Сказка о трёх волшебниках - Берёза

— Держи её, Клык, — бросила она волку. Зверь уселся у ног девушки, устремив на неё голодные жёлтые глаза. Ай поняла, что стоит ей сделать хоть шаг, и волк оттяпает ей ногу. Ведьма тем временем вылила кровь из пузырька в огромный кубок.

— Почти готово, — довольно заявила она.

— Это и есть Сосуд? — догадалась Ай. Несмотря на страх, в ней проснулось любопытство.

— Именно он. И скажу тебе, не просто нам с Гривом было создать его. Амулет Сосуда относится к высшему колдовству, — с гордостью сказала ведьма. Она подняла цепь, прикованную к ножке кубка, и надела кандалы на запястья девушки. Ай посмотрела в жёлтые глаза волка и решила, что лучше не сопротивляться.

— Знаешь, создание источника Жизни относится к сложнейшему волшебству, требующему совместного применения колдовства, чародейства и магии, — рассказывала Мора. Похоже, её просто разбирало желание покрасоваться.

— И как же ты справишься одна? — спросила Ай. У неё появилась отчаянная надежда, что, пока Мора будет ждать помощи Суль и Кора, кто-нибудь из друзей успеет спасти её. Однако ведьма разбила эту надежду:

— Не волнуйся, мы всё предусмотрели.

Она нарисовала мелом на полу между Ай и Сосудом закавыристый символ, а на него положила лунный камень, точь-в-точь такой же, как у Хьюго, и поставила длинную свечу.

— Кор вложил необходимые заклинания в камень, а Суль зачаровала свечу. Стоит мне зажечь её, и твоя сила начнёт плавно перетекать в Сосуд, а лунный камень станет запечатывать её там. Видишь, мне не нужно ждать товарищей, и мы уже можем начинать, — объяснила ведьма.

— Но зачем тебе это? Зачем тебе нужен источник Жизни? — в отчаянии выкрикнула Ай, надеясь потянуть время. Улыбка сползла с лица Моры.

— Глупый вопрос. Затем же, зачем он нужен Гильдии, Тори Амбе, Фа Рё, Кору, Суль и Гриву.

— Я слышала, ты мечтаешь о бессмертии. Зачем тебе жить вечно? — полюбопытствовала девушка.

— Потому что я не хочу умирать, — отрезала Мора. Но взгляд у неё при этом стал каким-то странным. Ай показалось, что она что-то недоговаривает.

— Но ведь смерть — это естественный конец жизни. Что в нём плохого? Может быть, ты боишься умирать? — предположила девушка. Она всего лишь сказала первое, что пришло ей в голову, но Мора отчего-то резко побледнела.

— Что ты обо мне знаешь?! — прошипела ведьма, приблизив своё жуткое лицо к лицу девушки.

— Н-ничего… Прости… я только предположила… — испуганно пролепетала Ай. Эти слова немного успокоили ведьму.

— Ты угадала, я действительно боюсь смерти. Поэтому сейчас я заберу твою силу и получу бессмертие, — она достала кремень, собираясь высечь искру, чтобы зажечь свечу.

— Подожди! — вскрикнула девушка. — Ты недавно назвала меня слабой, но разве твой собственный страх перед смертью не признак слабости? Все люди умирают, в этом нет ничего страшного. Ты ведь даже не знаешь, что с тобой будет после смерти, а уже боишься её.

— В том то и дело, что знаю, — прошептала Мора. — И вообще как ты, девчонка, можешь читать мне лекции о том, как следует относиться к смерти? Тебе легко говорить, ты ведь вся такая светлая и невинная. А я много лет назад совершила грех, страшнее которого нет на свете, и теперь я боюсь умереть.

— Грех? Какой? — спросила Ай. Ей казалось невероятным, что ведьма, без малейших колебаний разорвавшая горло Крезу, боится умереть из-за греха. Неужели есть что-то страшнее хладнокровного убийства безвинного человека?

— Почему я должна тебе рассказывать? — усмехнулась Мора. — Я не рассказывала об этом никому, даже Кору, вытащившему меня из тюрьмы. Хотя знаешь, мне даже хочется тебе рассказать. Специфическая особенность дара целительницы, да? Настоящая целительница всегда вызывает доверие и желание поделиться с ней своими страхами. Ладно, я расскажу.

Мора на миг замолчала, уйдя в себя, и внезапно она показалась Ай очень одинокой. Девушке стало почти жаль старуху.

— Так какой же грех? — напомнила она.

— Я убила своего сына…

— Что?! — Ай не поверила своим ушам. — Но… почему?

— Это произошло очень давно и очень далеко отсюда, на моей северной родине. Две колдовские группировки боролись друг с другом, и я входила в одну из них. Моему сыну Вадиму тогда должно было исполниться десять лет. Была осень, мы собирались праздновать его день рождения в нашем родовом особняке. Но за неделю до этого события на нас напали враждебные колдуны со своими духами. Их было много, а моих сторонников мало. Мы с сыном заперлись в дальней комнате особняка и ждали исхода битвы. Я знала, что наши защитники проиграют, и знала, что станет с нами, если мы попадём в плен, и решила не даться врагам живой. При мне тогда был пузырёк с ядом, но яда там было на один глоток. Достаточно лишь для одного человека.

А потом я услышала крики и топот шагов, приближающийся к нашему убежищу. Я дала Вадиму яд. У него как раз болел живот, и я соврала, что жидкость в пузырьке — лекарство, которое поможет ему. Он улыбался мне, когда пил отраву. А затем упал мёртвым.

Я осталась ждать, когда за мной придут. Как же в этот миг я жалела, что у меня нет второго пузырька с ядом! А потом в дверь постучали. Это оказались мои друзья, они прогнали врагов и спасли меня. Но моего сына было уже не вернуть. Несколько следующих дней я сидела над его могилой. Как сейчас помню: была осень, шёл отвратительный дождь, с неба летели жёлтые листья, а я всё вспоминала, как убила его.

— Какой ужас! — прошептала Ай. — Сколько лет прошло с тех пор?

— Около пятидесяти.

— И ты до сих пор вспоминаешь это?!

— Это невозможно забыть, — на лице Моры застыла кривая ухмылка. — Ни через два года, ни через десять лет, ни через пятьдесят. Никогда. Каждый раз, когда наступает осень и идёт дождь, я вспоминаю своего сына. Вот почему я боюсь умереть.

— Но ведь ты сделала это ненарочно! — возразила Ай. — Ты лишь хотела, чтобы он не попал в руки врагам. Ты ведь боялась, что его будут пытать, да?

— А что я скажу ему, когда встречу после смерти?! — прошипела Мора. — Прости, малыш, мама хотела, как лучше, и поэтому убила тебя? Ты думаешь, он сможет меня простить?! Мать должна защищать своего ребёнка, поэтому нет страшнее греха, чем убийство собственного сына!

На это Ай не нашлась, что ответить. А как бы она сама поступила на месте Моры? Девушка не могла себе представить.

— Что ж, теперь ты всё знаешь. Нет смысла продолжать этот разговор, — сказала Мора и нагнулась над свечой, чтобы высечь из кремня искру. Но в этот миг раздался голос, при звуках которого сердце Ай подпрыгнуло в груди от радости:

— Убери руки от свечи, старуха!