Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

— это слово из нескольких букв, но это не то слово, которое в наши дни кого-то волнует. И все же оно может значить очень много, например для меня. Видите ли, если я не попаду в Женеву, если мне придется остаться здесь или лететь тем же самолетом в Лондон, не приняв никаких мер, меня убьют. — Она внимательно посмотрела ему в глаза. — По-моему, вы мне не верите.

— Боюсь, что нет.

— Это правда. Людей убивают. Убивают каждый день.

— Кто хочет вас убить?

— Разве это имеет значение?

— Для меня — нет.

— Вы можете поверить мне, если пожелаете. Я говорю правду. Мне нужна помощь. Помогите мне невредимой добраться до Лондона.

— И почему же вы обратились именно ко мне?

— Потому что мне кажется, вы кое-что знаете о смерти. Вы с ней знакомы и, возможно, даже видели ее.

Он внимательно взглянул на нее и снова отвел глаза.

— Есть еще причины?

— Есть. Вот это. — Она протянула узкую смуглую руку и коснулась складок его просторного плаща. — Это, — повторила она.

Впервые за время разговора он почувствовал интерес:

— И что вы хотите этим сказать?

— Он необычный, особенный. Это не то, что носят все.

— Верно подмечено. Ну а если это одна из моих причуд?

— Это причуда, которая может мне пригодиться.

— Что вы имеете в виду?

— У меня к вам просьба. Возможно, вы откажетесь, но, может быть, и нет, потому что мне кажется, что вы — мужчина, который готов рискнуть, так же, как я — женщина, которая рискует.

— Слушаю вас, — согласился он, чуть улыбнувшись.

— Я хочу попросить у вас плащ, ваш паспорт и ваш авиабилет. Скоро, минут, скажем, через двадцать, объявят посадку на Лондон. С вашим паспортом и в вашем плаще я полечу в Лондон и избегну смерти.

— Вы хотите сказать, что будете выдавать себя за меня? Милая девушка…

Она открыла сумочку и достала оттуда маленькое квадратное зеркальце.

— Взгляните сюда. Посмотрите на меня, а потом на себя.

И тут он наконец понял, кого она ему напоминала: его сестру Памелу, умершую лет двадцать назад. Они с ней всегда были очень похожи. Лицо Памелы было мужественным, а его — немного женственным, особенно в детстве. Носы у обоих были с горбинкой, одинаковый изгиб бровей, одна и та же чуть кривоватая улыбка. Памела была пяти футов ростом, а он — пяти футов десяти дюймов. Он взглянул на женщину, возвращая ей зеркальце.

— Вы хотите сказать, что мы с вами похожи? Но, милая девушка, это сходство не обманет тех, кто знает меня или вас.

— Конечно, не обманет. Неужели вы не понимаете? Этого и не требуется! Я путешествую в брюках, на вас до сих пор был капюшон. Все, что мне нужно сделать, — это обрезать волосы, завернуть в газету и выбросить в урну. Потом я надену ваш бурнус, у меня будут ваш посадочный талон, билет и паспорт. Если в самолете нет никого из ваших знакомых, а я полагаю, что нет, иначе они с вами уже заговорили бы, то я спокойно сойду за вас. Когда потребуется, я предъявлю ваш паспорт, капюшон снимать не буду, чтобы были видны только нос, глаза и рот. Когда самолет совершит посадку, я смогу спокойно уйти, потому что никто не будет знать, что я на нем прилетела. Я тихо уйду и растворюсь в лондонской толпе.

— А мне что прикажете делать? — иронично осведомился сэр Стэффорд.

— У меня есть предложение, если у вас хватит смелости его принять.

— Давайте. Обожаю выслушивать предложения!

— Сейчас вы встанете и пойдете к киоску — купить журнал, или газету, или какой-нибудь сувенир. Плащ вы оставите здесь. Вернувшись с покупкой, вы сядете где-нибудь в другом месте: скажем, в углу вон того дивана напротив. Там будет вот этот же самый стакан, а в нем кое-что, от чего вы заснете.

— И что дальше?

— Скажем, вас обворуют. Кто-то добавит вам в пиво снотворное и похитит у вас бумажник — словом, что-то в этом роде. Вы заявите о случившемся: мол, у вас украли паспорт и вещи. Вашу личность очень быстро установят.

— Вы знаете, кто я? Я хочу сказать, вам известно, как меня зовут?

— Пока нет, я ведь еще не видела вашего паспорта. Я понятия не имею, кто вы такой.

— И все же вы заявляете, что мою личность легко установить?

— Я хорошо разбираюсь в людях и вижу, кто важная персона, а кто нет. Вы — важная персона.

— А почему я должен все это делать?

— Хотя бы для того, чтобы спасти другому жизнь.

— Не слишком ли причудлива ваша история?

— О да, в нее трудно поверить. Вы верите?

Он задумчиво посмотрел на нее:

— Знаете, кого вы мне напоминаете? Прекрасную шпионку из кинофильмов.

— Да, наверное. Но я не прекрасная.

— И не шпионка?

— Вероятно, можно сказать и так. Я владею некоторой информацией и хочу ее сохранить. Вам придется поверить мне на слово, что эта информация представляет ценность для вашей страны.

— А вам не кажется, что все это выглядит довольно нелепо?

— Кажется. В книге это могло бы выглядеть нелепо. Но ведь столько нелепых вещей оборачивается правдой, не так ли?

Он снова взглянул ей в лицо. Она была очень похожа на Памелу. И голос ее, несмотря на акцент, был похож на голос сестры. То, что она предлагала, было несерьезно, дико, почти невозможно и, вероятно, опасно, опасно для него. К сожалению, именно это обстоятельство его и привлекало. Иметь нахальство предложить ему такое! Интересно, что из этого может выйти?

— А что мне это даст?

Она посмотрела на него, обдумывая ответ:

— Развлечение. Некоторое разнообразие в череде привычных событий. Может быть, лекарство от скуки. У нас не так много времени. Решайте.

— А что мне делать с вашим паспортом? Мне придется купить в киоске парик, если они там имеются? Я должен выдавать себя за женщину?

— Нет, речь не о том, чтобы поменяться местами: вас усыпили и ограбили, но вы остаетесь самим собою. Решайте. Времени нет. Оно бежит очень быстро. Мне нужно заняться своим маскарадом.

— Вы выиграли, — решился он. — Когда предлагают что-то необычное, отказываться нельзя.

— Я надеялась, что вы думаете именно так, но не была уверена.

Сэр Стэффорд Най достал из кармана свой паспорт, опустил его в наружный карман плаща, поднялся с дивана, зевнул, огляделся по сторонам, взглянул на часы и двинулся к киоску, в котором были выставлены на продажу различные товары; при этом он ни разу не обернулся. Он купил дешевую книжку, перебрал