Неизвестная блокада - Никита Ломагин

231Там же. Ф.32. Оп.11302. Д.61. Л.96.

232Там же.

233ЦГАИПД СПб. Ф.4000. Оп.10. Д.373а. Л.5об.

234ЦАМО. Ф.217. Оп.1217. Д.44. Л.88.

235Там же. Л. 30.

236ЦГАИПД СПб. Ф.4000. Оп.10. Д.259. Л.6—6об.

237Там же. Д.373а. Л.5об-9.

238Там же. Л.9.

239Там же. Д.373а. Л.10об.

240Karov D. P.89.

241ЦГАИПД СПб. Ф.4000. Оп.10. Д.373а. Л. 13об—14об.

242Karov D.Nemetskaia kontrrazvedka. P.32.

243Ibida. P.33.

244Архив УФСБ ЛО. Ф.21/12. Оп.2. П.н.27. Д.1 (Переписка с НКГБ СССР по агентурно-оперативной и следственной работе с 6 мая по 31 декабря 1943 г.). Л.7—8.

245Приложение (оккупация), документ № 2.

ПРИЛОЖЕНИЕ № 1 ДОВОЕННЫЕ НАСТРОЕНИЯ

Документ № 1 Письмо А. А. Жданову, февраль 1940 г.

Уроки войны в Финляндии.

Финляндия это база интервенции против С.С.С.Р. Эта база укреплялась больше 20 лет и момент ее использования не пришел только благодаря развернувшейся 2-й империалистической войны. Война за уничтожение этой базы интервентских войск, которые могли бы быть высажены на ней, есть вполне естественный и вполне справедливый акт советского правительства. Проведение этого акта в жизнь надо приветствовать, т.к. если уничтожение этого плацдарма наших врагов сейчас требует крупных людских и материальных жертв, то в случае осуществления высадки крупной иностранной армии порядка миллиона человек с тысячами самолетов, артиллерии, танков, боевой флотилии для внутренних вод Финляндии, а также с использованием ныне захваченных у врага островов крупным морским флотом с постройкой стационарных укреплений и дальнобойными орудиями, обстреливающими Кронштадт, а флотом — Ленинград, потребовало бы у него гораздо больше жертв и людских, и материальных для эффективного отражения и уничтожения этого плацдарма и сил там находящихся.

Война начата и ее надо было и хотеть и ожидать и к ней готовиться, готовиться и готовиться.

А что у нас получилось? Войну наши руководители и представители и не предусматривали, стратегический план ее проведения был недостаточно жизненен, недостаточно был пропитан военным духом, энергией, жесткой и жестокой решимостью уничтожить и разбить врага, в кратчайший срок смести с лица земли вооруженные силы врага и все ее даже мельчайшие возможности хоть чем-нибудь мешать нам.

План этот также недостаточно был прописан заботой о «своих людях», о «своих отцах», о «своей армии», ибо прежде всего надо думать о предоставлении нашему бойцу максимума удобства, обеспеченности от воздействия данного климата, местности и т.д.

...И только после того, как было бы обеспечение материальное, а не только моральное армии и тыла — ближайшего тыла, тогда и надо было начинать огород городить.

А что у нас сейчас получилось? Вместо делового обеспечения армии и тыла, в части г. Ленинграда и его промышленных предприятий занялись политической трескотней о «братьях» финнах, о «страдающих», о «несчастных пролетариях», трещали со слезами умиления на глазах., а между тем тысячи бойцов, отправленных на фронт в ботинках и обмотках, с отмороженными ногами наполняли госпитали и больницы, откуда им предстоит выйти калеками на всю жизнь. Тысячи бойцов взлетели на воздух от мин врага, коварно им расставленных, сотни бойцов гибли от пуль «братьев» финнов и т. д.

...В результате получен жестокий урок: на «братьев» финнов да и вообще на каких бы то ни было «братьев» надежды плохие. У этих «братьев» национализм надо из голов вышибать не призывами к единству,братству, интернационализму, а пулями и снарядами.

...Задавались целью не уничтожать промышленных объектов, т.к. они являются наследственностью финского пролетариата, финских «братьев».

... Чем беспощадней мы начали бы ошеломляющую воздушную войну, тем скорее и дешевле мы ее закончили бы. Зачем оставлять врагу то, что он нам не оставит? Для того, чтобы охарактеризовать поведение наших руководителей в этой войне по отношению к армии и их ошибки, достаточно двух русских пословиц:

« На охоту ехать — собак кормить», «В час по чайной ложке».

...В результате получилось такое, что невольно начинаешь сомневаться в искренности наших руководителей, начинаешь сомневаться в их умении и способностях. Невольно закрадывается мысль и о качестве военного командования, которое, видимо, за период мирной передышки после гражданской войны оторвалось от жизненного чутья действительной войны.

Вместо того, чтобы в обмундировании бойцов чаще выезжать в поле, они устраивали игры на картах в теплых помещениях. Такой же легкой рукой тысячи бойцов 30 ноября в обмотках и ботинках были брошены на холодные болота, результат известен..

...В результате большие потери и много паники, много замерзших, много больных, много раненых, много мертвых. Ну как тут не покрыть в бога и мать «спецов» с ромбами на шее и соломой в головах? И все это от того, что привыкли политической трескотней заниматься и на картон флажки переставлять в отрыве от живых людей.

Во время войны меньше политик, больше сокрушительных залпов. Во время войны надо стремиться как можно больше выводить у противника живой силы, надо бить и уничтожать до тех пор, пока, наконец, или вооруженная сила врага будет уничтожена, или же разложится и начнет всаживать штыки в брюхо офицерам и всем, кто их гонит на войну против нас.

А то у нас миндальничают, а национализм у солдат врага, умело подогреваемый, берет свое. Этот национализм выбивается только залпами. Страх — великий укротитель. Надо взять тактику — беспощадное уничтожение вооруженных сил врага и всего того, что эти силы питает, одевает, снабжает, согревает, освещает, перевозит.

Надо сказать, что в 17-м году солдаты перешли на сторону революции потому, что ..всеуничтожающий огонь и жестокость германского командования внушила им панический ужас, т. к. они были свидетелями того, как противник бил их на фронте, как гибли миллионы товарищей и естественно все чаще в солдатских головах возникал вопрос «за что?».

Немецкие залпы вышибли великорусский национализм и солдаты пошли брататься с немцами.

Красноармейцев надо поощрять к тому, чтобы каждый из них стремился вывести из строя как можно больше солдат и офицеров, а не удерживать бойцов от стрельбы по отступающим врагам, такие факты были, были факты и похуже.

...Уроки Испании, Китая и др. у нас не учтены, с другой стороны, целый ряд фактов, которые я здесь назвал ошибками, слишком чудовищные, чтобы быть ошибками. Не скрывается ли тут месть поклонников Троцкого, Бухарина, Рыкова, Пятакова, Ягоды, Тухачевского, Гамарника и др.? Расстреляно много вредителей, но, видимо, еще больше осталось в живых, раз у нас на военном фронте в столь ответственный момент допущены факты отсутствия заботы о бойцах.

Раз у нас могла утвердиться мысль, что один ЛВО может разгромить Финляндию, нет слов, так думали все рядовые граждане Ленинграда, но руководители, у которых в руках были все сведения, говорившие о возможностях врага и о готовности (материальной) ЛВО должны были бы более трезво и жизненно посмотреть на эту проблему.

С самого начала войны надо было подготовленными иметь 6 млн. бойцов, 10 тыс. самолетов и пр., т.к. молниеносный захват всей Финляндии больше поразил бы наших врагов, чем это произойдет теперь. Кроме того, и Швеция и Норвегия, были бы более лояльны.

Теперь же не исключена возможность войны и с ними. Итак, только сейчас, когда «охота идет», стали «кормить собак»..

Ведь, по крайней мере, из 22 лет Советской власти лет 10 было для того, чтобы продумать во всех деталях войну в Финляндии.

... И вообще почему это решили нарушить всю производственную жизнь и поставить на военное положение один Ленинград, тогда как яснее ясного, что для ликвидации буржуазной Финляндии, пользующейся помощью буржуазии всего мира, надо было предусмотреть, по крайней мере, 6 млн. казенных жителей севера для операций зимой, и за зиму войну закончить полной победой, полной советизацией всей Финляндии.

Ведь ясно, что затянув войну с Финляндией, мы можем очутиться перед новыми противниками. А разгромив ее быстро — так, как разгромила Германия Польшу, мы утерли бы нос всем, кто пикнул бы на нас.

А теперь с наступлением весны положение наших войск может ухудшиться вследствие увеличения непроходимых мест в Финляндии..

ЦГАИПД СПб. Ф.24. Оп.2г. Д.226. (письма А.А. Жданову об уроках войны в Финляндии и по другим вопросам, февраль 1940—ноябрь 1940 г.) Л.38а-47.

Документ № 2

Анонимное письмо группы бойцов и командиров Красной Армии, 17 августа 1940 г.

Тов. Жданов!

Положение в Красной Армии стало совершенно невыносимым.

1. Срок службы стал самым длинным, по 3-4 года держат в целях муштровки.

2. Питание стало самое отвратительное — равноценное на броненосце Потемкин в старое время.