая печально-звонкую трель.

Хор

Но родом людским управляет рок,И не может никто избрать для себяНадежный удел на веки веков.Нас каждый день превратности ждут,И каждое утро приносит страх.Пусть примеры душу твою укрепят:Их было немало в вашем роду.Намного ль твоя тяжелей судьба?Прежде всех тебяНазову я, мать девяти детей,Августа внучка, Агриппы дочь,[332]Супруга цезаря! Имя твоеСияло славой по всей земле.Залоги мира чрево твоеДаровало не раз,Но вскоре изгнанье узнала ты,Бичи и цепи, утраты и скорбь,И мучительно долгую, страшную смерть,А ты, счастливая Друза жена,Счастливая мать, — ты сама навлекла,О Ливия,[333] казнь злодеяньем своим.Повторила Юлия ту же судьбу:[334]После долгих лет изгнанья онаУбита была — безо всякой вины.И та, что тебя на свет родила,Разве знала власти предел она?Во дворце царила, потомством своимИ любовью мужа сильна и горда;И она, покорясь слуге своему,Убита была солдатским мечом.А Нерона мать, что могла бы мечтатьО том, чтобы власть простереть до небес?Пусть не смели грубые руки гребцовПосягнуть на нее, —Но долго ее терзали мечом,И жертвой сына пала она.

Октавия

И меня теперь свирепый тиранПосылает к теням и к манам во мрак,Так зачем понапрасну мешкаю я?Вы, кому Фортуна над нами властьВручила, — ведите меня на смерть!Вас я, боги, зову… Нет, оставь мольбы:Ненавистна богам, безумная, ты!Я Тартар зовуИ Эреба[335] богинь, что злодеям мстят,И тебя, мой отец,Что достоин был смерти и кары такой!Вы свидетели: я не боюсь умереть.Снаряжайте корабль и вверяйте ветрамПаруса, чтобы кормчий направил егоК берегам Пандатарии — дальней земли.

Хор

Ты, легчайший зефир, ты дыханьем своимИфигению,[336] скрытую облаком, нес,Когда похищена тайно былаС алтаря жестокой девы она, —И ее унеси от казни лихойК святилищу Тривии,[337] я молю!Милосердней Авлида, чем город наш,Милосердней диких тавров страна:Возливают там всевышним богамЧужеземную кровь, —Рим убийством тешится граждан.

Примечания

Греческие и латинские подлинники трагедий и комедий были изданы, как и другие тексты античных писателей, сохранившиеся благодаря рукописной традиции, в первые же десятилетия книгопечатания в Европе, то есть уже во второй половине XV века. Теренций, например, был впервые издан в 1470 году, Плавт — в 1472 году. С тех пор и до наших дней эти тексты множество раз переиздавались в разных странах мира — в XIX и XX веках обычно с небольшими изменениями, учитывавшими новейшие толкования так называемых темных мест филологами-классиками, и часто с приложением разночтений.

Уже в древнерусской переводной литературе отразилось знакомство с. античной драмой. В хрониках Амартола и Малалы и в сборнике «Пчела» (XI–XII вв.) встречаются изречения из трагедий Эсхила, Софокла и Еврипида. Среди переводов Максима Грека, сделанных в начале XVI века, есть фрагмент из Менандра.

В XVIII веке в России появились переводы из Теренция. В 1757 году В. К. Тредьяковский издал свой перевод «Евнуха» под заголовком: «Евнух. Комедия в пять действий, с латынския Теренциевы от мерских самых срамословии очищенная стихами Василия Тредьяковского». В 1773–1774 годах в Санкт-Петербурге были изданы в трех томах «Комедии Публия Терентия Африканского, переведенные с латинского на российский язык с приобщением подлинника». В этом издании комедия «Девушка с Андроса», включенная и в наш сборник, дана в переводе Александра Хвостова и озаглавлена «Андриянка».

В первой половине XIX века русские переводы из античной драматической поэзии появлялись редко. Из произведений, представленных в нашем томе, в это время вышли на русском языке, в частности, «Облака» Аристофана (в 1821 г., в переводе И. Муравьева-Апостола), «Антигона» Софокла (в 1846 г., в переводе Аи. Григорьева; еще раньше, в 1801 г., отрывки из «Антигоны» были переведены П. Львовым, а в 1825 г. — Д. Мерзляковым), отрывки на «Прометея Прокованного» Эсхила (1850 г., перевод Каролины Павловой).

В основном античная драматургия была переведена на русский язык во второй половине XIX и в начале XX века. Многие произведения появлялись в разных переводах на протяжении небольшого отрезка времени и даже почти одновременно. Так, в 1890 году «Прометей Прикованный» Эсхила вышел в суворинской «Дешевой библиотеке» в переводе В. Алексеева, а в первом номере «Вестника Европы» за 1891 год — в переводе Д. Мережковского. С небольшим разрывом во времени выходили также переводы из Еврипида Д. Мережковского и И. Анненского. Именно в. этот период и увидели свет первые русские переводы большинства пьес, включенных в наш сборник.